— Если бы, — отмахнулся от подобных предположений. И точно таким же доверительным голосом проговорил, наклонившись поближе к капитану. — Пришлось всю неделю возле самолёта просидеть. Я же не в самом городе сел, а далеко за его пределами. А там уже глухая тайга, представляете? Пришлось охранять, иначе спалили бы его местные жители.

— Да уж, провинция, не дотянулся ещё до неё свет прогресса, — быстро сориентировался и поддакнул мне Владимир Фёдорович. — Патриархальная в своих устоях Сибирь тяжело принимает всё новое, передовое.

— Давно совещаются? — перевёл разговор на более интересную мне тему, кивая на закрытую дверь кабинета.

— Давно, — поскучнел Джунковский и бросил быстрый взгляд на кожаную папку в моих руках. — Вас тоже на доклад вызвали?

— Так точно, — не стал скрывать.

— Придётся подождать, там ещё и генерал-губернатор, великий князь Сергей Александрович присутствует, — «обрадовал» меня Владимир Фёдорович.

Постояли, помолчали. Интересующих нас обоих тем для продолжения разговора не было, да и не хотелось мне ни с кем общаться. У меня дело срочное в ангаре, а я тут за праздными разговорами время убиваю. Джунковский, судя по нему, думал иначе, потому что после непродолжительной паузы вернулся к своему первоначальному вопросу:

— Всё равно подобная скорость немыслима, — капитан покачал головой и тут же переключился на другую тему. — И как вам показался Красноярск?

— Красивый город, — откликнулся. — Просторный.

— Николай Дмитриевич, а скажите мне, как специалист, как изобретатель, как офицер, — проговорил Владимир Фёдорович, тщательно подбирая, как мне показалось, слова. — Почему ваши самолёты только на юге используются? Почему не здесь? Вы по причине крайней занятости офицерского собрания не посещаете, но на них часто обсуждаются подобные вопросы. Они многих и меня в том числе сильно интересуют. Насколько я понимаю, такое оружие очень пригодилось бы нашему командованию на Балтике? Или я в чём-то не прав?

— Я даже не знаю, что вам на это ответить, Владимир Фёдорович, — проговорил, предварительно взяв на раздумье коротенькую паузу. — Это, скорее, не мне такой вопрос нужно задавать, а…

Лёгкий скрип распахнувшейся двери кабинета прервал наш разговор, и мы оба развернулись к выходящим из него офицерам, приняв строевую стойку.

— А-а, вы уже здесь, поручик, — остановился напротив нас генерал-губернатор, великий князь Сергей Александрович.— Вернулись? Быстро. Теперь снова станете москвичей пугать своими полётами над городом? Смотрите, ведь я могу и рассердиться.

— Ваше высочество, разве я могу опуститься до подобных глупостей? — опешил немного от несправедливого обвинения.

— Можете или не можете, теперь вам точно не до этого будет, — осмотрел меня с ног до головы великий князь и поморщился. — Чем это от вас пахнет? Дымом?

— Неделю около костра провести пришлось, вот и прокоптился, — вытянулся. — Никакая ванна не помогает отмыть эту копоть.

— Да, сибирский дым это не наш, московский, — кивнул Сергей Александрович, соглашаясь со мной. И тут же посоветовал. — Вы лучше в бани сходите. Хлудовские очень хвалят. Говорят, пар там отменный и банщики сущие дьяволы.

— Обязательно последую вашему совету, — склонил голову в учтивом поклоне. Низко кланяться не стал, мундир подобного не позволяет.

— Ступайте, поручик, не заставляйте его высочество вас ждать, — Сергей Александрович ещё раз осмотрел меня с ног до головы, не нашёл к чему бы ещё придраться, демонстративно повёл носом, поморщился, и всё-таки кивнул на прощание еле заметно Даже не кивнул, а, скорее, просто обозначил поклон. И пошёл дальше, нагоняя поджидающего его Трёпова. А Джунковский, вот что значит опытный адъютант, уже испарился.

