- Конечно, - она проходит внутрь. - Вот, здесь еще дополнительный набор полотенец, халат, тапочки…
- Замечательно, - забираю у нее пакет.
- Устраивайтесь, я… спущусь вниз, - сообщает мне мужчина и, оставив свой чемодан в коридоре, быстро выходит из номера.
Проводив его взглядом, улыбаюсь женщине, которая как раз заканчивает с простыней.
- А что это за фестиваль у вас в городе, не подскажете? - спрашиваю у нее с любопытством. - Нам сказали, все отели забиты…
- Ой, да, - словоохотливо кивает мне горничная. - У нас тут и исторические ярмарки, и всякие национальные танцы и песни, концерты на центральной площади будут каждый день не по разу! И неподалеку кухню под открытым небом сделали, будут национальные блюда готовить, очень много всего! - женщина улыбается.
- Здорово! - восхищаюсь вполне искренне. - Вот бы сходить…
- Так сходите, конечно!
- Да мы здесь по работе, - вздыхаю, развожу руками. - С утра до вечера в офисе будем сидеть, скорее всего…
- Ну не все же время, - она укоризненно качает головой. - Да и гулянья до самой ночи все равно, рабочий день же у вас не допоздна!
Я только вздыхаю. Вряд ли Резанов согласится гулять ночью по непонятным ярмаркам. И меня одну совершенно точно не отпустит. А жаль. Было бы любопытно. Тем более, что в этом городе значительно теплее, абсолютно летняя погода.
Горничная, закончив с постелью, прощается и выходит, а я решаю, раз босс еще не вернулся, сходить в душ. Не думаю, что он будет сильно возражать, даже если придет через пять минут. Да и я же не собираюсь там два часа плескаться.
Хорошо, что умывалки все у меня собраны в специальную дорожную косметичку, которую можно раскрыть и зацепить маленьким крючочком практически за что угодно. Сейчас быстро все сделаю, а потом все соберу и обратно в чемодан спрячу, чтобы не смущать Марка Давидовича своими пузырьками и тюбиками.
Задерживаться себе я не позволяю, поэтому уже через полчаса, закутавшись в халат и намотав полотенце на волосы, которые решила вымыть с вечера, чтобы утром не тратить на это время, осторожно выхожу из ванны. Но начальника в номере так и не обнаруживаю.
Ну и куда делся, спрашивается? Хмурюсь, покусывая губы, потом решаю, что он взрослый мальчик и сам разберется, когда ему возвращаться. И, взяв с собой мобильный, залезаю на застеленный диван, решив сначала остыть после душа, а потом уже переодеться в домашний костюм.
В телефоне опять обнаруживаются сообщения от Адама. Вполне тактичные и даже с мягким юмором, не ответить на которые будет элементарно невежливо. Создается такое впечатление, что мужчина сознательно спускает на тормозах мои короткие и не слишком дружелюбные ответы, просто пытается меня немного разговорить. И я сама не замечаю, как ему это удается, но какое-то время мы просто переписываемся - ни к чему не обязывающая легкая беседа, я даже улыбаюсь каким-то его шуткам. Но наотрез отказываюсь, когда он спрашивает, можно ли позвонить.
Нет уж. Сообщения - еще ладно, хотя и тут я перегнула, не надо было позволять втягивать себя в диалог. Поэтому уже набираю текст, что мне пора, завтра тяжелый рабочий день, когда слышу, что дверь номера таки открывается.
Спустя буквально секунду на пороге гостиной появляется Резанов, и я не успеваю сделать… вообще ничего. Хотя глупо было бы притворяться спящей, особенно если учесть, что я буквально десять минут назад стянула полотенце с мокрых волос.
Но вот накинуть на ноги одеяло было бы неплохо. Потому что взгляд мужчины тут же останавливается сначала на моих еле прикрытых задравшимся халатом коленях, а затем сползает к голым ступням и пальцам, которые я невольно поджимаю.
- Не спите еще? - задает Марк очевидный и поэтому дурацкий вопрос и как будто немного краснеет.
Или это свет так лег?
- Нет, - очевидный ответ от меня звучит, по-моему, так же по-дурацки. - Я… уже собиралась лечь. Сейчас голову подсушу немного…
Мужчина переводит взгляд на влажные пряди, в беспорядке разбросанные по моим плечам, и, кажется, сглатывает.
