Увидев, во что превратился один из сгоревших пауков, Джэйн вспомнился приснившийся накануне кошмар. Нехорошее предчувствие вновь разлилось по телу, заставив опрометчиво кинуться в темноту.
Она снова убегала, стараясь не оборачиваться. Дорога вихляла, крутые повороты сменялись новыми развилками. Джэйн каждый раз выбирала ту, что оказывалась правее. Это казалось верным решением. Вот только, влетев в очередную арку, Джэйн не почувствовала под собой пола. Тело ухнуло в черноту. Где-то наверху раздался мелодичный смех, который, впрочем, быстро заглушил шум ветра в ушах.
Джэйн мысленно прощалась с жизнью, но в следующий миг браслет вдруг накалился, перед глазами что-то сверкнуло, а затем её тело погрузилось в воду.
Удар был не сильным, не сильнее того, какой можно испытывают при прыжке с крутого берега. Вода оказалась подозрительно светлой и солёной. Джэйн спешно гребла к поверхности. Долгожданный судорожный вдох и удивление. Над головой светило осеннее солнце, ещё довольно жаркое в этой поре. Вокруг лишь бесконечная водная гладь. Как такое могло произойти? Почему из пещеры она вдруг перенеслась в море? Вопросы без ответов. Вот только поразмыслить Джэйн пока было некогда. Она с трудом заставила себя успокоить и просто полежать на поверхности воды. Сосредоточившись на дыхании, Джэйн позволила волнам просто нести её неизвестно куда. Лазурные воды всё ещё хранило тепло и приятно ласкали кожу.
«Никакой паники, я не утону!» — убеждала себя Джэйн и перевернулась. Нужно было немного проплыть, быть может, где-то покажется суша. Намокшая одежда откровенно мешала, затрудняя движение. Сделав всего пару гребков, Джэйн без сожалений избавилась сначала от плаща, а затем и от платья. Кое-как собрав всё в узел, она привязала одежду к ноге и, подслеповато щурясь от солнца, вновь огляделась. На мгновение ей померещилась какая-то зелень на горизонте, и Джэйн доверилась своей интуиции, направившись к мимолётному видению. Быстро выбиваясь из сил, она делала длительные паузы, вновь ложилась на спину и закрывала глаза. Лучше довериться волнам, чем задохнуться и пойти на дно без сил.
«Возможно, это тоже часть испытания», — рассуждала она, мучительно вспоминая, говорили ли мастера о воде. Но всё, что ей удалось выудить в своей памяти, были лишь смутные упоминания о подземной реке. Кажется, ещё никого никогда не заносило в море.
Крохотный островок и в самом деле показался вдали. Сделав ещё три передышки, Джэйн почти добралась до него. И вот уже у самого она вдруг заметила, как посветлело вода. Та стала совсем прозрачной, позволяя увидеть песчаное дно. Множество красивых ракушек и стайки разноцветных рыб невольно привлекали внимание. И вдруг среди безмятежности подводного великолепия показалась заросшая кораллами арка.
«Врата?» — удивлённо подумала Джэйн и устремилась было к ним, но, сделав пару гребков, передумала. Ей стоило передохнуть и восстановить силы, прежде чем кидаться в новые испытания. Она медленно повернулась к прежнему курсу. До острова оставалось совсем немного. Джэйн уже видела не только верхушки деревьев, но и золотистый пологий пляж.
Наконец, она доплыла до отмели и опустила ноги. Те тут же утонули в мягком песке. Отвязав от ноги одежду, Джэйн зашагала к берегу. Лишь когда вода опустилась до щиколоток, она стащила с себя мокрые ботинки. Идти сразу стало легче, и вскоре сухой песок уже обжигал её ступни. Отойдя от линии прибоя на десяток шагов, Джэйн, наконец, бросила под ноги одежду, а сама рухнула вниз. Это был миг невероятного блаженства, который не могли испортить никакие тревоги и страхи. Лишь вдоволь навалявшись, Джэйн неохотно поднялась, чтобы заняться одеждой. Сначала она решила воспользоваться заклинанием, которое показал Дик, но ей всё никак не удалось сосредоточиться, чтобы представить в уме плетение нитей, а потому она просто разложила всё на горячем песке. Высохнет. Оглядев крохотный остров, состоящий из десятка деревьев и кустов, Джэйн с сожалением подумала, что едва ли тут есть родник. Обойдя всё вокруг, она лишь убедилась в своей правоте. Жажда немного тревожила, но, после занятий в теплице, Джэйн научилась терпеть. И всё же, разгуливая в одной сорочке по горячему пляжу, она понимала, что долго засиживаться не стоит. Нужно было выбираться. И, по всей видимости, выход здесь оставался только один — Врата.
