Враг умер, а я начала оседать на землю, теряя силы. Сердце пронзило колющей болью, тьма начала возвращаться в источник, разрывать мою связь с Бездно. Щит пал, возле меня тут же оказался Валтер, начиная крепко прижимать к своему телу и что-то быстр проговаривать, словно хорошо заученную молитву. Кажется, там было что-то про спасение, выживание и что-то ещё… Я же думала о значении слов нарушителя перед его смертью. Почему-то выходило, что он и сам давно желал своей смерти, устав от своих скитаний по мирам и никак не утихающей жажды мести. Он наконец-то обрёл свободу, за что и поблагодарил. А вот изменения адресовались не только мне… Он сожалел о совершённых злодеяниях, но понял свои ошибки лишь сейчас, когда я, жертвуя собой, ради спасения Монгайра пробила его грудь артефактом.

— Леграсса, Бездна тебя задери! — заорал в полном отчаянии наследник Ориндейла.

На него с сочувствием смотрели архимагистры, так же смотрели с обидой на меня, потому что не стала говорить им правду. Больше всех винили себя глава и его заместитель, который посвящал меня в план и вполне мог бы увидеть, что я скрываю что-то. Однако из-за волнения, которое старался не показывать, не увидел, не разгадал или просто решил, что я также, как и они, нервничаю. Посмотрев на них, из оставшихся сил искренне, стараясь извиниться, улыбнулась и покачала головой, чтобы не винили себя зря.

Говорить я уже не могла, да и это было бы лишь затратой времени и быстрой кончиной. Сейчас я просто старалась запомнить каждого из присутствующих, пусть я могла исчезнуть также, как и Алишер. Я чувствовала, как что-то невидимое убивает организм изнутри, сердце уже из последних сил старается поддерживать жизнь, в то время как боль затопляет всё тело. Но мне выключенные эмоции и ощущения позволяют практически ничего не чувствовать.

Из последних сил тянусь рукой к лицу Валтера, у которого по щеке уже потекла дорожка слезы, однако мир уже начинает меркнуть на половине пути. Тело наполняется холодом и полным безразличием, а после меня охватывает тьма, стирая весь мир. Однако я умерла с широкой улыбкой на устах и увидела перед этим любимого, о большем я и не мечтала.

Он слышал, как прервалось её дыхание и понимал, что не смог спасти ту, что любил всем сердцем и до последнего не смог понять. Даже сейчас он не знал, почему она никому не сказала, что всё закончится именно так. Если бы только можно было обернуть время вспять, Валтер обязательно бы остановил и собственными руками продырявил сердце мерзавцу, даже если бы это было бесполезно. Вампир бы отдал многое, чтобы вернуть всё назад, однако подобной магии на Монгайре просто не существует, даже среди запретной.

Слеза скатилась с подбородка и упала на лицо девушки, которую он так и не смог выпустить из своих объятий. Словно стоило ему это сделать, как тело окончательно потеряет своё тепло, а сейчас ещё был лучик надежды на её спасение. И он действительно был, но какой ценой… Валтер знал тот один единственный способ вернуть к жизни несносную ведьму, но не знал, сможет ли она принять свою изменившуюся форму, силу и вспыхнувшие между ними чувства.

И нет, дело идёт вовсе не об обращении её в вампира. Это можно было бы попробовать перед её смертью, когда сердце ещё билось, но не сейчас… Да и вряд ли бы у него что-то тогда получилось противопоставить связи истинных: она по закону природы нерушима, а вампиры не имеют истинной пары. Потому, как бы сильно он не желал обернуть время вспять и изменить прошлое, это просто невозможно приведёт к тому же исходу.

Он всё ещё сжимал её руку, которой она потянулась к его лицу перед самой смертью и не мог отпустить, тщетно прижимая к своей щеке в попытке почувствовать желанную теплоту. Однако пересохшие губы уже потрескались, под глазами появились тёмные круги, а кожа побледнела. Тьма уже начала забирать свою плату и уничтожит тело полностью, если он не успеет ничего предпринять. И пусть после она будет ненавидеть его за слабость, которую он не способен преодолеть в этот момент. Возможно, потом и сам пожалеет не раз, но всё равно пойдёт на эту опасную глупость и воспользуется магией рода, чтобы возродить Леграссу Морт-Вельра.

