Согласно средневековому апокрифу «Сказание о двенадцати пятницах», в году есть двенадцать особо почитаемых пятниц, которые человек должен соблюдать строгим постом и молитвами. Нарушивших это предписание постигнет кара – внезапная смерть в воде, в огне, от грома или иных бедствий. На Русском Севере особо чтимая Девятая пятница отмечалась как весенний женский праздник. В некоторых коми традициях в этот день устраивались всеобщие молодежные гуляния.
Не менее известным был храмовый праздник Параскевы Пятницы в селе Ыб (Иб) Сыктывдинского района Республики Коми, связанный с кладбищенской церковью, построенной в 1846 году. По преданию, икона святой Параскевы явилась на ели местному охотнику. После разрушения церкви туда приходят верующие просить исцеления.
Фольклорное представление о том или ином святом, с одной стороны, связано с годовым кругом церковных служб и праздников, с другой – с традиционным хозяйственным (земледельческим, животноводческим, промысловым) календарем. Само почитание святого в народе нередко связывалось с полным или частичным отказом от работы в этот день и отражалось в рассказах о божьей каре за нарушение запретов. Эти наказания соотносились с представлениями о грозных и добрых святых. К числу сурово наказывающих святых относились Илья-пророк и Параскева Пятница. Последняя, кроме перечисленного, еще почиталась как исцелительница глазных болезней, она же могла наказать ослеплением. В связи с принятыми запретами и ограничениями в список персонифицированных дней включались такие даты, как Благовещение и Преображение Господне. «Суровость» святого связывалась прежде всего со строгостью возможного наказания за работу в этот день, что воспринималось как оскорбление праздника.
В противопоставление «грозным» святым Николай-угодник считался не только самым «милостивым», но и самым влиятельным покровителем многих сфер жизни. Об особом его почитании говорит и тот факт, что в начале XX века на территории Коми края было двадцать две Никольские церкви, не считая часовен. В народе святой Николай получил многочисленные эпитеты, такие как «Микола – скорая помощь», Микола Милостивый, Микола-угодник. Образ святого Николая чаще других встречается в рассказах о явлении святого на земле. Как и у русских, в коми фольклоре широко представлены сюжеты, в которых Николай-угодник выступает в роли помощника и защитника охотников, как бы совмещая свои функции с функциями лесного духа-хозяина или же противостоя ему. Помимо весеннего и осеннего Николиных дней, большое распространение у коми получил также связанный с пасхальным кругом день Николая Великорецкого (десятое воскресенье по Пасхе).
Притом что иконы Николая Чудотворца относились к особо чтимым, у иньвенских коми-пермяков в доме их держать боялись – как бы святой в доме «не начудотворил» (из-за созвучия слов «чудотворец» и «чуд»). Если же случайно приобретали такую икону, то, узнав об этом (из-за неграмотности часто не знали), относили в церковь или прятали.
Образ Стефана Пермского в народных представлениях, с одной стороны, сохранил наиболее важные для христиан черты, а с другой – приобрел признаки, позволяющие включить его в контекст традиционных воззрений и рассказов о колдунах. В апокрифических преданиях Стефан Пермский ослепил вымичей-язычников, попытавшихся его убить, срубил «прокудливую березу», уничтожил языческие кумирни. Он ходил по воде, плавал на камне, состязался в вере с предводителем пермян Памом. В русле космогонических мифов излагались мотивы изгнания и крещения чуди, которая убегала, топилась, зарывалась в землю, освобождая место для новых народов.
Образ Стефана Пермского замещает образ Ена в одном из этиологических сюжетов: во времена гигантских рябчиков один из них шумно взлетел и напугал коня Стефана Пермского, он упал с коня и проклял птицу, с тех пор рябчик стал размером с собственное сердце.