- У вас очень красивые волосы, - говорит вдруг.
- Спасибо, - слегка выдыхаю и улыбаюсь. - У мамы были такие же, даже еще гуще, вот и мне по наследству достались…
- Вы их все время в пучок убираете, не устаете? - он продолжает стоять на пороге, засунув руки в карманы.
- Да нет, привыкла, - подцепляю одну прядь, кручу в пальцах, глядя на нее, потом снова смотрю на Резанова, пожимаю плечами. - Офисный стиль ведь.
- Можете носить распущенными, если хотите, - он, кашлянув, кивает и забирает свои вещи, которые так и стояли в коридоре.
- Спасибо, - растерянно гляжу, как он проходит в спальню.
- Вам нужна ванная? Чтобы высушить волосы? - уточняет Марк Давидович уже из своей комнаты. - Фен ведь, кажется, там на стене.
- Да, сейчас! - завозившись, встаю и, взяв с собой домашний костюм, брюки и тонкую закрытую сорочку со свободными рукавами, в которой планирую спать, бегу в ванную.
Спустя десять минут, уже переодевшись и подсушив свою копну, выхожу и чуть было не сталкиваюсь в дверях с мужчиной. Мы с ним оба возимся, шагая то в одну, то в другую сторону, чтобы уступить друг другу дорогу, и каждый раз совпадаем! Сюжет из дурацкой комедии!
В конце концов я просто отступаю в коридор на пару шагов, пропуская Резанова.
- Завтрак в семь тридцать, - говорит Марк, отводя глаза. - Выезжаем в восемь.
- Поняла, - киваю, проскользнув в гостиную, и шмыгаю на диван, под одеяло.
Дверь в ванную с тихим хлопком закрывается, и я судорожно выдыхаю.
Он, оказывается, был не так уж и неправ, когда говорил, что идея с одним номером на двоих неудачная.
Вот вроде бы ничего такого и не происходит… а сердце у меня колотится, губы пересыхают, и перед глазами встают такие картинки, что невольно становится жарко. Интересно… а у него так же? Или ему просто неловко? А если… если он тоже… смотрит на меня и видит….
Лицо начинает полыхать, я обмахиваюсь ладонью, торопливо иду к столу и залпом выпиваю стакан холодной воды. А потом все-таки залезаю под одеяло и уже там стягиваю с себя брюки: спать в одежде для меня - самое настоящее самоубийство. Сорочка еще сойдет, все-таки это тонкий натуральный батист.
Слышу, как в ванной шумит вода, и старательно гоню от себя лишние мысли - причем так старательно, что не замечаю, как засыпаю.
Пробуждение выходит каким-то странным. Во-первых, мне все-таки явно стало жарко, и я во сне скинула с себя одеяло, которое болтается где-то в ногах. А во-вторых… толком еще не проснувшись, не могу понять, что это за шум?
Это же… вода?!
Подскакиваю и оглядываюсь в тусклом свете, проникающем через окна. Кажется, еще очень раннее утро. Совсем раннее.
Но почему опять вода шумит?!
Меня вдруг начинает потряхивать от страха. Я заснула и не услышала - Резанов прошел к себе в спальню вечером? А что если… ему стало плохо прямо там, в ванной?! Инфаркт, или инсульт, или… да что угодно! Ну правда, он же пошел в душ буквально несколько часов назад, и что, опять поперся туда на рассвете?!
Подскакиваю с бешено колотящимся сердцем и крадусь к двери, сама не зная, что собираюсь делать.
Я просто… прислушаюсь, говорю сама себе. Должно же там что-то быть слышно кроме воды.
Дверь ванной в этом отеле открывается, как ни странно, внутрь, а не наружу. И по невероятному стечению обстоятельств оказывается чуть-чуть приоткрыта. Наверное, именно поэтому я проснулась - из-за того, что сейчас шум воды слышен сильнее, чем вечером.
Изо всех сил закусив губу и готовясь зажмуриться, осторожно, максимально незаметно сдвигаю створку, так, чтобы щель была чуть пошире, и практически прислоняюсь к ней щекой, чтобы увидеть…
Душевая находится справа за дверью. А в левой части просторного помещения прямо напротив душевой на стене закреплено огромное зеркало в пол, которое как раз и видно в щелку приотворившейся двери. И в зеркале отражается стоящий к нему спиной обнаженный мужчина, упершийся ладонями в противоположную стену.
