— Куда направляемся? — мрачно поинтересовался у меня Риадар.

— Ко мне домой. Он сейчас лучше всего подходит для переговоров в нашем круге и обсуждения новых проблем.

Портал открылся сразу и перенёс нас прямо под дверь моего городского дома. Архимагистры выжидающе уставились на меня и внимательно проследили за каждым моим движением, пока снимала замысловатую защиту, по непонятной мне причине накрывшей весь дом. Я раньше, конечно, защитила жилище, как могла, но никогда не думала, что это заклинание может само по себе прогрессировать и преобразоваться в нечто подобное. Для меня снять её не составило причины, чтобы пропустить остальных — творение всегда помнит ауру хозяина. На всякий случай подкорректировала пропуск незнакомцев в дом: вероятнее всего, теперь придётся очень часто собираться здесь, так как замок хранителей баланса мира был разрушен не без моей помощи.

Внутрь входили напряжённые, Лоркас и Валтер специально задержались, чтобы зайти после меня. При этом оба не сводили с меня мрачных взглядов. Если с Валтером всё обстояло ещё более-менее понятно, то вот с магистром некромантии было запутаннее. Даже в моём нынешнем не совсем нормальном состоянии чувствуется сила образовавшейся между нами связи. Скоро эта связь окрепнет настолько, что и для меня инкуб станет такой же истинной парой, какой сейчас для него являюсь я. Единственный способ сейчас не перейти черту, после которой ничего нельзя будет вернуть назад — держать друг от друга на расстоянии и постараться избегать малейших соприкосновений.

Убедившись, что в мой дом больше не попадёт ни один посторонний без моего ведома или больших затрат сил со своей стороны, пошла в гостиную, куда и направились высшие сила нашего мира. Кому не хватило места на диване и в креслах, откуда-то взяли свои стулья. Судя по энергетическому фону, просто наколдовали, не став заморачиваться и переносить мебель из соседних комнат. Стало тесновато от такого количества существ в одном помещении.

Себе, вампиру и некроманту создала по огненному облаку.  Отстранённо заметила, что Эледериса нет, другие и слова о нём мне не сказали. Но чутьё подсказывает, что всё в порядке, поэтому беспокоиться не о чем.

Все взгляды скрестились на мне, начали пристально изучать мой новый образ, магический фон и ауру. А изменилось во мне многое: аура стала непроглядно чёрной и лишь изредка в ней проявлялись ало-золотые всполохи. Внутренние каналы магии тоже стали чёрными вместо золотых, которые были раньше. В груди бьётся лишь одно сердце, принадлежащее драконьей сути. Чешуя в другой ипостаси наверняка стала такой же чёрной, как сама первозданная тьма, а глаза блестят кроваво-красным светом.

— Как это произошло? — спросил Риадар. Чуть подумал и пояснил: — Почему в тебе открылся настолько сильный дар запретной магии и сделал тебя… такой?

— Я сразу говорил, что ей нельзя проходить этот обряд! — озлобленно прорычал Вальтер, сверкнув в мою сторону чёрными глазами, полными ярости.

— Ты не назвал ни единой причины, которая могла повлиять на наше решение. Нам стоило просто сделать по-твоему и потерять такой шанс победить врага? — взвился глава архимагистров. — Ты и словом не обмолвился, что она может стать такой!

— Какой смысл сейчас спорить? — прервала ещё не разгоревшийся спор. — Уже ничего не изменить, у меня осталось одно сердце, второе не восстановить.

— Что? — опешили от такого поворота вампир и инкуб, архимагистры только сильнее напряглись.

— Которое из них? — зачем-то поинтересовался Лоркас, чем заставил меня напрячься от подозрительной догадки.

— Это не имеет никакого значения.

— Мы не тем занимаемся, — вклинился в наш разговор маг, помогший мне с чудовищем. — Она не сошла с ума и контролирует свою силу, что говорит о её способностях. Мы в её лице обрели сильного союзника, который нам не помешает в сложившейся ситуации. Королевство Оргэс уничтожено, наследник престола Асэрвиля мёртв и нам сейчас нужно решить, как действовать дальше.

