Лишь рядом с Евой я ощущаю себя живым. Без нее вокруг все серо и тоскливо.

— Сестрен, ты готова? — уточняю, заглядывая в кабинет Лизы Аверченко, жены Арсения. — Нам ехать пора, — напоминаю, тактично промолчав про утекающее сквозь пальцы время.

Пользуясь моментом, пока Марья перед зеркалом поправляет прическу, фотографирую ее. Отправляю Еве образ и прошу одеться в точности так же. Следом отправляю переводом крупную сумму денег.

Дожидаюсь, пока она прочитает полученное от меня сообщение, и с замиранием сердца жду ответ. Но его не прилетает.

— Вот теперь можно ехать, — улыбаясь, отвечает сестра. Берет свою сумочку и подходит ко мне. — Я готова.

— Отлично, — сдержанно киваю.

С трудом отбросив мысли о любимой женщине, заставляю себя собраться и под тщательным контролем вывожу сестру на свежий воздух. Пусть пространство вокруг сканируют люди Аверченко, расслабляться нельзя даже при этом раскладе.

— Прошу, — открываю перед сестренкой переднюю пассажирскую дверь. Ей нужно находиться на виду, следящие за ней гады должны убедиться, что со мной действительно Марья.

— Какой ты сегодня галантный, — нервно подмечает. Она тоже переживает и старается лишний раз не покидать свое жилье, но сегодня на Марью у нас всех иные планы.

Рассаживаемся, стартуем. В зеркало заднего вида вижу, как следом за нами движется еще три машины. Охрана, приставленная Демьяном к Марье, слежка и люди Арсения.

— Петь, куда ты меня везешь? — отрывая внимание от окна в очередной раз, спрашивает Марья.

— В магазин, — отвечаю ей с невозмутимым видом. Стреляю взглядом по зеркалам, вижу, как слежка подбирается ближе, и сильнее давлю на газ.

Ох, Демидов, да ты со мной не расплатишься!

— В какой? — продолжает задавать совершенно ненужные в данной ситуации вопросы.

Поправляю бейсболку, в которой дико неудобно. Я их никогда не ношу, козырек срезает обзор и становится не комфортно.

Я по роду своей деятельности привык контролировать все от и до, брать максимум от того, что имею. В случае с бейсболкой мне приходится намеренно лишить себя части видимости, что в принципе недопустимо.

— Скоро увидишь, — бросаю, перестраиваясь в соседний ряд, и снова стреляю взглядом по зеркалам заднего вида.

Делаю несколько крутых маневров, обгоняю «шашечками» три машины и, как ни в чем не бывало, возвращаюсь в свой ряд. Марья визжит от страха, а я наблюдаю за слежкой.

Они пропалили, что я о них догадался.

Придется действовать жестче.

Делаю очередной вираж.

— Петя! — кричит Марья, одной рукой хватаясь за ручку, а второй упираясь в автомобильную торпеду.

— Все под контролем, панику не гоним, — цитирую кусок из старой песни и, подмигнув, снова приступаю к экстремальной езде. Я хочу оторваться.

— Петя! Дурак! Прекрати! — визжит сестра, но тут без вариантов. Или мы их, или они нас. Я должен быть тем, кто победит в этой схватке. — Я ж сейчас рожу от страха!.

— Не кипишуй, — произношу, пытаясь ее подбодрить. Марьюша не должна узнать ни про слежку, ни про погоню.

Едва мы возвращаемся к нормальной езде, как мне прилетает удар в плечо.

— Вообще-то больно, — признаюсь, морщась.

— Будешь знать, как пугать беременную сестру, — заявляет на нервах. — Радуйся, что Демьян не узнает об этом. Он с тебя три шкуры сдерет.

— Можешь рассказать, — отвечаю с усмешкой и вновь перестраиваюсь из ряда в ряд.

Заезжаю к торговому центру, где нас ждет Ева, но заворачиваю не к центральному входу, а к боковой пристройке.

— Петь, зачем ты привез меня в магазин со стройматериалами? Ты смеешься? — начиная откровенно нервничать, спрашивает Марья.

— Так нужно, — говорю коротко. — Выходи, — открываю сестре дверь.

— Никуда я не пойду, — фыркает, скрещивая руки на груди. — Мне в строительный не нужно. Ты головой поехал? — посылает мне полный недовольства взгляд.