Наиболее обширный круг сюжетов связан с колдовским эпосом, в котором образ реальной исторической личности трансформировался в образ сильного колдуна, побеждающего местных жрецов и колдунов с помощью магии и хитрости. Один из распространенных народных сюжетов – путешествие Стефана по реке на камне, во время которого он обращал в новую веру коми. Стефану Пермскому, местночтимому святому и покровителю, было посвящено множество храмов и часовен Коми края. К нему обращались за помощью от многих невзгод. Новый всплеск почитания Стефана Пермского возник в связи с совпадением Степанова дня и Дня Победы – 9 мая. Так в середине прошлого века возник образ Степана Великого – пророка.
Почитание икон. В коми языке слово Ен (Бог) вобрало в себя понятия и «христианский святой», и «икона». Поэтому почитание того или иного святого достаточно часто сопряжено с почитанием конкретного образа, иконы, с которыми во многих традициях связаны истории церквей, часовен и заветных праздников. В некоторых традициях коми и до настоящего времени сохранилось особое отношение к иконам, написанным по мотивам заселения территорий. С такими иконами связано появление часовен, часовенных приходов. Как правило, после разрушения храмов они хранились и почитались как родовые святыни, передаваемые по наследству.
В селе Нившера Корткеросского района Республики Коми была церковь с четырьмя часовнями, около десятка обетных крестов, к которым ходили во время крестных обходов территории. После разрушения всех этих сакральных объектов многие иконы были сохранены местными жителями, и традиция почитания этих святых тайно продолжалась уже в домашних условиях. Так, почитаемая и ныне икона святого Харлампия в течение всего года хранится в амбаре – «куме». В Харлампиев день (23 февраля), взяв утром воды из реки, хозяйка заносит икону в избу. Поставив икону на стол, она «молит» ее: трижды обмывая над посудой, читает молитву. Днем к иконе приходят все желающие, приносят дары (мясо, выпечку, деньги, шерсть), молятся и целуют образ, берут с собой «святую воду». Этой водой освящают хлев, используют при лечении скота.
Подобный обряд с иконами, которые после разрушения храмов тайно хранились в домах, проводился и в других местах. С большинством этих икон были связаны рассказы о проявлении каких-либо чудес, поэтому все они назывались «явленными». В некоторых местах и поныне используют иконы при тушении пожаров. В деревне Бакур Ижемского района Республики Коми на чердаке одного из домов хранится деревянное скульптурное изображение Иисуса Христа – фрагмент распятия, спасенный при разрушении храма в советские годы. Жители деревни (чаще женщины) приходят туда молиться, приносят дары (одежду, деньги, продукты) для Спасителя, зажигают свечи. Когда терялся человек в тайге, то его жена или мать шили рубаху, которую надевали на скульптуру Иисуса Христа, моля его о помощи. Известно несколько историй о чудесном спасении местных жителей после таких молений.
Скульптурное изображение Иисуса Христа (фрагмент распятия). Деревня Бакур Ижемского района Республики Коми.
Фото О. В. Голубковой
Коми-пермяки приписывали иконам не только благое влияние на их жизнь, но и возможность причинить зло. Если нужно было купить новую икону взамен старой, то выбирали тот же знакомый им образ. Иногда злого, карающего «бога» за допущение беды наказывали: ставили его изображение вниз головой.
Святые образа наделяли прогностическими функциями. С помощью отпущенной на реку иконы находили тело утонувшего. Если икона падала или с ней происходило что-то еще, считали это знаком-предостережением, ожидали беду.
Пермская деревянная скульптура. Рельефная резьба икон на Руси была известна с XII века. В середине XVI века появились ограничения и запреты на скульптурные изображения в храмах, но в Прикамье их продолжали создавать и помещать в церквях и часовнях до конца XIX века. Территория расселения коми-пермяков, по словам исследователя Н. Н. Серебренникова, в прошлом была одним из районов наибольшего распространения христианской скульптуры. Благодаря собирательской работе энтузиастов-музейщиков в 1920-е годы на территории Северного Прикамья была собрана самая крупная коллекция деревянных «богов».
