Март закончил есть, отодвинул тарелку, старый шрам на щеке натянулся и побелел от улыбки.

— Спасибо. Вкусный ужин.

— Не надо благодарить.

Следующий вопрос не предназначался для слуха посторонних, но открыто выставить за дверь начальника охраны было бы крайне невежливо. Ке-Орн слегка помедлил.

— Ты сильно переменился, — быстро проговорил он на непонятном Эм-Тиру языке терранцев. — Могу я узнать, почему?

— Господи! Да какое тебе дело, чертов котяра? Мы земляне, живем не долго и за три года не становимся моложе.

— Я не о том. Келли до сих пор жив?

— Да.

— Зинаида?

— Она нас покинула и вернулась на родину.

— Твой Альянс тебя наградил?

— Официально -- нет.

— Почему?

— Да потому, что мы не регулярный Космофлот, наивный ты сирмиец. Мое командование якобы не может брать на службу диверсантов. Это портит имидж гребаной Лиги. Меня не признают и не обменяют, если ты это имел в виду.

— Плохо. Дело усложняется.

— Плохо, но ожидаемо. Нужно готовиться к неизбежному. Не очень приятно, но что поделаешь — такая у меня работа. В любом случае, рад был снова повидаться.

— Март, Март, что же ты натворил… Я не могу тебя отпустить, но придумаю другой выход.

— Хочешь, подскажу, какой? Убей меня быстро и своими руками. Выстрели в голову, потом скажешь потом руководству — глупый терро, мол, бросился на охрану.

Ке-Орн, задумался разглядывая серые стены склада и забранный сеткой светильник под потолком.

— Такой вариант возможен, но он мне не нравится. Я бы хотел спасти тебя, Март, но помоги мне хоть чем-нибудь.

— Собрался торговаться? Хочешь, чтобы я раскололся?

— Не совсем, только немного. Ты не выдашь своих агентов, и я это знаю. Твоя база наверняка уже сменила координаты, но…

— Никаких «но».

— Погоди, не торопись. Мне нужна только формальная зацепка — объясни, в чем суть вашей операции на Сирме. Почему отряд вмешался дело Измайлова.

— Допустим, объясню — и что тогда?

— Я смогу тебя спасти. Ро-Стеннер получит эту информацию и успокоится. Все закончится без пыток. Я смогу оставить тебя в доме как своего личного пленника. Тебя никто не тронет. Никто даже не сорбит. Хочешь комнату с видом на море? Ангелина сможет тебя навещать.

— Я буду таращиться на ваше море сквозь решетку?

— Через силовое поле.

— Вдобавок ты потребуешь клятву не убегать?

— Мне не нужны клятвы, которые терране все равно не держат.

— Подколол, нечего сказать.

Март замолчал и молчал довольно долго. Шеф отряда Кси опустил голову и не смотрел Ксанте в лицо.

— Понятно. Спасибо, дружище, — сказал он наконец с видимым усилием. — Признаться, умирать я не хочу и в душе почти согласился, но… не обижайся, придется ответить «нет». Я знаю, ты честный парень и верю тебе, насколько можно верить сирмийцу, только вот… операция не рядовая. Ставки высоки, и результат, который получит человечество, перевесит мою смерть.

— Вы на что покушаетесь? Собрались от нас избавиться? — спросил Ке-Орн, спиной ощущая холодок.

— О, нет… Не избавиться. Разве от вас избавишься… Но вот подрезать ваши возможности вредить — это да. Пойми, Ксанте, Ро-Стеннер гораздо хитрее, чем ты думаешь. Ему не нужны обрывки сведений, он захочет знать все. Если я чуть-чуть отступлю, он нажмет еще. Так, шаг за шагом, из меня выжмут всё. А если я буду врать, он и об этом узнает. Защищая меня, ты погубишь и себя, и Ангелину, и вашу дочь.

— Жёстко. Значит, ты считаешь, выхода нет.

— У меня лично — ни единого шанса. Оперативники отряда клянутся защищать людей. Любыми средствами, любой ценой, и это не пустые слова. Если я буду казнен, операция пойдет своим чередом…

— Март!!! Ты не мог бы сейчас промолчать?

— То «молчи», то «говори»… У тебя никакой логики, мой сирмийский друг.

— Я не хочу убивать тебя.

