Мужчине мои слова понравились. Он сел в кресло и приготовился слушать, хотя мне хотелось послушать его. Я вздохнула:

— Я — душа из другого мира, — сказала я. — Как только я появилась в этом мире, меня столкнули в пропасть, «черную бездну», за то, что Олли Чер трогала артефакт древних и заразилась тьмой.

Фобос кивнул, вид у него был не удивленный.

— Тьма не может влиять на меня, я смогла выбраться из нижних уровней и стала жить в этой пещере.

— Ты видела моего предка,— кивнул мне Фобос.

— Почему ты так решил?

— Я — прорицатель, — легко сказал мужчина, — слабый, вижу только себя, редко. Дар достался от прабабки из людей. С детства я вижу сны, и когда стал взрослым, мне впервые приснилась ты, посланница. Я знаю, кто ты, я знаю, что мой предок отдал тебе свою магию и эту пещеру, — мужчина покрутил головой вокруг. — Я знал, что встречу тебя и ждал эту встречу, готовился к ней. Меня считают сумасшедшим, и только мой отряд, который верен мне до последнего вздоха, без сожаления пошел за мной. В подгорном королевстве зреет тьма, она набирает силу, и только ты сможешь все исправить. Ты не знаешь, что тебе предстоит, Олли Чер. Все твои великие дела еще впереди.

— Ты меня пугаешь, если честно, — я напряженно посмотрела на Фобоса.

— Не бойся, Олли, — гном улыбнулся, — Я помогу тебе, мой путь — помогать тебе и твоему мужу.

— Мужу? – Я удивленно посмотрела на Фобоса, — у меня нет мужа…

— Муж есть, — Фобос словно прислушался к себе, — я знаю, что у тебя истинный из драконов, золотой род.

— Фух, — я выдохнула, — инквизитор, его тут нет, и мы не успели пожениться. Вернее, я не хочу замуж.

— Глупости все это, женские страхи, — махнул рукой Фобос, — лучшего мужа не сыскать.

Перед глазами предстал Аньян с мукой в глазах, который тянет руку к работающим путям . Я покачала головой, прогоняя видение, сердце в груди кольнуло, а неприятная тянущая боль где-то внутри усилилась.

— Не думаю, что мы еще увидимся, — покачала я головой, — и давай не будем о нем, у нас своих дел по горло. Лучше расскажи, что такое тьма и как у вас получилось жить с ней по соседству и не изменяться.

— Наш мир погиб не просто так. — Фобос начал издалека, но я не стала его останавливать, слушала внимательно, —Наверное, проблема в том, что у нас было много рас, много обид, войн. Но потом настал век процветания, золотой век. Но кто-то решил, что нам слишком хорошо живется, и появилась они, темные. Говорят, во всем виноваты драконы, но это не так. Виноваты все темные, что из года в год собирали силы, а потом ударили. У темных нет деления на расы, они были заражены завистью, злобой: последний сын, которому не досталось наследства; падшая женщина, которая думала, что ей сойдет с рук неверность; влюбленный, которому отказала девушка; старик, растлевающий малолетних, и ему хотелось, чтобы его за это не наказали; все, кто считал себя обиженными и в душе которых была тьма, шли в секту под названием «Дети тьмы». Они хотели жить по своим правилам, как им хочется. Они создали яд, который уничтожил все, чем владели наши предки. Основные изобретения были на основе эльфийской магии, вот и ударили они своим ядом именно по светлой магии. Ты понимаешь, что я рассказываю? — спросил Фобос.

— Да, — я кивнула, —но твой предок говорил, что их предали драконы.

— Когда весь мир накрыла тьма, мы в подгорном королевстве выжили и даже смогли бороться с тьмой. Она опасна, но в малых количествах дает защиту от тьмы. Мы выживали как могли.

— Скорей всего, это похоже на ваши прививки, — тут же сказала Катя.

— Мне это понятно, — я согласилась с сайгоном.

— Так вот, когда темные поняли, что они не просто уничтожили эльфов, которые были средоточием нашего мира, но уничтожили мир: негде устраивать свои законы, не кем командовать, некого завоевывать, — Фобос ткнул пальцем в потолок. — Во внешнем мире все очень плохо, большая концентрация тьмы. Нам, разумным, там не выжить без магии, а магов почти всех извели. Да, Дремор заразили драконы, но они были из «Детей тьмы», твари, что притаились в наших рядах до поры, делая вид, что обычные беженцы. Понимая, что мир они потеряли, они сошли с ума, просто по-другому понять их действия невозможно. Они решили, что твари тьмы — это истинная форма жизни, и все мы должны жить так, как звери.

