— Для Врат Земли подготовка не важна. — Льюис понизил голос и в нём послышались нотки грусти. — Магию не обманешь, как ни пытайся. Я случайно прошёл это испытание ещё будучи совсем ребёнком. Отец взял нас с братом в горы поискать в пещерах кристаллы, но я так увлёкся, что отстал и потерялся. Мне пришлось долго бродить в темноте. Но почему-то в тот момент я не испытывал страха, разве что немного хотелось есть и чувствовалась усталость. А потом за очередным поворотом передо мной оказалась арка Врат, и я просто прошёл через них, искренне думая, что они выведут меня к отцу. Тогда меня встретил Глава города и почти все мастера. Чуть позже я узнал от брата, что меня искали три дня. После этого приключения мне и довелось стать учеником мастера Слайнора.

— И никаких чудовищ или загадок? — Джэйн не могла скрыть досады. Перед ней стоял ещё один гений, которому далось всё слишком легко!

— «Если довериться страху, можно увидеть гораздо больше, чем есть на самом деле» говорил Стэйфир Майэрс. Стихийные Врата закладывал он, но из-за того дети Нимерика Брэйта прославились, как путешественники между мирами, и немного усовершенствовали конструкцию, все позабыли, кому именно волшебники обязаны возможностью перехода.

— А если я всё-таки не смогу справиться с собой и провалюсь? Меня кто-нибудь будет спасать? — Джэйн с надеждой воззрилась на Льюиса, однако тот оставался хмурым и суровым.

— Нет.

— И вам нестрашно потерять последнюю наследницу великих родов?

— Если наследница не способна преодолеть такую малость, то о ней нечего сожалеть, — прозвучал безжалостный ответ.

Слова Льюиса задевали за живое, рождая внутри тихую ярость. Джэйн собиралась высказать все гадости, что тут же завертелись у неё на языке, но заставила себя сдержаться. Каким бы снобом ни был новый Глава города, ссориться не стоило. В конце концов, это испытание могло принести ей пользу.

Оставшуюся дорогу они молчали. Джэйн старалась сладить с нарастающим волнением, тогда как Льюис будто бы одолжил маску непроницаемости у мастера Слайнора. На его лице появилось знакомое равнодушное выражение, а взгляд стал ещё более суровым и пугающим.

— Удачи, и постарайся не наделать глупостей. Алиса за тебя очень переживает! — произнёс Льюис, когда они, наконец, добрались до пещер.

Джэйн помахала ему рукой и огляделась. Несколько входов зияли чернотой. Все они имели причудливую изогнутую форму: по-видимому, когда-то здесь прошла сель и часть камней застряла в углублениях. К нескольким достаточно высоким и широким тянулись протоптанные тропинки. Джэйн сунулась сначала в одну, но, заглянув внутрь, тут же отпрянула назад. Смердящий запах гниющей плоти мгновенно вызвал тошноту. Вероятно, какой-то хищник решил устроить внутри логово и повадился таскать свою добычу. Подойдя к другому, Джэйн вновь оказалась недовольна. Проход был слишком узким и весь зарос неприятным на вид лишайником. Даже такой худышке, пришлось бы протискиваться, задевая стены. Решив поискать что-то более подходящее, Джэйн вновь вернулась к исходном точке. По склону виднелась ещё десяток расщелин, но, осмотрев их, она сочла их малопригодными. Ей совсем не хотелось ползать на карачках, чтобы потом упереться в тупик. Чувствуя растущее раздражение, Джэйн решила немного обойти склон и, следуя теряющейся в траве звериной тропе неожиданно вышла к новой пещере. Благодаря высокому бугристому своду и выступающим валунам, она немного напоминала пасть древнего ящера с обломанными от времени и ветра зубами. При этом проход был настолько широким, что тут легко прошла бы даже толпа людей. Решив, что лучше она уже не найдёт, Джэйн двинулась вглубь горы.

Внутри было холодно. Джэйн невольно поёжилась и поплотнее запахнула плащ.

Она не торопилась зажигать света, настраиваясь больше доверять ощущениям и внутреннему чутью, чем глазам. Как бы ни были разнообразны испытания, все они проверяли стойкость духа, и история Льюиса окончательно в этом убеждала.

Тревога расползалась вместе с подступающей темнотой, и Джэйн попыталась сосредоточиться на звуках. Тихий шёпот осеннего ветра едва доносился до ушей, а кроме него — лишь мягкое эхо собственных шагов. Но чем дальше она продвигалась, тем меньше звуков оставалось. Ноги ступили на мягкие мхи, а ветер более не мог пробраться так далеко.