Все были вынуждены согласиться с ним и на время забыть о моём преображении. Но о странном вопросе инкуба я не забыла и теперь всегда буду держаться при нём сдержанно и следить за каждым движением. Допускается возможность, что он и есть предатель. Ведь именно врагу важно знать, какое из сердец во мне осталось. Для него драконы превыше всего, а я оказалась особенной и единой со своей звериной сутью. Была нужна ему для чего-то, а сейчас вполне способна разрушить все планы. В них наверняка не входило моё преображение и обретение новой, куда более могущественной силы, чем была раньше при мне.

Я стала опасно в первую очередь тем, что отступники непредсказуемы в своих действиях и безконтрольности. Их невозможно контролировать и использовать в своих целях, если те сами не захотят играть по их правилам, а потом взять из этого какую-то выгоду для себя. За такими магами всегда льются реки крови, потому их уничтожают в первую очередь, а за головы преступников получают огромное вознаграждение.

Меня тоже постараются убить и не станут бояться смерти. Ради таких денег грех не рискнуть — так думают многие. И каждый считает, что он особенный и у него обязательно всё получится. Вот только меня могут попросить схватить и привести живой, а за это сумма будет приличной. Я даже представляю, кто именно будет заказчиком. С моей стороны будет большой риск впутывать в эти разбирательства, так как сама не знаю, смогу ли постоянно сдерживать свою силу и никого не убить.

Драконье сердце всё усложняет. С одной стороны, я буду проще ко всему относиться, но при этом загораться азартов во время боя и пойду до конца, пока противник не сдастся или не умрёт. С другой моя связь с инкубом, которая получила все шансы, чтобы окрепнуть. Связь истинной пары закрепится, если мы будем постоянно видеться и контактировать прикосновениями, поэтому лучшим решением проблемы будет отдалиться друг от друга.

Но он этот вариант даже не рассматривает, судя по его взгляду. Треклятый демон, как и вампир, решил идти до конца и во что бы то ни стало сделать меня своей.

Если вспомнить характер драконов, то мне будет очень сложно сопротивляться заложенным природой инстинктам. Значит, мне останется только либо покориться судьбе и плыть по течению, либо найти себе кого-то относительно похожего на меня, а после одолеть врага и ни на что не отвлекаться. И плевать, что в итоге станет со мной: умру или выживу. Не важно, стану ли я самым опасным преступником Монгайра и убью ли невинных. Знаю лишь то, что меня смогут остановить архимагистры. Для них это будет не первая битва с отступником, так что переживать особо не о чем.

– А вам всем не показалось странным, что принца Альгаса убили именно сейчас? – вдруг спросил Валтер. – Никто, кроме архимагистров, не знал, как изменилась Леграсса во время обряда, потому что она сразу же перенеслась порталом. Если судить по словам свидетелей, то в отражении она уже была такой, какой мы видим её сейчас, но сама она на тот момент находилась в Бездне.

– Это ты так намекаешь, что среди нас затерялся предатель и мы снова потеряли одного из своих? – насмешливо поинтересовался один из магов, впившись в наследника Ориндейла колючим взглядом.

– Такой вариант можно допустить, – не стал отрицать рыжий бездарь. – Вспомните события прошлого, когда вы не заметили у себя под носом врага и лишь относительно недавно обнаружили разложившийся труп товарища в одной из заброшенных комнат замка. К тому же, нашли вы его только потому, что враг сам того пожелал и уже успел сделать всё, что собирался.

– И что же, нам теперь всем проходить проверку на подлинность своей личности?! – взвился всё тот же архимагистр.

– Неплохая идея, предосторожность лишней не будет, – подозрительно сощурив глаза, произнёс Риадар. – А ты, Гардас, реагируешь на его слова слишком резко. Осторожнее, иначе первым попадёшь под подозрение. Мы сейчас же все проверимся!

От таких слов моя правая бровь вопросительно изогнулась. Я обвела взглядом разом напрягшихся хранителей баланса Монгайра и почему-то мне подумалось, что появившийся шар посреди комнаты далеко не просто считывает ауру магов, а имеет ещё и какой-то побочный эффект. Гардас при виде артефакта и вовсе побледнел, из-за чего невзначай брошенные слова Риадаром начинали постепенно приобретать свой смысл. Моё чутьё впервые молчало и ни в какую не хотело мне помогать, но взгляд нет-нет, да возвращался к Лоркасу.