Сам доклад много времени не занял, да и не интересен он был, как я понял, великому князю. Слетал и слетал. Без поломок? Ну и молодец. Даже про основную причину этой командировки не спросил. А что именно занимало все мысли Александра Михайловича, я узнал сразу же после доклада. Нет, не совсем сразу. Сразу после доклада великий князь некоторое время помолчал, разглядывая меня и в то же время словно бы мимо меня. Как будто бы напряжённо о чём-то размышлял, ничего не спрашивая и не задавая вопросов, что вообще-то весьма необычно. И даже несколько обидно, что ли. Ведь первый подобный перелёт, как не крути, через бо́льшую половину Империи дорого́го стоит. Кстати, а где восторженные вопли прессы? Или мы опять все наши достижения профукаем, и снова окажемся в хвосте из-за собственной лени и чиновничьей нерасторопности?

— Что? — Александр Михайлович с некоторым недоумением во взгляде посмотрел на меня.

Это что, я вслух сказал? Да и ладно. Ни в чём же не ошибся. А терять мне уже и нечего.

— Читайте, Николай Дмитриевич, — протянул мне бумагу его высочество.

— И… — поднял глаза от потяжелевшего в руках листка. — Когда?

— Чем быстрее, тем лучше, — изучающий взгляд его высочества мешает сосредоточиться. Ещё и подошёл практически вплотную. Если бы не лист бумаги, так вообще бы отступить заставил.

— Как добираться до места? — всё-таки отхожу на шаг.

— Две платформы и два вагона для личного состава уже стоят рядом с цехом, вы разве не видели их, Николай Дмитриевич? — удивляется вопросу Александр Михайлович. — Сегодня отдыхайте, завтра приступайте к погрузке. Двух дней вам будет достаточно?

— Пока не знаю, — тяну, прокручивая в голове предстоящую задачу и всё то, что может потребоваться для её выполнения. Спохватываюсь. — Сразу не скажу, слишком всё это… Неожиданно. К исходу завтрашнего дня дам точный ответ.

Смотрю на великого князя и задаю ещё один вопрос:

— А почему нам до места своим ходом не добраться? Тут лететь-то до Риги всего ничего.

— Чтобы не привлекать внимания как можно дольше, — ответ Александра Михайловича, в общем-то, предсказуем, но не задать своего вопроса я не мог. Да и секретность в этом деле продлится не так долго, как я понимаю. Шеф между тем добавляет. — Рига, как мне кажется, не самое удобное место для предстоящих задач. Уверен, это далеко не конечная точка нашего маршрута. И лучше добираться до места в комфортном вагоне, чем мотаться по всему Северо-Западу на самолёте, раскрывая противнику ваше присутствие…

С перевозкой золота мы справились быстро. Скрывать от компаньона только что полученную информацию тоже не стал, коротенько посвятил его в предстоящие дела. Именно что коротенько, без подробностей. Подробности, полагаю, завтра как раз великий князь и расскажет тем, кому положено рассказывать. В общем, озадачил и уехал в гостиницу. Возвращаться на наш заводик уже не было смысла, а вот провести заключительные спокойные денёчки в большом городе определённо стоило. Сегодняшнюю ночь я посвящу полноценному отдыху, а все дела перенесу на завтра.

Да и какие это дела? Сборы? На то есть специально обученные люди, техники и механики. Кстати, а ведь и этот вопрос нужно будет как-то решать. Ведь персонал у нас гражданский, их приказом не озадачишь. Ну да пусть об этом у великого князя голова болит, раз уж он старшим команды назначен.

Личные же дела у меня всегда подбиты и находятся в абсолютном порядке. По крайней мере, завещание я менять не намерен, в нём всё учтено и все вопросы решены. И тревожный чемодан в дополнительной укладке не нуждается. Если только патронов к короткостволу прикупить? Давно я свой запас не пополнял, больше расходовал. Поэтому обновить его точно не помешает.

В гостиницу вернулся злой и голодный. Голодный понятно почему, а вот злой… Злой на государя. Столько меня промурыжил, нехороший человек. Умом понимаю, что эмоция эта неконструктивная, но ничего поделать с собой не могу. Просветил меня Александр Михайлович, почему мои рапорты заворачивали. Да потому что ждали именно подобного случая. Такой ситуации, когда без авиации было не обойтись. Ну и нового самолёта тоже, г-м, ждали, с его радиусом действия и значительно возросшей бомбовой нагрузкой. Вот когда эти факторы соединились, тогда и пришла пора применить новое оружие. А кто применять будет? Конечно же, я, больше некому. Мог бы и сам догадаться, если бы не опала.