— Ну хоть расскажи, когда всё случилось? — попросил Рома. — Я в том смысле, когда он признался в любви?

— Никогда, — погрустнела Саня. — Сказал, что вообще в любовь не верит.

— Обиделся на что-то, — сделал вывод Андрей. — Вот и ляпнул сгоряча.

— Косу-то отрезал! — подхватил Роман. — А нам запретил трогать волосы до встречи с ним. Значит, влип по полной.

— Закругляемся, — резко сказал Лёха, едва вырулив на трассу. — Блядь, уже стоят! Да что ж такое?!

Саня вытянула голову, узнала поворот с базы и то самое место, где она стала видимой. Там сейчас была припаркована патрульная машина и их тормозил обычный гаишник, указывая дубинкой на обочину.

Роман вдруг достал откуда-то вязанную серую шапку и натянул её Саньке на голову.

— Молчи, что бы не случилось, — тихо велел Андрей.

— Сержант Иванов. Проверка документов! — лениво сообщил инспектор ГАИ, когда Лёха опустил стекло.

Взяв корочки, сержант стал их тщательно просматривать, а из патрульной машины показался второй гаишник с немецкой овчаркой на поводке.

— Придётся всем выйти из машины, — извиняющимся тоном сообщил сержант Иванов, возвращая документы. — Досмотр всех машин определённых марок, извините.

— Наркотиков нет, оружия тоже! — сказал ему Лёха сердито.

— Тем более вам нечего опасаться, — возразил инспектор. — Или есть?

— Выходим, — тихо скомандовал Роман. — Малая, спокойно, на тебе амулет. И в крайнем случае, этих троих мы сумеем заткнуть.

— Троих? — удивилась она.

— Ещё один прячется в машине, — коснулся её ушей шелестящий шепот Андрея. — Полагаю — самый опасный. Но ты с нами, не дрейфь!

Саня вышла на обочину следом за Андреем. Собака подбежала к открытым дверцам, обнюхала передние сиденья, потом задние. Потом багажник, который велели открыть.

Сержант Иванов курил, стоя рядом с ними.

— Что у вас девушка такая печальная? — спросил он неожиданно, в упор уставившись на Саньку.

— Моей сестре пятнадцать, сержант, — проворчал Роман, приобняв Саньку за плечи. — Обижается, что не даю нос проколоть. Пирсинг, все дела. Вот будет совершеннолетней, станет сама зарабатывать, пусть делает, что хочет.

— О, как знакомо, — подхватил сержант. — Дочь себе пупок проколоть хочет. А она ещё младше вашей.

Собака закончила обнюхивать машину и направилась прямиком к Саньке. Рука Романа на её плече напряглась.

— Собаку уберите, — грубо велел Роман. — Регина их боится!

— Не надо так нервничать! — сказал первый гаишник. — Рекс, мой хороший, что там такое?

Пёс ткнулся Саньке в коленки, но тут же отошёл с обескураженным видом.

Первый гаишник махнул рукой.

— Можете ехать. Счастливого пути.

Они снова погрузились в машину, отъехали, и только тогда Фёдор сказал:

— Очень плохо. Что-то они заподозрили. Значит впереди новая проверка, но уже серьёзнее. Андрюх, что-то оставалось в машине того охотника? Её тряпки, обувь?

— Тряпку вы забрали. Которой он глаза ей завязал. А больше ничего не было. Всё сжёг, подлюга, облегчив нам работу. Заднее сиденье я обрызгал, не думаю, что хоть какой-то след остался.

— Я лежала на белой простынке, — вспомнила Саня. — Плотная такая.

— Твою мать! — расстроился Андрей. — Сворачиваем в лес за первым же поворотом. Говорил же я — не заезжать на базу.

— Андрюх? — спросил Роман.

— Не видел я той простыни!

— Тогда в лес, — согласился Роман, доставая спутниковый телефон. — План «Б». Кому-то ты сильно нужна, малая. И я сейчас не про Альфу Ареса.

— Не волнуйся, малая, — повернулся к ней Лёха. — С нами не пропадёшь.

Саня только испуганно кивнула. Роман рядом кому-то названивал.

— О-па, — он схватил Санькину руку и поднял её вверх, привлекая внимание остальных. — А браслетик-то!

— Что с ним не так? — встревожилась Саня, когда мужчины многозначительно переглянулись. Она не помнила, откуда эта прелесть взялась на её руке. Когда купалась, точно не было. Синие и зеленые плоские камушки поблёскивали гранями.

