— Ой-ой! — презрительно выдал комендант. — Какие все нищие и скромные! Неделя отработок по два часа у меня — хлам перебирать и сортировать. Можно в вечернее время, можно в утреннее. И комната ваша!

— Комната на башне? — Саня уже прикинула, что эту неделю ей всё равно делать будет нечего. Почему бы не помочь коменданту. — Я согласна!

— Фарид! — снова закричали из глубины. — Куда положить скатерть с подпалинами? Синенькая такая.

— Никуда! — заорал в ответ комендант. — Это скатерть-самобранка, дурень! Я же велел не трогать! Я работаю над ней, оставь на столе! Так, девушка, как вас…

— Аксана Рязанцева.

— На отработки согласны?

— Да!

— Комната ваша! Сегодня уж не приходите, устраивайтесь, а завтра не раньше полудня я вас жду. И вот ваша форма. Да, жетон еще раз покажите.

Она показала, и Фарид провёл над ним рукой.

— Допуск в комнату, — пояснил он. — И во все положенные целителям кабинеты. На стойку Фарид плюхнул тюк вещей в простом холщовом мешке с привязанной к горловине бледно-зелёной лентой.

— Забирайте! — велел он. — И дайте мне уже спокойно допить кофе!

Саня подхватила тюк, спрятала свой жетон под свитер и вышла к оборотням-опекунам.

— Всё, — сообщила она радостно. — Теперь обед?

Столовая оказалась светлой, большой и просторной. Вдоль трёх стен тянулись длинные деревянные столы со скамьями. А центральное пространство занимали круглые столики разных размеров со стульями. Народу у стойки с раздачей не оказалось, и Саня набрала на свой поднос разной еды довольно быстро. Немного смущало, что образцы блюд стояли поверх стойки с ценниками. Наличных денег у неё по-прежнему не было, как, впрочем, и любых других. Она надеялась только, что опекуны не откажутся заплатить за неё. А позже можно найти какую-нибудь подработку. Судя по предложению коменданта, здесь это практикуется.

— Сколько с меня? — спросила Саня, поставив свой поднос перед обычной на вид кассой. Роман с Андреем отстали, выбирая себе блюда.

— Первокурсница? — хмуро спросила её черноглазая женщина, стоящая за кассой в поварском колпаке и белой куртке. Кожа её была смуглой, нос широким, а губы подведены ярко-алой помадой. Из-под колпака выбивались смоляные кудри. Дождавшись кивка Саньки, она выдала равнодушным тоном: — Бесплатное питание три раза в день в определённые часы. Завтрак — с семи до девяти. Обед — с часу до трёх. Ужин — с пяти до семи. Опоздаете — платите деньги или ждите следующего приёма пищи. Выносить еду из столовой — запрещено! Держать еду в комнатах — запрещено! Все перекусы в столовой в другое время — за свой счёт. Ровно в девять вечера столовая закрывается, чтобы открыться в шесть утра. С шести утра до завтрака можно взять кофе, молоко или чай бесплатно. Всё это есть в памятке, что вам выдают с личными вещами. И не надо потом говорить, что вас не предупреждали, — женщина выдохнула и потребовала: — ваш жетон!

Саня протянула ей жетон, висящий на шее. И женщина ткнула в него коротким синим жезлом.

— Всё, идите. Следующий! О, здравствуйте, профессор!

Саня поспешила к одному из свободных столиков. Её вдохновило сообщение о бесплатной еде. Часы показывали половину третьего, вовремя они управились с поступлением! И она уж постарается избежать перекусов.

— Планы немного меняются, — сообщил ей Андрей, когда они с братом заняли места за её столиком. — Нам нужно покинуть Академию, малая, сразу после обеда. Справишься сама?

— Ну почему сама? — возразил Роман. — Я уже послал сообщение Гарику Зотову, должен вот-вот подойти. Как раз занятия у них заканчиваются на сегодня.

Саня только надеялась, что брат Юли действительно согласится её курировать. А то ведь она — ведьма, а он оборотень. Может, такое вовсе не положено.

Еда оказалась вкусной и сытной. Они с опекунами уже приступили к чаю, когда к их столику хорошей рысцой подбежал высокий крепкий парень, с любопытством глянувший на Саньку. Что-то в его лице было знакомое.

— Профессор! — поздоровался красавчик. — Инспектор Рязанцев! Здравствуйте.