— Значит «Дети тьмы» до сих пор существуют? — спросила я.

— Мы почти всех уничтожили, еще пару столетий назад. Они затаились, выжидали не одну сотню лет, копили свою ненависть. Но сейчас они опять повылезали из своих нор. Я знаю, что на нашего короля было несколько покушений. На меня, как ярого охотника на темных, написали поклеп, и я угодил в тюрьму. Моя семья не смогла оплачивать еду и дом, и залезли в долги. Когда прошел суд надо мной, и меня оправдали, то тут же забрали в долговую яму, как главу семьи. Все это происки темных, я знаю точно. Меня пробовали завербовать в свои ряды. Я не поддался, знал, что должен ждать тебя посланница. А ведь многие соглашаются, не видят причин отказывать тем, кто щедро сыплет золотом. А еще темные мутят народ, говоря о том, что во внешнем мире давно можно жить.

— А если это правда? — тут же спросила я.

— Нет, три года назад король отправлял отряды на прорыв в верхние пещеры. В мире все также властвует тьма. Жуткие чудища, страшные растения. Из двадцати гномов вернулось всего пятеро, и все они были седыми оттого, что увидели Олли, один потерял рассудок. Наверху нет жизни, но темные набирают силу, заражают в души разумных, точат их слабые силы нашептываниями о лучшей доле.

— Я не знаю, чем могу помочь, — прошептала я Фобосу, взгляд у него, как у его предка, такой же пронзительный, так и жду, что сейчас скажет: «Ты должна, Оллья!»

— Ты спасешь всех, Олли, а твой муж будет помогать тебе, ему как дракону из золотого рода не страшна тьма. Я буду следовать за вами и помогать, посланница.

—У меня нет мужа, Фобос, — я скривилась, —и думаю, с инквизитором, мы больше не увидимся.

Гном хмыкнул, улыбнулся многозначительно, но больше ничего не сказал, а мне и не хотелось слушать его предсказания насчет Аньяна.

— Я должна передать кристаллы памяти королю, — сказала я Фобосу, — думала, что встречу мне организует прорицатель Тарус. Знаешь такого?

— Знаю, сильный прорицатель, ты действуешь в правильном направлении. Через несколько дней нужно выйти в город, найти его.

— Главное — это продукты, а не прорицатель, Фобос. Но было бы прекрасно его найти тоже, я бы такой груз с души сняла! Твой предок выдал мне задание, и я хочу его выполнить.

— У тебя все получится, — кивнул мне Фобос. — А теперь командуй, что нужно делать в пещере. Скоро у нас не будет времени на мелкие работы.

Ну, про мелкие работы в пещере Фобос сказал зря. Я хмыкнула. Ничто не улучшает настроение женщине как работающий мужчина, а если их несколько, это вообще эйфория…

Пока мы с Фобосом разговаривали, мебель, которую я отдала новым жильцам, уже вынесли на улицу.

— Кто у вас понимает в разведении животных? — спросила я Фобоса, и мне тут же представили мужчину зрелых лет, Дино.

Фобос удалился командовать доставкой мебели по домам, а я пошла с Дино и его взрослым сыном в зал стазиса животных. Нужно думать, кого первым оживлять.

Из зала мужчины вышли в полном офигении, многих животных они увидели впервые. Я послала их к хозяйственным постройкам посмотреть, что нужно отремонтировать, а сама вернулась в зал управляющего кристалла и слила в него всю имеющуюся энергию в искре.

— Думаю, вечером нужно отпраздновать первый день, со всеми познакомится и одарить доступом к артефактам, не буду же я все время бегать всем все открывать.

— На управляющем кристалле дай ограниченный доступ, — тут же подсказала Катя.

— Это как? — я тут же приложила к кристаллу руку и замерла, пересматривая нужную информацию. Я удивилась, сколько всего тут можно настроить… Эх, тут даже мальчишкам запрет можно поставить на работу со стазисом животных, и поливалки в огороде на режим самополива включить, но энергии будет тратиться больше. Если включать всю работу артефактов на автоматику, то вообще заоблачные потери, как только бывшие жители справлялись.