— Почему?

— Не стоит провоцировать альфу, — тяжело вздохнул Андрей.

— Гарик доложит?

Оба покачали головой.

— Если попросишь Зотова, — серьёзно ответил Рома. — Будет молчать. Он твой куратор в полном смысле слова. Можешь на досуге попросить его показать тебе кодекс куратора. Но альфа узнает в любом случае так или иначе, если начнёшь кому-то оказывать внимание. У стен есть глаза и уши, если знакома с такой пословицей.

На ярмарку опекуны её всё же проводили, озадаченную по самую макушку. Саня до конца не могла поверить в одержимость ею Арсения Марковича. Очень надеялась, что вожак переболеет или переключится на кого-то другого. Фиг ему, а не грелка в постель, гаду такому. Даже не спросив ничего, сразу поволок к себе в кабинет, где есть «нормальная кровать»! Она не вещь! Она живая девушка со своими чувствами. И пусть этот бессовестный волк ей ужасно нравится, но это не повод предавать свои принципы, позволять такое потребительское отношение.

Девочек она отыскала на ярмарке быстро, куратор как раз оказался рядом с сестрой. Он вздохнул с облегчением, приняв её от опекунов.

— Саня! — пожурил он. — Я даже не понял, куда ты пропала. Девочки тоже волновались.

А в глазах его застыло беспокойство.

— Я так рада, что ты с нами! — Юлька оторвалась от прилавка с красивыми платками и повисла у неё на шее. — Так круто, что Гарик — твой куратор! И что ты веда! И теперь в Академии!

— Она бредила, что ты станешь магом чудесным образом, — рассказала Света, вынырнув из-за другого прилавка. — Мы же только сегодня узнали, что ты веда. Это в самом деле круто, Сань!

— У нас не было ни одной подруги веды, — подобралась Рита с другой стороны. — А теперь есть. Правда, Сань? И мы со Светкой тоже первокурсники. Да, у оборотней своя программа, но совместные лекции будут часто, особенно в первый год.

— Хватить трендеть, — оборвал их общение Гарик, к которому присоединился Тимур. — Ярмарка огромная, вы же хотели всё посмотреть! Успеете наобщаться.

Он тут же озвучил правила, которые все должны себе вдолбить: не отходить от него дальше, чем на пять метров. Не заговаривать с незнакомцами. Не представляться оркам под страхом смертной казни, не наглеть и помнить, что их с Тимуром средства ограничены.

— У меня свои! — Саня продемонстрировала кожаный мешочек, выданный Андреем.

— Арсен дал? — тут же спросил Тимур, заставив её настроение опять снизиться.

— Опекуны? — с широкой улыбкой спросил Гарик. Саня видела, как он локтем заехал другу под рёбра.

— Они, — кивнула Саня, решив не обращать внимания на слова Тимура, который обиженно сопел, потирая живот. И вообще, она твёрдо решила забыть про Арсена хоть на несколько часов. Когда ещё выдастся повеселиться с девушками на шопинге. — Даже просить не пришлось, Андрей сразу мне бросил кошель.

— Я же говорил, — кивнул Гарик одобрительно. — Ну что ты хочешь посмотреть в первую очередь? Цыц, малявки, Саня на ярмарке впервые, имейте совесть. Моя подопечная — она, а не вы. Не нравится, шуруйте к Глебу Казанову, он где-то неподалёку.

— Мы с тобой и Саней! — хором ответили девчонки.

— А где тут пегасы? — с интересом спросила Саня.

Пегасы впечатляли, хотя на первый взгляд мало чем отличались от лошадей обычных, просто казалось, что на обычную лошадь накинута такая интересная кружевная попона. Но стоило им распахнуть крылья, как изменения оказались поразительными. Сразу ощущалось, что это именно волшебное животное. И в глазах у пегасов светился живой ум, что нереально испугало Саньку. Кто его знает, что у этих тварей на уме?

Самое печальное, энтузиазм опекунов, посчитавших, что ей захочется своего пегаса, не нашёл отклика в Саньке ещё раньше, чем увидела волшебных существ. Летающие или нет, это были лошади! Кони! А она ужасно боялась и лошадей, и коней, и меринов, и даже пони. Не только потому, что ездить на них не умела и не считала нужным. Хотя красотой лошадок восхищалась, даже одно время коллекционировала постеры с лошадьми, обклеив ими всю стену своей комнаты.