— Присядь, Зотов! — велел Роман. — Дело есть. Уже нашёл себе подопечного?

Гарик, а это оказался он, устроился на свободном стуле, опять бросил на Саньку любопытный взгляд и отрицательно покачал головой, преданно уставившись на Романа.

— Ещё нет. Я думал, Арсен Маркович, когда вернётся…

— Ну так мы тебе нашли подопечную сами, — перебил его Роман. — Знакомься, Аксана Рязанцева. Мы с Андреем её опекуны на время учёбы в Академии. Малая, это тот самый Гарик Зотов. Что-то мне подсказывает, Арсен Маркович возражать против твоего кураторства над малой не станет. Ну так что, согласен?

Саня замерла, услышав сообщение о возвращении Арсена. Дыхание перехватило. Вожак тоже работает в академии? Вот уж неожиданно. И она пока понять не могла, радует ли её эта новость или огорчает.

Зотов тем временем повернулся к ней и протянул руку.

— Гарик, — и он глубоко вздохнул, отчего затрепетали крылья его носа. — О! Ого! Ничего себе!

— Саня, — пожала она руку парня, догадываясь, чего он там унюхал. Ох уж эти оборотни! — Моя подруга Юля, говорила, что вы — очень хороший и чуткий старший брат. Надеюсь и как куратор вы будете на высоте.

— О Боже! — широко улыбнулся ей Гарик. — Вы — та самая Саня! С базы! Роман Романыч, я согласен всеми лапами! Спасибо вам! Спасибо! Спасибо!

— Наслаждайся, — хохотнул Роман, довольный реакцией парня. Андрей тоже кривовато улыбнулся.

— Но откуда? — Саня осторожно высвободила ладошку из крепкой широкой руки Гарика.

— Юлька меня сообщениями забросала, — признался Гарик. — Только умолчала почему-то о том, что ты веда… ну и об этом самом.

— Я — не пара вашего Арсена! — возмутилась Саня.

— Малая, не кипятись, — попросил Андрей, сидевший до этого молча. — Никто ни в чём тебя не обвиняет. Кроме того, уже сейчас вашу связь могут почувствовать только сильнейшие оборотни, и то, если нарочно решат проверить, как сейчас Зотов сделал, паршивец. А пройдёт неделя — и никто не заподозрит даже.

Паршивец Зотов скромно потупился, кусая губы.

— Пока вы с альфой не возобновите обнимашки, — добавил Роман шкодным голосом.

Саня насупилась, глядя на веселящихся оборотней и сделала себе зарубку: никаких обнимашек с альфой! И ни с кем другим из наглых перевёртышей!

— Ну хорошо! — Андрей поднялся. — Рома, пора. Зотов, ты свои обязанности знаешь, надеюсь. Малая, выше нос, увидимся.

— Пока, малая, — погладил Саньку по голове Роман — не успела увернуться в растрёпанных чувствах. — Будь умницей! Гарик, отнесёшь посуду? Спешим.

— Не вопрос, профессор, — сверкнул белоснежной улыбкой Зотов. А когда опекуны на хорошей скорости покинули столовую, парень по-доброму взглянул на Саньку. — Ну извини, Сань, чего ты. Всё же отлично складывается. Юлька будет пищать, когда узнает, кто моя подопечная.

Последний аргумент Гарика заставил Саньку взбодриться.

— Ладно, — сказала она, поднимаясь и подхватывая свой поднос. — Мне нужно найти свою комнату.

— Сейчас найдём, — пообещал Гарик. Он подхватил подносы опекунов и показал Саньке, куда нести посуду.

— Семнадцатая? — пригляделся к её жетону Гарик. — Это, должно быть, на самом верху. Но я всего пару раз бывал в башне вед.

— Какой башне? — переспросила Саня.

— Веды, — подмигнул Гарик. — По-научному — ведуньи, но сейчас так не говорят почти. По-простому — ведьмы, но преподы баллы снимают, если услышат такое. Так что привыкай, ты — веда. Я — оборотень или перевёртыш. Иногда услышишь “двуликий”, но это в старинных текстах встречается. Есть ещё орки — не вздумай называть их троллями или ещё как, обидятся. А враги из орков тебе точно не нужны.

— И как выглядят орки?

— Ну как сказать, крепкие такие ребята… и девчонки. Хотя девочек-орчанок я раньше не встречал, в академию уже несколько лет не поступала ни одна из них. В общем, потом увидишь, как выглядят каменюки.