— Я спать! — посмотрела в его глаза. — Можешь наслаждаться моим видом, сколько захочешь.

С этими словами Саня сползла вниз, устроилась на подушке и натянула одеяло до самого носа. После чего закрыла глаза, реально решив уснуть. Не учла только, что его голос продолжит звучать в её голове.

— Хорошо, — услышала она Арсена. — Тогда я сам спою тебе колыбельную.

И прежде, чем Саня успела возразить, в её голове зазвучал тихий бархатистый голос, исполняя одну из её любимых песен.

«Нiч яка мiсячна, зоряна, ясная!

Видно, хоч голки збирай.

Вийди, коханая, працею зморена,

Хоч на хвилиноньку в гай…»

Саня слушала всю песню с таким удовольствием, какого давно уже не испытывала. Вот никогда не думала, не мечтала даже, что однажды мужчина исполнит эту песню лично для неё. Просто возьмёт и споёт без всякой просьбы с её стороны.

Но когда голос Арсена затих, ей не хватило смелости его похвалить. Хотя на её взгляд исполнение этой красивой песни вожаком было лучшим из всех, что она прежде слышала.

— Это не колыбельная, — мысленно сказала она.

— Но тебе понравилось, — самодовольно заявил волчара. — Не спорь, Сань, у тебя очень выразительная мимика.

— Спасибо, — всё же не удержалась она, и решила свести всё к шутке, чтобы разбить эту атмосферу нежности, совершенно ненужную и неправильную. — Я знаю, кто будет петь колыбельные нашим детям.

Она тут же распахнула глаза, уселась на кровати и испуганно уставилась на полуголого Арсена. Он больше не сидел в кресле, стоял возле него, широко расставив ноги и засунув руки в задние карманы джинсов. Глядел на неё очень задумчиво и не пытался подловить на вырвавшихся случайно словах. Они должны были прозвучать как шутка…

— Спокойной ночи, Сань, — только и сказал Арсен. — Сладких снов.

Видео исчезло, а планшет просто упал ей ровно в руки, сам сворачиваясь в трубочку.

«Спокойной ночи, Арсен» — подумала Саня, упала на подушку, тихонечко застонав. Ну кто её за язык тянул? И почему он ничего не сказал в ответ? Почему не засмеялся хотя бы? Не съязвил? Или в планах на неё дети не значились? Ну о чём она думает вообще?

Нет, она не станет думать об Арсене, о любви и прочей дурости! Ей учиться надо! И она сейчас повернётся на бочок, закроет глаза и не будет снова и снова вспоминать, как он пел, и как он выглядел после душа, и потом — после песни.

Откинув утром полог, Саня в немом шоке уставилась на небольшой смерч, крутящийся ровно посерёдке её большой комнаты. Впрочем, смерч на месте не стоял, передвигаясь по одному ему ведомому принципу от стола до двери. И только, когда на месте смерча вдруг материализовалась её соседка, а точнее монстр по имени Шун, Саня выдохнула, но тут же вскричала:

— Что это было?!

— И тебе доброго утра, — во все зубы улыбнулась девочка-орк, встряхнулась и словно перетекла в образ нормальной девчонки — без всех этих клыков, когтей, шипов и мощных бицепсов на руках и ногах. — Извини, но я не могу без утренней разминки, а тут места вдоволь. Но если ты против…

— Да что ты! — тут же усовестилась Саня. — Занимайся, конечно. Но… как это возможно? Я совсем тебя не видела.

— Это что, — Шун подхватила полотенце и повесила его на плечи. — Посмотрела бы, как разминается мой брат. Кмар — лучший в нашем племени из молодых.

— Пожалуй, я обойдусь без этого знания, — проворчала Саня, вызвав весёлый смех соседки. Шун показала ей язык и умотала в душевую.

Саня ахнула, глянув на часы, до подъёма — почти час! Обозвав Шун садисткой, она всё же последовала её примеру и занялась разминкой. Невольно задумалась о мощи орков, если девчонка Шун показывает чудеса скорости. Пришла к неутешительному выводу: хорошо, что орков мало и с ними у магов нет конфликта.

