До восхода солнца выносили во двор постели и выбивали их, после чего должны были исчезнуть клопы и блохи. Или «выгоняли клопов» таким образом: спичечные коробки привязывали «поездом» друг за другом, туда сажали насекомых-вредителей и тащили по дороге со словами «Слава богу, от нас уезжают, потом никогда не будет».
Другая группа обрядов была направлена на защиту от колдунов, которые в четверговую ночь особенно активны. Чтобы уберечь себя и скот, в этот день на дверях рисовали кресты, обрызгивали дом и хлев святой водой, окуривали можжевельником. По поверью, сами еретники говорили: «Кто не окрестит дверь – сможем зайти, а кто окрестил – даже если дверь как решето, не сможешь зайти». Считалось, что если колдунья-еретница проберется в пригон, то может выстричь шерсть у овец, отрезать корове кусочек вымени, уха или хвоста, то есть магически присвоит скотину и ее молоко, а животные будут испорчены и вскоре умрут. В ночь на Великий четверг мужчины стреляли из ружей – так отпугивали нечисть (или медведей). Утром совершали обходы хозяйства с печной клюкой, обрызгивали двор и огород водой, защищая этими действиями дом от нечистой силы.
Вечером в Великий четверг, который также называется Чистым, было принято обязательно вымыться в бане и надеть чистое белье.
Помимо мытья избы, приуроченного к престольным праздникам, у коми раз в году проводились «помочи», на которых женщины по очереди проводили генеральную уборку в домах. Как правило, такие годовые уборки были приурочены к Пасхе, иногда к Троице. Особое место в предпраздничной уборке занимало мытье красного угла (Ен пелес), эта роль отводилась одной из девушек.
На Верхней Вычегде «избомытия» завершались ритуальным изгнанием Стареча (Стареч вöтлöм). Этот мифологический персонаж, воплощающий годовую грязь, вероятно, никогда не имел определенного облика. Когда завершали мытье в избе, открывали дверь и перед выходом произносили: «О, Стареч, теперь иди туда-то!» (где еще не отмыто).
Пасха (Ыджыд лун) начиналась с всенощной праздничной службы в храме. С совершаемым в эту ночь крестным ходом были связаны различные поверья. На Ижме, когда во время обхода вокруг церкви шли по насту, старались ступать осторожно, потому что было поверье: кто провалится, тот скоро умрет. Детям говорили, что в пасхальную ночь можно услышать, как бьются «постный» и «скоромный» дары (церковные ложечки для причастия) – скоромная ложка всегда побеждала. Во время заутренней службы некоторые коми-зырянские охотники и рыболовы в ответ на «Христос воскрес» вместо обычного «Воистину воскрес» произносили наименования особо ценных зверей, птиц и рыб, надеясь благодаря этому получить удачу в промыслах на год. Освященные во время пасхальной службы куличи и крашеные яйца наделялись особой магической силой, их хранили на божнице для чрезвычайных случаев. Повсеместно верили, что брошенные в огонь во время пожара пасхальные яйца предотвращают его дальнейшее распространение. Магическую силу приписывали и огаркам пасхальных свечей, которые зажигали потом во время сильных гроз и для облегчения трудных родов. Пасхальные просфоры использовали в посевной обрядности.
Поскольку в прошлом у коми-зырян куроводство было развито слабо, при недостатке куриных яиц к Пасхе готовили кос рысь («сухой творог») – колобки в виде церковных белых просфор из творога, замешенного на масле и сметане. Коми-пермяки на праздничный стол доставали засушенные после Масленицы остатки пирогов и шанег (их называли пасхами). В пасхальный день существовал запрет печь на открытом огне стряпню, иначе можно подпалить лоб Христа. В некоторых местах даже не разрешали топить печь.
Пасхальное яйцо, которое клали на божницу, припасали заранее – обычно брали первое снесенное курами весной. По окраске яиц судили о будущем семьи, о погоде: если одно из них имело неокрашенные пятна, это считалось знаком беды или плохого лета. После освящения в церкви каждому присутствующему раздавали по яйцу: кому достанется самое крупное, тот будет жить много лет, кому всмятку – жизнь пойдет всмятку. Крашеные яйца крестные дарили крестникам, родители давали детям для забавы, женщины обменивались между собой. Юноши и мужчины играли с ними, соревнуясь, кто собьет больше яиц или чье дальше укатится.