Он молча поднял её на руки, вспоминая первую встречу и их противостояние. Кто бы мог подумать, что она станет той, что растопит его сердце и заставит вести себя так, словно он действительно мальчишка, недавно поступивший в академии, а после пытаться доказать, что чего-то стоит и не такой уж и бездарь, какими она видела всех адептов академии. И ведь задумывалось всё далеко не так: первоначально его обязанностью было наблюдать за делами Асэрвиля, чтобы понять, стоит ли от него ждать войны. Рианхан Разгред в последние годы вёл себя странно и смотрел на всех, как на потенциальных врагов. Стоило перестраховаться и проверить свои предположения.

Когда в академии неожиданно появилась ведьма-разрушительница, сосланная монархом, вампир было решил, что она шпион и очередной враг. О её силе были наслышаны многие, как и о дурном характере. Однако каждая встреча только заводила наследника Ориндейла и вынуждала творить его безумие. Он и сам не понял, в какой именно момент она привлекла его как девушка, а после покорила сердце, достаточно прочно, чтобы сейчас он пошёл на столь опасный шаг. Стоило только представить, чего ему найти её, обессиленную и бледную, в комнате-ловушке под академией, а после занести в лазарет.

Тогда он наплевал на все запреты, бежал со всех ног, забыв о существовании порталов, но прекрасно помнил, что магией можно сносить стены, значительно сокращая себе путь. Ректор тогда был очень недоволен, но, к счастью, проблема быстро решилась, потому что ведьма своим состоянием напугала всех, кто был с ней знаком. Когда пришла её мать, Валтер даже не почувствовал в ней врага, собственноручно вручил ему в руки свою ведьму, а сам согласился на дурацкую сделку и как безумец начал искать непонятно кого по академии. Но они ушли вслед за ней, а потом появилась новая опасность и ему пришлось притвориться, что влюблён в другую, а ведьма была лишь временным развлечением.

Даже сейчас он помнил на мгновение отразившуюся боль в её глазах и корил себя за своё хладнокровие, потому как сам приревновал её к пришедшему с ней Элдерису. Он уже прекрасно знал всю её подноготную и сразу узнал бывшего возлюбленного, которого она убила своими руками. Удивился ли он, увидев его вновь и узнав с первого взгляда? Ещё как! Однако не стал ничего делать, лишь незаметно наблюдал за ней издали, никому не показывая свои настоящие чувства по отношению к золотоволосой ведьме.  А ведь уже тогда он понимал, что история с врагом для неё плохо закончится. Чувствовал это, но не мог заставить себя отдалиться от неё окончательно и перестать думать о ней. Она стала наваждением, которое упрямо появлялось в его жизни и никуда не собиралось уходить.

Пусть она сама неоднократно делала вид, что потеряла ко мне интерес, даже сама внушила себе, что больше нет никаких чувств, но он знал, что где-то в глубине они у неё ещё существуют и ждал. Ждал, когда она сама поймёт всё и у них появится шанс начать всё с самого начала. Однако этого не произошло.

Он усмехнулся нахлынувшим воспоминаниям, принимая вертикальное положение и одновременно открывая портал в родовой замок. Отец, конечно, не одобрит его действия, но когда это останавливало Валтера? Несмотря на наказание, которое последует после, сейчас он намерен осуществить задуманное любой ценой, даже поделиться собственной тьмой и стать таким же бессмертным, как и его ведьма после ритуала.

— Что ты собираешься делать? — тут же перегородил ему дорогу Риадар.

Парень посмотрел на него холодно и отстранённо, а после губы растянулись в издевательской насмешке, взгляд наполнился надменностью и язвительностью. Риадар, который как-то прознал об особых способностях членов королевской семьи Оринейла, вынудил его заключить с ними сделку и формально стать одним из них, а после помогать с их делами и иногда уходить в Бездну за поиском тварей, которых они изучали. Зачем — он и сейчас не понимал, потому как не особо интересовался делами архимагистров.