Понимая, что сила из меня начинает вытекать слишком быстро, открыла внутренний канал, связывающий мои силы с источником Бездны, и сделала узел, чтобы распределять поток равномерно. К счастью, на защитном куполе это никак не отразилось, он даже не изменился и не мигнул, показывая мою секундную слабость. Выдохнула сквозь зубы, стараясь не разрывать слияния с завесой и не упустить дерущихся из виду.

Монарх бил не только клинком, но и ногами, кулаком, даже несколько раз умудрился помахать кинжалом. Таким же отравленным, как и клинок. Он уже успел не один раз попасть по архимагистру, но тот продолжал уверенно стоять на своих двоих и ни разу не замедлился, что только сильнее разгоняет отраву по крови. Валтер оставался невозмутим и разил врага на повал, пользуясь только врождённой вампирской скоростью и своими навыками во владении меча. А оружие его оказалось мощнейшим артефактом, способности которого для мира не были полностью раскрыты, потому сейчас они оба были на равных.

Однако Рианхан не отступал и шёл напролом. Даже и не скажешь, что он обычный человек, без расовых способностей. Обычно человек не способен долго противостоять чистокровному высшему вампиру, даже с наличием артефактов, а он держится уже на протяжении нескольких часов. Даже наследник Ориндейла уже успел немного подустать от битвы, тем более, что ему иногда приходилось отбивать и от других воинов, решивших помочь своему королю с целью выслужиться перед ним, так как главная гроза Монгайра всё ещё бездействует. В какой-то момент мне надоело наблюдать за творящимся хаосом и лишь осторожно убирать по несколько ближайших врагов, неосторожно подошедших к завесе.

Разорвала свою связь с завесой и поднялась с кровати. Тут же пошатнулась от головокружения и чуть не упала — ноги затекли от долгого сидения на месте без движений. Упала на кровать, даже успела подумать, что не смогу подняться. Пришлось через силу и боль подниматься, разминая каждую часть своего тела и перемещаться к барьеру, а после высвобождать тьму и обратиться в дракона. Я покинула купол и взлетела на самый её верх, без всяких сомнений приземлилась на выпуклый щит и, опёршись лапами так, чтобы не свалиться, зарычала, что есть мочи, выпускаю новую волн тьмы. Но она не была призвана для того, чтобы убить, только напугать. Я здраво оценивала свои возможности и решила не усердствовать на этот раз.

Мой трюк удался. Армия противника, вернее то, что от неё осталось, побросало оружие и попыталось сбежать, но тут же передумало, заметив мою тьму, наматывающую круги вокруг да около. Рианхан отвлёкся, за что и поплатился: всё оружие было выбито из его рук, а затем магнитным полем вырвано и всё то, что было припрятано. Лезвие меча Валтера коснулось его шеи, а после тело монарха сковало магическими путами.

Дальше разбираться не стала и бросилась к вампиру, истекающему кровью. Его тело было в порезах, через каждый из которых в организм попал яд. Это было важнее остального, он уже тяжело дышал и опирался на клинок, начиная ковылять в мою сторону. Когда кто-то из врагов попытался ударить его мечом, тут же поплатился — я выдохнула волну пламени и сожгла его дотла, не позволив совершить задуманное, а после подхватила полуобмарочное тело и потащила в замок, оставив разрешение на вход всем тем, кому следовало.

Времени было мало, потому порталом ушла сразу через Бездну в свою лабораторию. Я не знала, что именно за яд был на этот раз, изучать его не было смысла. Ещё в Бездне успела сменить ипостась, а сейчас на пламени доставила парня в нужное место и аккуратно, насколько это было возможно данных условиях, сгрузила его на стол. Первым делом опоила своей кровью, зная, что это поможет ему продержаться куда дольше, пока я не найду всё необходимое, тем более тьма в моих жилах прирождена убивать. За жизнь Валтера не боялась: чувствовала, что тёмная энергия его не убьёт, но с заразой внутри побороться успеет, пока я всё подготавливаю.