— Всё так, — прогудел Фёдор. — Паранойя у альфы. Не снимай его ни за что.

А Саня всё сообразить не могла, когда получила этот подарок. Помнила, что он держал её за руку. Помнила, как её волновала его близость, его прикосновения к запястью. Мог ли надеть незаметно? Да запросто! Ведь она была настолько в растрёпанных чувствах, что и большего бы не заметила.

Как только они въехали в лес, мужчины принялись снимать с себя одежду.

— Закрой глазки, малая, — ласково велел Андрей, начиная стягивать футболку и оголяя мощный пресс без единого волоска. — Если альфа узнает, что ты видела нас голышом, шкуру с нас спустит и скажет, что так и было.

Саня задушено пискнула и зажмурилась.

— Не расстраивайся, малая, — хохотнул Роман с другой стороны от неё. — Рассмотришь ещё альфу со всех сторон. Он не хуже сложён, уж поверь.

Саня боялась даже дышать, потому что неувиденное легко дорисовывало воображение, а после слов Романа ей тут же представился Арсен, «сложённый не хуже» и вообще без одежды.

— Охальники! — проворчал Фёдор. — Не слушай их, малая. Треплются попусту!

Пришлось Саньке больно ущипнуть себя за бедро, чтобы выключить смущавшие картинки в голове. Не думать вовсе помогла песня, которую она мысленно горланила. «Не вешать нос, гардемарины!...» хорошо заглушала шорох снимаемой одежды совсем рядом.

— Можешь смотреть, — услышала она голос Лёхи.

Открыла глаза и вжалась в сиденье — не каждый день она оказывалась между двух матёрых волков в тесной машине. Фёдор и Лёха оглядывались на неё с улыбками. Волки сидели смирно, глядя вперёд. По спутниковому телефону звонил теперь Фёдор.

— Наконец-то, — сказал он в трубку. — У нас план «Б». Понял, ждём. Лёха, включи телефон, тебе сейчас вышлют координаты. Не бойся, у малой амулет.

Координаты были получены, после чего смартфон сунули под нос волку Роману, а Саньку попросили открыть дверцу с его стороны. Серые тени метнулись из машины так стремительно, что Саня даже охнуть не успела.

— Закрывай! — заорал Лёха и рванул по бездорожью с жуткой скоростью.

Саня бы не справилась, наверное, но по двери шарахнула ветка и та захлопнулась сама.

— Держись, малая! — рявкнул Фёдор.

Она и держалась, стараясь не прикусить язык на особенно жутких кочках. Смотреть по сторонам сил не было. Только раз или два заметила впереди машины тенью летящего волка, а может просто показалось в мельтешении деревьев, веток, травы и земли.

Даже зажмурилась в какой-то момент, чтобы больше не видеть, в какую очередную «задницу» они влетают на бешенной скорости. Однако не прошло и минуты, как они вылетели на более ровный участок к довольно широкой реке, где Лёха резко затормозил, а в стороне Саня увидела двух волков, сидящих на траве как собаки с высунутыми розовыми языками.

Первым выкатился из джипа Фёдор, захватил вещи «волков», направляясь к уставшим оборотням. Видимо, они служили навигаторами для Алексея, указывая самый удобный путь.

Саня отвернулась без чьей-либо просьбы. Но тут же Алексей помог ей вылезти из машины, чтобы отправляться дальше.

— За мной, малая! — весело велел он. — Прокатимся с ветерком!

Оказалось, внизу под обрывом их ждал серебристый катер с хищными линиями корпуса, просто кричащими о безумной дороговизне сего транспортного средства. Он был куда больше того катерка, на котором целую вечность назад катал её Арсен Маркович.

А в этом катере ещё и трюм имелся, куда Саньку и запихнули с пожеланием попробовать поспать. Тесно, но всё необходимое есть — кушетка, столик, табуретка. Сквозь оконце-иллюминатор она увидела берег и спешащих к катеру Романа и Андрея, уже прилично одетых. А через пару секунд мотор сыто заурчал, и катер рванул вперёд по водной глади.

Саня вцепилась в столик и только потому устояла на ногах. Она взглянула на кушетку с подушкой и пледом. И сразу стало клонить в сон. Сдавшись, она добралась до кушетки и улеглась на неё прямо в ботинках — вдруг придётся срочно куда-то бежать. Стоило завернуться в плед, пристроив голову на жёсткую подушку, как она провалилась в сон, не успев ничего обдумать.