В течение всей Пасхальной недели совершали обходы домов священники. В каждом доме они пели молитвы, освящали пасхальную еду и зерно. В этот период был открыт доступ на церковные колокольни, куда поднимались звонить взрослые и дети. Обязательным атрибутом празднования Пасхи были качели разнообразной конструкции. В течение недели качались все желающие, сколько человек поместится. В последний день Пасхальной недели качели ломали – их необходимо было убрать до начала пахоты, сева. Считалось, что качание может навредить будущему урожаю.
Повсеместно на девятый день после Пасхи поминают умерших. У коми этот день называется Родительская Пасха (Рöдитель Ыджыд лун) или Пасха мертвых (Кулöмаяслöн Ыджыд лун). В некоторых локальных традициях у коми-зырян и коми-пермяков для умерших в этот день тоже красили яйца.
Согласно поверьям, лишь в период Пасхальной недели и на Вознесение (Вöзнесенне) райские врата открыты душам усопших. По этому поводу печорские староверы говорили, что на Пасху Иисус Христос спускается на землю, а на Вознесение возвращается на небо (Ен ыб). В эти дни у коми проводят поминки по всем усопшим в течение года.
Троица (Трöича лун – у коми-зырян, Стрöча – у коми-пермяков). По народному календарю конец весны и начало лета приходятся на праздник Троицы, который отмечается в пятидесятый день после Пасхи. Обрядовое наполнение праздника связано с культом растительности, поэтому основной символ этого дня – береза. Березки приносили из леса, ставили их под окна и в центре села, украшали ленточками, водили вокруг них хороводы. Веточки березы наделялись теми же свойствами, что и верба: ими стегали скот и детей. Собравшиеся на лугу селяне соревновались в подбрасывании крашеных яиц. Праздник Троицы связан прежде всего с поминальной обрядностью: в Троицкую субботу или в сам праздник обязательно ходили на кладбище. Коми-пермяки кладбище посещали в Семик – четверг перед Троицей.
Камско-косинские и некоторые иньвенские коми-пермяки украшали березу как девушку: одевали ее в сарафан, повязывали платок; либо делали куклу, которую «водили» по деревне, ставили рядом с березой. Символически эта традиция соотносит период девичества и календарный этап расцвета природы. Об этом же косвенно свидетельствуют прогностические ритуалы праздника. Девушки в день Троицы ходили смотреть на перевязанные в четверг ветки березы и бросали на дерево свои платки, желая узнать будущее. Считалось, что проводы березки к реке благоприятствуют замужеству.
Иванов день (7 июля). По старому стилю празднование Иванова дня приходилось на летний солнцеворот. Это время самого бурного цветения растений, пик лета. Поэтому трава, цветы наделялись особой магической силой. Главным атрибутом празднования Иванова дня у коми была баня. Накануне праздника заготавливали новые банные веники (купальнича корöсь). В них вплетали купальницу, другие цветы, ветки рябины. Взрослые хлестали себя и детей для здоровья. Веники в этот день ломали руками, а после ветки уже можно было резать. Обряды хлестания предполагали, что биологическая способность роста растений переносится на ребенка: «Быть чистым, как рябина, цвести, как купальница, шириться, как березовый лист». Коми-пермяки, попарившись свежими вениками, крепили их к ограде, кидали на крышу бани или бросали в реку. Если веник пожелтеет или утонет, значит, человек заболеет, умрет. Гадали и другими способами. На ночь под подушку клали до двенадцати цветущих трав и примечали сновидение.
Верили, что в ночь на Иванов день полезные травы загораются как свечки. Огненный вид имеет и цветок папоротника, который раскрывается только один раз в году. Поверья коми об этом цветке были аналогичны славянским мифологическим сюжетам. Цветок папоротника способен сделать людей невидимыми, открыть все замки, помочь в беде. В лесу папоротник охраняет нечистая сила, которая не пускает человека к цветку, создает бурю и другие преграды. Даже если человек сорвет его или он случайно попадет в его обувь, цветок ему не достанется: нечистая сила обманет владельца и отнимет волшебное растение. По отдельным уверениям, лишь «знающим» людям удавалось завладеть чудесным цветком. С Ивановым днем, как рубежной датой, связаны различные запреты. До этого праздника нельзя было купаться, иначе «утащит вакуль». Детям после Иванова дня запрещалось скакать на досках, свистеть и играть на дудках. Это объясняли тем, что наступает время цветения ржи и шум ей вреден: от шума и свиста может замерзнуть хлеб.