Как правило, любой яд может побороть более сильный. Так как я понятия не имею, насколько сильна отрава, попавшая в кровь вампира, лучше использовать самый опасную отраву собственного приготовления, о которой никто не знает, но я уверена, что всемирно известный яд его не сможет переплюнуть, особенно после всех моих экспериментов и его испытания. Опаснейший яд, который я только видела на всём Монгайре, но оттого и боязно сейчас использовать его, потому что противоядие неполноценное и не проверено на человеческом организме. Судя по всему, у наследника Ориндейла выработан иммунитет к отравам, потому он так долго держался против Рианхана Разгреда, но нет никаких гарантий, что мой яд не убьёт его после того, как организм уже итак ослаблен.

Слишком рискованно и позже я не смогу оправдаться тем, что он итак умирал, а объясняться перед его отцом, что именно я сделала и зачем не хочется. Сейчас практически весь мир считает меня почти полноценной правительницей Хильтейгарда, а Валтер Монро сражалась на моей стороне и кто, если не я, сейчас отвечает за его жизнь? Он обещал вернуться и не погибнуть, он это сделал, данное слово больше не светится на руке, в то время как моя рука светится чёрным. Я не сдержала слово и держала завесу до последнего, а потом ещё и ввязалась в битву.

Со злостью выдохнула сквозь зубы, понимая, что могло бы произойти, не реши я нарушить своё слово и не высунься из замка. Моё появление испортило королю Асэрвиля все планы. Он отвлёкся на меня и попал в плен, за что сейчас отправится на суд и будет казнён или свергнут со своего трона и отправлен на каторгу за нарушение недавно заключённого мирного договора между нашими королевствами, а также за нарушение соглашения на недавнем собрании из-за появления иномирца, уничтожившего Оргэс. Он знал, на что шёл, и будет наказан не в одиночку. Бывший лучших союзник Оргэса также подвергнется наказанию.

Однако это не успокаивало меня. Я сидела на столе и насильно вливала свою кровь из разорванного запястья в рот вампиру, а он глотал и осуждающе смотрел на меня, но не сопротивлялся. Магическим зрением сканировала его каналы и мысленно приказывала тьме обезвредить хотя бы часть заразы в крови вампира, чтобы у меня было больше времени на раздумья и, хвала небеса, она меня услышала, повиновалась. Тёмная энергия сливалась с его собственной и делала вампира сильнее прямо на глазах. Пропадала бледность и тёмные круги под глазами, он больше не так сильно напоминал будущий труп. Тьма не могла уничтожить весь яд, но я была рада даже такой мелочи и понимала, что ни за что не рискну сделать его первым подопытным своего яда, который специально оставляла напоследок каждый раз, когда подумывала о его испытании на живом человеке.

Помню, я даже уговорила Эльгу опоить меня им, а после сразу дать противоядие. Помню, она очень долго сопротивлялась, но в итоге сдалась после моих долгих стараний и фактов, которые указывали, сколько пользы будет от моего изобретения, если кто-то попадёт в подобную ситуацию, как сейчас наследник Ориндейла. Но мы не успели, потом произошла летняя практика в академии, когда мне пришлось убить свою первую любовь, а после постоянно отправляться на опасные задания от заказчиков, которые находили меня сами. Я бралась за всё, чтобы отвлечься от плохих мыслей и избавиться от чувства вины, которое всегда будет следовать за мной по пятам, до последнего вдоха.

Когда рана на руке затянулась, а состояние рыжего бездаря больше не было настолько ужасным, как в самом начале, послала Риадару сигнал, а сама принялась искать у себя самый сильный яд, который только есть. От того самого специально отошла подальше, чтобы не рисковать напрасно и не думать на тему «а вдруг сработает?». Что удивительно, глава архимагистров не отозвался, зато вместо него пришёл его заместитель, которому я озвучила свою просьбу. Мужчина нахмурился и подошёл к столу, поводил руками над телом вампира и мрачно выругался, а после быстро осмотрел помещение и странно повёл носом, мрачнея ещё сильнее.