— Мне нужно, — отрезаю, не желая вдаваться в подробности. Время поджимает.

От Евы нет новостей. Я нервничаю из-за ее молчания и начинаю накручивать себя. Успокоиться не выходит.

— Ты либо выйдешь самостоятельно, либо я тебя заставлю, — режу сурово.

Схлестываемся с сестрой взглядами. Никто не желает уступать.

— Тебя Демьян уничтожит, — бросает уже ставшей привычной угрозу.

— Он мне спасибо скажет, — парирую, ухмыляясь. Марья не знает про наш план, встреча с Демидовым станет для нее настоящим сюрпризом.

Всем своим видом показывая, как сильно ей не нравится то, что происходит вокруг, покидает машину и, бурча под нос, направляется за мной следом.

Пока я хожу по магазину и набираю стройматериалы для ремонта в квартире, Марья не устает надо мной издеваться.

К моменту, когда мы расплачиваемся на кассе, я уже сам хочу ее прибить. Но держусь, ибо дело важнее.

Отвозим купленное «добро» в машину, убираю все в багажник и, лишь заметив, что на переднем пассажирском сидит Ева, успокаиваюсь. Все-таки прочитала мое сообщение, умница!

Тревога отлегает от сердца. Теперь-то я точно смогу ее защитить.

— Садись. Живо, — бросаю сестре быстро и коротко, открываю дверь стоящего рядом с нами авто.

Марью накрывает ступор, а я озираюсь по сторонам и понимаю, что за нами может быть слежка. Матерясь, едва ли не силой заталкиваю ее во внутрь.

— Ты что творишь? — вспыхивает изнутри, дергая ручку и пытаясь открыть дверь, но она не открывается. Заблокирована. Лебедев просчитал действия Марьи.

Не теряя даром времени, киваю другу и возвращаюсь к погрузке авто. Когда из салона выскакивает Ева, то на миг теряю дар речи.

— Ну как я тебе? — спрашивает, ласково поглаживая внушительных размеров накладной живот. Смотрю на нее и не знаю, что сказать.

В голове становится глухо.

На ней парик идентичный прическе моей сестры, косметика, одежда… Все один в один как у Марьи, но я этого всего не замечаю. Я вижу лишь ее. Женщину, которая скоро подарит мне сына.

Ева чуть поворачивает голову к машине Лебедева и едва заметно подмигивает. Уверен, Марья там и видит подругу.

Встречаясь в зеркале заднего вида взглядом с Андреем, киваю ему. Лебедев тут же приводит машину в движение.

— Нравится? — Ева продолжает крутиться передо мной.

Делаю глубокий вдох. На пару секунд задерживаю дыхание.

— Да, — признаюсь в конечном итоге.

Улыбается.

— Вернись в машину и не отсвечивай лишний раз, — сухо требую от нее. За нами по-прежнему слежка, рисковать Евой не собираюсь.

— Будет исполнено, мой командир! — едва ли не отдает честь и исчезает в автомобильном салоне. Зараза!

Сердцебиение ускоряется.

Загружаю покупки в багажник, захлопываю его и в этот самый момент замечаю, как на парковку заезжает машина, от которой совсем недавно оторвался.

Встречаемся взглядом с водителем авто. Он хищно улыбается.

Ну что же… Игра продолжается.

Не теряя ни единой секунды, прыгаю на водительское, блокирую двери.

— Пристегнись! — перед тем, как сорваться с места, жестко говорю Еве.

— Петя, блин! Ты решил нас с ребенком угробить? — взрываюсь после очередного виража. — Осторожнее! Я, между прочим, беременна и… — вдруг ощущаю острый приступ тошноты. Он настолько резкий и сильный, что мне с ним не справиться.

Коновалов словно нарочно делает очередной резкий поворот, я едва успеваю зажать рот рукой.

— Ева! Твою мать! — рычит перед тем, как резко остановиться.

Выскакиваю из машины за секунду до того, как меня скручивает очередным спазмом. Желудок опустошается в пару моментов.

Меня всю трясет. Лоб покрылся испариной.

— Почему не сказала, что тебе плохо? — спрашивает, нависая надо мной. — Держи, — протягивает бутылку воды и салфетки.

— Спасибо, — выдавливаю из себя перед новым спазмом и окончательно (надеюсь) опустошаю желудок.

Умываюсь, кое-как привожу себя в порядок, если это можно назвать порядком в нынешних условиях.