Боялась Саня не просто, а по поводу. Случилась у неё однажды парочка пациентов, сброшенных с лошади. Один умер на операционном столе, перелом шейных позвонков, помимо переломов других костей — спасти не удалось. У другой пациентки тоже позвоночник пострадал, девушку вылечили, но больше она никогда не сможет ходить. Пусть это только их судьба, и у Саньки могло и близко никогда такого не случиться, особенно учитывая природу неубиваемых вед, но иррационально она боялась.

Пегасы могли быть сколько угодно красивы, но если падать с обычной лошади не так уж далеко, то падать с летящего пегаса… В общем, щедрость опекунов Саня не оценила.

— Классные! — зато впечатлилась Юлька, которой даже разрешили погладить пегаса по морде. — Когда-нибудь у меня такой будет!

Пегасы оказались ещё и на диво дружелюбными. К ним разрешали прикасаться даже детишкам, которых по ярмарке бегало немало. За небольшую плату, разрешали даже фотографироваться верхом на пегасе. При этом умная скотинка добродушно раскрывала огромные крылья даже без просьбы весёлого продавца кавказкой наружности с хитрыми и чёрными как черешня глазами.

Саньку больше чем пегас удивили фотоаппараты волшебников. Они так и назывались: фотоаппараты, хотя не имели с обычными фотиками ничего общего. Почти ничего. Ведь результатом всё же была та же фотография.

Решив сделать подарок Юльке, Саня ознакомилась с технологией. Всё оказалось до изумления просто. На прилавке лежали разнообразного размера готовые холсты и простая глянцевая бумага разных размеров: А3, А4, А5 и так далее. А рядом полупрозрачные перчатки, стопочка. Берёшь перчатку, надеваешь на руку. С тыльной стороны она прозрачная, материал на латексную похож, а со стороны ладони чуть шершавая матово-белая поверхность.

Направляешь руку в этой перчатке ладонью с растопыренными пальцами на объект, и вокруг объекта в воздухе рамочка появляется, ограничивающая будущее фото. Водишь рукой и пальцами, пока рамочка станет такой, какой нужно. Сжимаешь резко руку в кулак, подносишь кулак к холсту или фотобумаге, резко раскрываешь ладонь и прижимаешь к листу или холсту, за что заранее уплачено. В итоге на холсте или листе начинает прорисовываться фотография. Минута — и перед тобой отличный портрет. Качество поразительное.

Саня заказала Юльке самый большой холст и уплатила соответственную сумму из монет опекунов. Несколько перчаток-фотиков (оказавшихся одноразовыми) с упаковкой глянцевых бумаг формата А5 Юльке достались бесплатно. Надо ли говорить, что девочка была тронута почти до слёз. Гарик посмотрел на Саньку благодарно, а Рита со Светой сделали себе по небольшому бумажному портрету, «сфотографировав» друг друга. Гарик купил сестре ещё маленькую фигурку пегаса. Сувенир был изготовлен из странного материала, очень твёрдого, но приятного на ощупь. Маленький чёрный пегас мог открывать и закрывать глаза, складывать и распахивать черно-белые крылья.

— Это гадательные фигурки! — радостно сообщила Сане сияющая Юлька, после того, как расцеловала смущённого брата. — Смотри, задаёшь вопрос, но ответ должен быть односложным: да, нет, действуй или воздержись. Если в ответ пегасик закрыл глаза секунд на пять — значит, нет. Если быстро один раз моргнул и смотрит — да. Если часто заморгал — не знает. Если крылья прижал к бокам еще сильнее — воздержись, если раскрыл их — действуй. Хочешь проверить?

Саня засомневалась, подобные игрушки были и в её прошлом мире. Тоже гадательные якобы, но на самом деле, кто его знает, правда там выпадала или просто случайный ответ. А тут, в магическом мире, могло оказаться всё серьёзней, и от этого было не по себе.

— Вслух спрашивать? — уточнила она, смирившись. Не хотелось расстраивать Юльку отказом. Девочка держала своего пегаса на ладони с предвкушающей улыбкой.

— Вслух, — кивнула Юля. — Только надо смотреть ему в глаза и сначала сказать, что тебе нужно: ответ или действие.