— Тогда пришла пора попрощаться. Передай Ангелине мой привет, мою любовь и пожелание счастья. Прости, что целился в тебя. Я же не выстрелил. В общем, иди своим путем сирмийца, в твоем исполнении он очень даже ничего. Записи моих допросов не смотри, оно того не будет стоить. Люди довольно слабые существа, но я к тому же упрямый.

— Март…

— Прощай, друг. Уходи. Дай побыть одному.

…Ке-Орн и в самом деле удалился, он быстро зашагал прочь по коридору подземного этажа. Эм-Тир следовал за хозяином, вежливо отставая на полшага.

— Позвольте высказаться, господин…

— Да?

— Я лишь частично понял разговор, но совершенно очевидно — этот грязный терро просто выторговывает условия получше. И он боится — вижу по глазам. Люди не способны на истинную стойкость.

— Я так не думаю. Флот-капитан Март весьма достойный противник.

— Извините, господин. Допустим, он достойный противник, но при этом всего лишь терро. У них от рождения нет чести. Моя цель — служить интересам главы дома, а потому позвольте дать совет.

— Позволяю.

— Если этот парень все же нужен вам живым, нажмите на него как следует, потом дайте подумать, и он согласится на компромисс. Можно немного взбодрить пленного — показать кое-какие голограммы.

— Хочешь сказать — голограммы наиболее изощренных пыток? Оставь эту идеею. Не вздумай его трогать и пугать.

— Тогда как с ним обращаться?

— Проследи, чтобы до отправки в Консеквенсу капитан Март ел, не ранил себя и не сбежал. Никаких оскорблений и не бить, предупреди насчет этого охрану.

— Слушаюсь.

— Мы поступим так, как требуют долг и законы Сирмы.

— Слушаюсь!

Расставшись с Эм-Тиром, Ксанте вышел на террасу в одиночестве. Шторм уменьшился, ветер утих, близилась ночь. Разговор с шефом Кси оставил после себя горечь и некое подобие чувства, которое терранцы называют «ностальгией».

«Кое в чем Март прав, — подумал Ке-Орн, разглядывая высыпавшие звезды. — Выживание планеты куда важнее нашей кривой судьбы. Наступит утро, и я снова отправлюсь в столицу. Пора навестить еще одного знакомого».

Половину следующего дня Ке-Орн провел на совещании, в котором участвовали: старший триумвир Сирмы Ро-Стеннер, триумвиры Люци-Мар и Ализия, командующий имперским флотом, руководитель научного департамента, генерал Консеквенсы, а также сановники и офицеры более низкого ранга. Эс-Кан тоже присутствовал. Он уже перестал злиться и даже удостоил «бывшего брата» небольшой беседы в кулуарах.

— Говорят, ты проявил себя в бою, мой дорогой друг.

— Более-менее, стрельба длилась совсем недолго.

— Теперь у тебя в руках шпион из терранского отряда Кси. Когда передашь его в наше ведомство?

— Сразу, как только закончу порученное мне расследование.

— Жду с нетерпением, и кстати… Предатель Мако оказался не сирмийцем. Представь себе, он замаскированный терро.

— Как ты узнал?

— Его сообщница Крамия очнулась и дала кое-какие показания. Без кончика языка эта изменница шепелявит, но разобрать можно.

— Терро совершенно напрасно ей доверился.

— Там особые обстоятельства, — обычно наглый Эс-Кан слегка смутился и даже чуть покраснел. — Они состояли в близких отношениях, — шепнул он, склонившись к уху Ке-Орна. — Интимные органы мужчин-терран… имеют несколько иное строение. Не совсем такое, как у сирмийцев. Отличие небольшое, но заметить можно.

— Мне куда интереснее, каким образом Мако проходил осмотры у лекаря на приисках, а потом и на корабле. Медисканер и формула крови должны был выдать его, но не выдали.

— Могут быть разные причины — подкуп, сообщники, подмена образцов, гипноз.

— Смело до дерзости. Крамия еще что-нибудь сказала?

— Что любит его. Какая чушь! Терранские девушки радуют глаз и способны выносить сирмийского ребенка. Но чтобы сирмийка из хорошего клана спуталась с терро… это все равно, что спать с животным.

… Эс-Кан еще некоторое время возмущался шепотом, потом Ке-Орну удалось от него отделаться. Заседание возобновилось, поощряемый Ализией Люци-Мар говорил много и убедительно — он подчеркивал опасность экспансии Альянса и старший триумвир, как ни странно, не возражал. Идея отправить эскадру для уничтожения узловой станции Космофлота «Хелико» оформилась окончательно и не встретила возражений.