Дыхание сбилось, когда его рот собственнически коснулся моей шеи, и я, не задумываясь, откинула голову назад.

Последняя ниточка моего сопротивления лопнула. Ночь, замок, да и сам мир исчезли, пока не остались только Иван и обещание — снова быть его.

Иван

Даже сейчас это казалось нереальным. Клара — моя Клара — вернулась ко мне во плоти и крови, такая покорная, любящая. Моя.

Она лежала в постели, которая когда-то была нашей, бледная кожа и стройные длиннФые ноги резко выделялись на фоне тёмных простыней. Она была такой влажной и готовой между бедер, этот вид возбуждал хищника во мне, пока он не взревел.

Моя жена. Мое спасение. Моя жертва для поглощения.

Я хотел любить ее медленно, но все, о чем я мог сейчас думать — это как сильно я хочу её жестко трахнуть.

— Ты хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью или чтобы я тебя трахнул? — Ее стон был таким же, как и пять столетий назад. — Скажи мне, fată frumoasă a mea. Моя прекрасная девочка.

Она поерзала на кровати, и ее идеальные груди слегка дрогнули. — Voiesc să mi-l dai tare și iute, cum mi-l dădeai altădată. Я хочу, чтобы ты сделал это жестко и быстро, как делал когда-то.

Мой член дернулся, когда моя жена заговорила на нашем родном языке. Это было так естественно, так мелодично. Я закрыл глаза, а каждая мышца моего тела напряглась в ответ.

Её щёки вспыхнули сильнее. Если она хотела вспомнить и почувствовать, как было, между нами, раньше, то я дам ей это. Грубо. Горячо. По-настоящему.

— Ты заставляешь мой член пульсировать, когда я слышу, как ты просишь об этом на родном языке. А из-за запаха твоей сладкой киски, такой возбужденной и мокрой, я долго не продержусь, как только окажусь глубоко внутри тебя.

Она тихо застонала. — Иван… Я хочу, чтобы ты трахнул меня.

Я зарычал от того, как чертовски приятно было слышать то, как она произносит эти грязные слова.

— Ты видишь, каким чертовски твердым становится мой член? — Мое сердце бешено заколотилось в груди при мысли о том, что она полностью моя. Я слегка отодвинулся, чтобы встать на колени рядом с ней, и обхватил рукой свой член, страстно желая оказаться внутри нее. Клара издала нежный, прерывистый звук, который чуть ли не лишил меня сдержанности.

— Видишь, что ты со мной делаешь? Ты так чертовски меня заводишь, что я могу кончить еще до того, как окажусь в твоем идеальном упругом теле.

Она вцепилась в простыни, мышцы на ее руках напряглись, тело таяло от желания. Взгляд Клары остановился на моем члене, её маленькие зубки впились в нижнюю губу, пока та не побелела от напряжения.

— Ты хочешь, чтобы мой рот снова оказался у тебя между бедер? Чтобы я лизал твою тугую маленькую киску, пока ты не начнешь умолять? Или может быть, ты хочешь, чтобы мои клыки вонзились в твою кожу? А мой язык слизывал каждую каплю твоей горячей крови?

Ее сдавленный крик разорвал воздух, когда она раздвинулась еще шире, полностью обнажая передо мной свою киску. Пьянящая сладость ее возбуждения подействовала на меня, как наркотик.

— Иван... да. Я хочу тебя. — Ее голос был низким, полным страсти, и в следующее мгновение я уже был на кровати.

Клара так же отчаянно нуждалась во мне, как и я в ней. Я притянул ее тело вплотную к своему, одной рукой схватив за горло, и прижался к ее губам в страстном поцелуе. Она тянулась ко мне так же отчаянно, как и я к ней, глубоко впиваясь ногтями мне в кожу. И я молился, чтобы она проткнула ее, пустив мне кровь и таким образом оставив на мне свой след.

Я жадно пожирал ее рот: облизывал, посасывал, позволяя своим клыкам скользнуть по ее губе, прежде чем отстраниться, не отрывая от неё жадных глаз. Моя рука прошлась вверх от ее горла к подбородку, большим пальцем я провел по ее нижней губе, оттягивая ее вниз. Я вдавил свой палец внутрь, погружаясь глубоко в ее рот, огонь и покорность Клары пробуждали во мне хищника.