Медленно продвигаясь в глубину, Джэйн словно ощупывала сгущающуюся темноту. Воцарившаяся тишина давила на уши. Шаг, другой, но ничто не пыталось потревожить её. Неужели ей и в самом деле повезло и никакого испытания не будет? Она готова была уже обрадоваться, но, в очередной раз проверив ощущения, вдруг уловила странное движение. Тоненькие ножки не издавали даже шелеста, но Джэйн явственно чувствовала их. Как и стук крохотного сердечка, пробивающегося сквозь мохнатое брюшко. Паучок. Совсем крохотный. Он торопливо бежал по мшистому полу, устремляясь в черноту. Миг, и тот исчез в какой-то щели. Джэйн вздохнула и поплелась дальше. Однако, пройдя всего десяток шагов, она почувствовала нового паука. Этот был чуточку крупнее и уже не так спешил скрыться. Любопытство овладело Джэйн, и она всё-таки зажгла тусклый магический шар. Свет мгновенно спугнул паука, тот юркнул за груду валунов, собравшихся вдоль стены. Джэйн внимательно осмотрела их и всё вокруг. Подземный рельеф изменился: вместо твёрдых пород вокруг было много известняков, потолок слегка сверкал от влаги. Похоже, над сводом бежал горный ручей. Не слишком большой и бурный, так как Джэйн не смогла уловить шума воды. Зато заметила новых пауков. Теперь их была уже небольшая стайка: пять или шесть — они исчезли так же внезапно, как и появились, так что Джэйн не успела их посчитать. Но их вид заставил невольно вздрогнуть. Они были точной копией тех самых пауков, что украшали её платье на балу. Разве может такое оказаться совпадением?

Джэйн стало слегка не по себе, и она принялась то и дело поглядывать на стены. Пауки только прибывали, и с каждым разом их размер становился всё крупнее. Это откровенно настораживало. Когда же мимо Джэйн пробежал паук чуть больше мыши, она всерьёз заволновалась. Уж не ведёт ли её путь прямиком в паучье логово? Мысль тревожила и ещё больше нервировало. Одно дело платье и магические украшения, и другое — реальные существа. Наткнувшись на развилку, она застыла, наблюдая за пауками, и выбрала другой поворот.

Казалось, проблема решена, но спустя десять шагов путь Джэйн преградила новая особь. Это уже был совсем не маленький безобидный паучок, а настоящее чудовище. Оно доходило Джэйн до колен и направлялось прямиком на неё, хищно щёлкая жвалами. Чувствуя, как всё внутри холодеет от страха, она бросилась прочь, надеясь сбежать, но не успела добраться до развилки, как её снова встретили. Трое. Они были ещё выше и кровожаднее на вид. Поблёскивающие красным глаза вращались, будто пытались загипнотизировать.

«Может, это иллюзия?» — мелькнула мыль, и Джэйн, прижавшись к стене, попыталась вспомнить развеивающее заклятье. Паника нарастала, и пальцы весьма неохотно складывались в нужные жесты. Чтобы не потерять концентрацию Джэйн принялась шептать последовательность действий:

— Указательный палец свести с безымянным, обвести круг, в него закрутить один из сполохов, направить на иллюзию и сделать резкий выпад. Удерживать перед собой образ реальности…

Джэйн направила свои силы на приближающуюся троицу, но те даже не дрогнули. Воздух лишь слегка заколебался от её усилий, и вместо того, чтобы рассеять чудовищ, привлёк ещё нескольких. Красные глаза заблестели из темноты, и Джэйн уже не могла остановить дрожь в теле. От ужаса разом пересохло в горло, а руки затряслись, словно на холодном ветру. Она понятия не имела, что теперь делать. Проклиная себя за невнимательность на уроках, Джэйн уповала только на «провидение», но оно предательски молчало.

Она дёрнулась назад, но надежда прорваться через одного рухнула. В проходе уже толпилось не меньше десятка, и, судя по усиливающемуся стуку жвал, приближалось подкрепление. Внутри всё цепенело, мысли смешались в кучу. И вот уже один из самых смелых пауков приблизился, и в Джэйн полетела тонкая сеть паутины. Липкая, словно клей смесь на мгновение парализовала, а затем, наконец, сработал инстинкт самосохранения. Джэйн принялась бросаться всеми известными боевыми заклинаниями, отбрасывая от себя пауков. Однако те свирепели от сопротивления и всё больше паутины летело в Джэйн. Вот только теперь она уже не давала ей прилипнуть к себе, отмахиваясь от неё магией. И в череде перебираемых заклинаний, наконец, нашлось подходящее. Столп огня не просто отбросил на расстояние ближайших пауков, а заставил воспламениться сразу десяток. Высокий визг, разнёсшийся по пещере на мгновение оглушил, но не заставил Джэйн отступить. Напротив, найдя оружие, она больше не думала отступать и прятаться, а смело двинулась в атаку. Ещё несколько пущенных в разные стороны столпов огня, и пауки бросились наутёк, пока те, что угодили в пламя, корчились от боли и визжали до тех пор, пока их тела не превращались в чёрную пыль.