Вообще по истории магов после развала СССР в обычном мире, в магическом мире такой реформы не случилось, и магическое государство осталось, по сути, прежним. Но, в отличии от РФ, к Магроссии присоединилась Монголия (откуда пришли Орки), Карелия и Финляндия. Поэтому неудивительно, что некоторые магросы (общее название магов, вед, орков, оборотней и остальных волшебных условно разумных народов Магической России) обладают азиатской или, наоборот, скандинавской внешностью.

В голове не укладывалась такая скорость движений, как у Шун, ведь её реально было не разглядеть в маленьком смерче. С другой стороны, если она уже сто лет тренируется… Ну или даже пятьдесят, то почти понятно — как у неё такое выходит. Другой вопрос — зачем это ей. Или орки всегда готовы к вооружённому столкновению? Или действуют по принципу: есть армия — нет войны? Скорее всего и то, и другое — верно. А раз у них есть богатые прииски, что большая тайна для многих, но явно не для всех, то и охрана должна быть соответственная.

Хотела бы она так двигаться? Саня покачала головой и продолжила приседания со взмахами рук. Куда уж ей! Зарядку — и ту делать ленится частенько. Да и трансформация в уродливое чудище ей даром не нужна, как бы боеспособна эта форма ни была. Дать отпор хулиганам можно и менее эффективными методами. Хотя… если бы тот мерзкий охотник Степан поймал не Саньку, а Шун, ох как ему стало бы невесело. Что-то подсказывало Саньке, что те зачарованные верёвки орчанка бы даже не заметила.

На поле, куда согнали первокурсников, Саня обхватила себя руками, пожалев, что потратила время на зарядку. Наставник и куратор Жорик выглядел очень решительным и вредным.

— Ну-с, господа целители, — с добродушной усмешкой начал он. — Поздравляю, вы первые будете делать разминку перед занятиями. Развитие вашей магии, увеличение потенциала, как вы уже должны знать, напрямую зависят от физического состояния вашего тела. У простых людей есть пословица: «В здоровом теле — здоровый дух». У нас она звучит несколько жестче: «Здоровый маг — живой маг». Да-да, чтобы свободно магичить и не сгореть в одночасье, тело волшебника или волшебницы должно быть сильным, ловким и крепким. Два круга вокруг этой полянки — бегом!

Саня и остальные восемь будущих целителей сорвались с места, форсируя окружность «полянки». Для Саньки полянка виделась огромным полем. Середина этого поля была закрыта непонятными сооружениями, разделяя «полянку» на две равные части.

— Что это? — ткнула пальцем в сооружение Саня, бегущая в хвосте процессии просто из принципа — не будет она напрягаться, пока не поймёт, что к чему. Рядом, как ни странно, пристроилась Шун, которая явно могла обежать поле за пару секунд.

— Малая полоса препятствий, — тут же отозвалась Шун. — Есть ещё средняя и большая. Хотела бы я побывать на большой.

Саня мысленно скривилась, ей и на малую полосу попасть не хотелось. Очень уж подозревала, что для неё и этого аттракциона будет за глаза.

К счастью, Жорик не зверствовал. Заставил их проделать несколько упражнений, без фанатизма поправлял ошибки и хвалил, не скупясь, а потом всё же повёл на малую полосу препятствий. Но заставлять проходить её с ходу не стал. Велел для начала осмотреть, обнюхать и потрогать. Саня честно обошла все препятствия, оценивая размах. Тут были и грязевые канавы, и стенки, которые надо перелезть, и брёвна, по которым пробежать, и сетка, под которой проползти, и много ещё чего. Невольно задашься вопросом, какова же «большая» полоса препятствий?!

Оказалось, что с завтрашнего дня они уже начнут проходить небольшой участок полосы. Как раз тот, что с грязевой канавой и бревном, даже на вид гладким и скользким, которое ещё и вращается, пусть и медленно.

Жизнь в академии лёгкой больше не казалась. Их, похоже, готовили к войне, а не к мирному существованию.

— Ну и напоследок, — деловито сообщил наставник Островский. — Порадую вас долгожданной для некоторых новостью: записаться на индивидуальные тренировки можно прямо сейчас.

Жорик махнул рукой на белую доску, повисшую в воздухе. На ней синим маркером были написаны их имена в столбик. Саньке так и хотелось попросить вычеркнуть её из списка. Никаких индивидуальных тренировок ей даром не нужно. Хватит и общих издевательств.