Водяной дух-хозяин мог появиться в различном облике: зооморфном, антропоморфном, смешанном. На берегу васа показывался человеком; когда он бросался обратно в воду, поднималась буря и по поверхности водоема прокатывались огромные волны. Коми-зыряне его представляли рослым мужчиной с длинными темно-зелеными илистыми волосами, одетым в зеленый кафтан, или в виде могучего старика с седой бородой. Коми-пермяцкий ваись часто имел уродливые черты. Он мог быть мохнатым, с продолговатой головой, без бровей и ресниц, четырехпалым или шестипалым. Иногда считали, что у водяного три пары глаз; дополнительные глаза находятся над ушами и на затылке. Принимая человеческий облик, ваись выходит на берег в золотом наряде или в одежде из рыбьей чешуи. Северные коми-зыряне считали, что внешний вид водяного зависит от погоды. В дождливые, ненастные дни он появляется в образе брюнета с мрачным взором и изможденным лицом, а в солнечную погоду превращается в блондина с веселыми голубыми глазами и белым лицом (отражение народных представлений о красоте). В человеческом облике водяной появляется на берегу для того, чтобы вступить в схватку с лешим, которого не любит за брошенные в воду коряги. Считалось, что кровь у водяного, как и у прочей нежити, синего цвета.

По представлениям коми рыбаков, чаще всего водяной представал в виде очень крупных щук, которые стояли в воде головой по течению, а не против него, как обычно стоят рыбы. Таких щук остерегались бить острогой, поскольку верили, что находящийся в этом обличье водяной хозяин способен обратить острогу против самого рыбака. Аналогичные верования были у удмуртов, которые считали, что водяной в виде большой щуки держит голову под водой во время сна в противоположном обычному для рыб направлении. У коми-пермяков существовало поверье, что в Адты (Ад-озере) обитала огромная щука – хозяйка всех рыб. Она позволяла рыбачить на озере всем желающим, но время от времени забирала взамен то лодку, то сеть, то собаку, даже иногда человеческое дитя. Выходя на берег, она превращалась в красивую женщину и требовала от рыболовов жертву за их улов. В другом озере, Вадты, якобы обитала щука, не имевшая в голове кости в виде креста, который должен быть у всех съедобных рыб – созданий Ена. В коми-зырянском мифе щука «без креста» называлась творением Омöля и отождествлялась с миром злых духов.

Водяные духи жили в подводном мире в обычных крестьянских избах, разводили коров и лошадей. Когда они играли свадьбы, то просили мельников открывать для проезда их свадебного поезда мельничные запруды. Коми верили, что водяные заманивали людей в воду и топили – для этого они могли принять облик знакомого человека. Считалось, что утопленники оставались в подводном царстве, а вместо тела водяные духи подбрасывали на землю чурку.

Свой скот водяные духи выпасали на берегах рек и озер. По представлениям коми-зырян, их лошади были черно-белой и красно-белой масти, а коровы – рыжего или черно-рыжего цвета. Заметив человека, они ныряли обратно в воду. Коровы водяных отличались от обычных тем, что не оставляли следов и не стряхивали попавшую на них росу. Если кто-либо умудрялся незаметно подобраться к стаду и накинуть одной из коров на шею нательный крестик, то все коровы погружались в воду, а та, что с крестом, оставалась и становилась собственностью поймавшего ее человека. По другим сведениям, чтобы приручить корову водяного, следовало снять с головы платок, повязать его на шею корове и сказать: «Чур, водяная корова! С моей руки да всему миру!» – затем плюнуть на ладонь и дать лизнуть корове. Считалось, сколько сена дать в первый раз водяной корове, столько она и будет всегда есть; сколько надоить молока в первый раз, столько и будет давать постоянно. Коровы водяных были очень удойливыми, но на земле телились только бычками и свою породу не продолжали.

Как и владыка леса, водяной хозяин, по представлениям коми рыбаков, особенно строго относился к соблюдению норм и правил промысловой морали, наказывая за их нарушение лишением добычи. На воде и у воды нельзя было браниться, говорить, что вода невкусная. Считалось, что водяной не даст рыбы, если помочиться или плюнуть на берегу водоема. За ругательство, произнесенное во время заброса невода, водяной дух мог изодрать в клочья сеть, разломать снасти. Разгневанный водяной мог выйти из воды, превратившись в какого-нибудь зверя – в волка или медведя, мог толкнуть или затащить нарушителя в воду. При правильном же отношении к воде и водяному хозяину он не оставит рыбака без улова. По рассказам рыбаков, водяной часто помогал им, например, добраться до берега, когда продырявилась лодка. По одной из быличек, водяной хозяин даже повернул течение реки, чтобы тонущий рыбак доплыл до деревни.

Рыболовство и охота у коми. Становище рыбаков.

Государственное бюджетное учреждение Республики Коми «Национальный музей Республики Коми»

Чтобы заслужить расположение духов-хозяев воды, им, как и лесным духам, полагалось делать приношения. Вымские рыбаки в 1920-е гг. бросали в воду в дар водяному от каждого по кусочку хлеба с маслом, когда приезжали на реку или озеро для рыбной ловли. Коми-пермяки перед началом рыбного лова угощали духа-хозяина воды яйцами, блинами, хлебом, дарили ему деньги, лоскутки ситца. Можно было жертвовать любые продукты, кроме рыбного пирога. Водяному полагалась первая добыча, а иногда и последняя. Первую пойманную рыбу отпускали живой в воду или же готовили из нее обрядовый обед, подразумевая, что в нем примут участие и водяные духи. При этом полагалось убить рыбу не ножом, а камнем. На Верхней Вычегде сразу после ледохода на рыбалку выходили семьями, и из первой пойманной в этот день рыбы варили уху, которую хранили в погребе на льду до следующего ледохода. Перед началом нового рыболовного сезона прошлогоднюю уху съедали в торжественной обстановке. У ижемских коми было принято в определенный весенний праздник топить лодку с угощением – отдавать ее в жертву водяному хозяину.

У коми-зырян бытовали представления об особых «капризных» озерах – сарья. Кроме общих запретов (не мусорить, не сквернословить), в них нельзя было ловить рыбу в грязной и сырой одежде, использовать сети, не просохшие после лова в другом месте, воспрещались ссоры и вражда между членами артели. У нарушителей начинала погружаться в воду лодка, в сети не попадалось ни единой рыбки. Подобные «капризные» места встречались и на реках. Множество преданий было связано с одним из таких водоемов – озером Ситты («навозное озеро»). Считалось, что в нем жил озерный царь (ты сар), следивший за порядком. Во время подледного лова, если кто-то на льду поест, покурит или начнет шуметь, невод будет полон конского навоза, с чем и связано название озера. Если же похвалить озерного царя и дать ему гостинец, то взамен он подарит полные сети крупной рыбы. В качестве угощения водяному царю рыбаки клали на щепку щепотку табака и спускали ее на воду со словами: «На, царь, покури и одари меня рыбой». В одном из преданий рассказывалось о том, что ты сар увел коня у нерадивого крестьянина.