— Ты такая чертовски красивая, моя милая, — прохрипел я, наклоняясь, чтобы лизнуть её приоткрытый рот, провести языком по губам и снова ворваться внутрь. Я пожирал ее, наслаждаясь каждым миллиметром её влажного, горячего рта, в то время как ее стоны разжигали во мне огонь.

Пока я медленно и глубоко трахал ее рот своим языком, моя свободная рука скользнула вниз, проникая между ее бедер. Мои пальцы мгновенно покрылись влагой, ее тело стало таким податливым и нетерпеливым. Мой член пульсировал, а желание кончить именно сейчас адски меня терзало.

— Такая влажная для меня. Полностью готова для своего мужа.

Ее крик разорвал воздух, ноги раздвинулись еще шире, открывая мне каждый дюйм прекрасного тела. Я придвинулся ближе, прижимаясь к ее жару. Клара застонала, провела языком по острому краю моего клыка и надавила, пока не пошла кровь. Сладкая жидкость с медным оттенком наполнила мой рот, и я почти растворился в ее вкусе.

Я дразнил ее клитор, перекатывая его между пальцами, прежде чем снова прижаться губами к ее жаждущему рту. Я целовал ее глубоко и тщательно, держа руку на ее подбородке, заставляя тем самым раскрыться рот сильнее, ей нравилось, как я трахал ее губами и языком. Она не сопротивлялась. Она сдалась. Моя идеальная женщина полностью мне подчинилась.

Из меня вырвалось рычание, когда я засунул палец в ее тугую киску, ее стенки жадно сжались вокруг меня. Я входил и выходил, наслаждаясь ее вздохами, затем оторвался от ее рта и высвободил руку.

Ее ошеломленные глаза раскрылись и встретились с моими, когда я поднес свои влажные пальцы к губам. Я медленно провел по ним языком, слизывая каждую каплю ее возбуждения, смакуя его, как деликатес.

Я просунул свой палец между ее губ, жестко трахая им ее рот.

— Попробуй себя, Клара. Ты на вкус как совершенство, правда?

Ее стон отдался вибрацией в моем теле, когда она так жадно сосала мой палец, а мой твердый, как камень, член дернулся, между нами. Я высвободил палец, скользкий от ее слюны, а затем вылизал все до капли.

— Я скучал поэтому, моя сладкая девочка.

Я протянул руку, обхватив ее за предплечье, и поднес ее изящное запястье к своим губам. На мгновение я просто прижал ее к себе, ощущая тепло на своих губах, вдыхая ее запах, как будто она была единственным, что удерживало меня в этом мире.

Я высунул язык, пробуя на вкус ее нежную кожу, и мои клыки удлинились. Я приоткрыл губы, позволяя ей увидеть, что она со мной делает. Ее зрачки расширились, дыхание участилось, а воздух наполнился тяжелым ароматом ее желания.

Затем я вонзил свои клыки в ее нежную плоть. Ее крик разорвал воздух, когда я глубоко вонзился в нее, но не отвел от нее взгляда. Ее горячая, густая кровь брызнула мне на язык, затем медленно стекая по горлу, как сладчайший грех. Я застонал, жадно поглощая ее, каждый глоток был знаком обладания.

Я оторвал рот от ее запястья, рана все еще кровоточила, и я прижал ее руку к своему сердцу. Алые капли скатились вниз, разбиваясь об ее идеальную грудь. Я поднес тонкое запястье к своему рту, провел языком по двум проколам, запечатывая их, прежде чем размазать пальцами ее кровь по соскам, окрашивая ее тем, что принадлежит мне.

Она издала потрясённый, прерывистый звук, который только усилил больное желание в моём члене. Я скользнул рукой ей за голову, пальцы собственнически сомкнулись на её затылке

— Дай мне этот красивый ротик снова. — Она всхлипнула и слегка приподнялась, делая именно то, о чем я просил. Я целовал ее грубо и дерзко. Мой член пульсировал, между нами, её влажность была так сильна, что я уже был весь в ней, даже не оказавшись внутри.

Я хотел, чтобы она пила из меня, чтобы приняла часть меня в себя, как я и буду делать с ней всю нашу жизнь. Ее румянец стал ярче, как будто она могла читать мои мысли. Я застонал, услышав, как ее сердце забилось быстрее, увидев, как затвердели ее соски. Я чувствовал запах её текущей киски, знал, что влага стекает по ложбинке её ягодиц, пропитывая простыни.