Она штурмовала их почти до заката. Вновь и вновь ныряя в глубину, Джэйн пыталась погрузиться ниже, но вода упорно выталкивала её на поверхность. Жажда становилась всё сильнее, в желудке ныло от голода. В очередной раз Джэйн вернулась на пляж. Стало заметно прохладнее, потому она, кое-как высушив сорочку, неохотно натянула платье, а потом принялась расшнуровывать ботинки. Она успела надеть только когда какое-то странное движение возле её плаща, привлекло внимание. Что-то копошилось под капюшоном, и Джэйн, схватив другой ботинок, осторожно наклонилась. Она поставила носок на край плаща и затем потянула на себя плотную ткань. Долгие секунды сопровождались участившимся стуком сердца. А потом из-под капюшона вынырнула змея. Джэйн мигом вскочила и отпрыгнула. Горло сжалось, а ботинок затрясся в руках. Это точно был не какой-нибудь безобидный ужик. Джэйн помнила таких змеек: мальчишки в деревне любили их ловить, чтобы потом крутить на пальцах. У этой уже надулся капюшон, а чешуя блестела золотом.
Джэйн застыла. Бежать к воде? Но что, если змея, как и какая-нибудь гадюка, умеет плавать? Просто стоять тоже бессмысленно: змеи реагируют не только на движение, но и на тепло. Ситуация казалась безнадёжной. Змея, словно почуяв добычу, заскользила к Джэйн. И тут браслет на руке вновь накалился. Джэйн безотчётно коснулась его и что-то сдвинулось под пальцами. Яркая вспышка ослепила глаза, а затем всё вокруг вновь переменилось.
Её чуть не сдуло резким порывом ветра. Джэйн оказалась на крохотном горном плато, всё так же держа в руке второй ботинок. Разутая нога мгновенно задубела. Сильный стылый ветер оглушал и норовил сбросить Джэйн с высоты. Его потоки были столь сильны, что выстоять оказалось невозможно. Новый порыв всё-таки сбил Джэйн с ног, она кубарем покатилась по плато, больно ударяясь о камни. Казалось, ещё немного, и её унесёт прочь, но в последним момент она чудом уцепилась за остроконечный валун, тогда как второй ботинок устремился в бездну. Это был настоящий кошмар. Ветер нещадно хлестал её, мотал из стороны в сторону, не давая ни секунды передышки. Продолжая всеми силами удерживаться за камень, Джэйн распласталась по каменистой почве и только затем, цепляясь за новые камни, принялась ползти. Ей нужно было оказаться подальше от опасного края. А лучше всего добраться до темнеющее в сумерках скалы. Несмотря на холод и боль, она не останавливалась. Руки покрылись ссадинами, а на теле, казалось, и вовсе не осталось живого места. Ветер то и дело приподнимал её, а затем швырял об камни. Джэйн практически не чувствовала разутой ноги. И как же ей сейчас не хватало плаща! И словно насмешкой судьбы на склоне соседней горы виднелась арка Врат. Да ей и девяти жизней не хватит, чтоб туда добраться! Даже, умей она летать, проклятый ветер снёс бы её к горным хребтам.
Долгий и мучительный путь завершился почти в темноте. Ветер не стихал, а, напротив, только усиливался, вынуждая цепляться за выступы. Впрочем, и тут всё было далеко не спокойно: некто, сверкая жёлтыми, как медь, глазами воззрился на Джэйн из расщелины. Новая напасть взирала на неё не мигая.
«Браслет. Нужно снова оживить браслет!» — осознала Джэйн. Воевать с кем-то просто не оставалось сил. Она чуть сдвинулась в сторону от взирающих глаз и замерзшими окровавленными от ссадин пальцами принялась обломанными ногтями шарить по крохотным углублениям.
«Ну давай же! Как ты работаешь? Что нужно сдвинуть или нажать?» — терзалась Джэйн, а тем временем к одной паре глаз присоединились ещё несколько. Почти десяток пугающих хищных взглядов оценивали её, словно примеряясь.
«Быстрее!» — принялась нервно теребить браслет Джэйн, но тот, словно нарочно, оставался безучастным. И только когда с жутким воплем нечто вырвалось их расщелины, один из камней под пальцами вдруг стал горячее. Джэйн резко крутанула его, и тот внезапно поддался. Всё вокруг завертелось и закружилось, а потом вновь растворилось в ярком свете, вот только в этот раз он и не думал меркнуть.
