— Громкие слова. А на чем они основаны?

— На научном подходе к поиску полезных ископаемых, ваше величество. Мы изучаем не только сами руды, но и условия их образования. Это позволяет предсказывать, где искать месторождения.

Императрица взяла один из образцов, которые принес Антон.

— Что это?

— Медная руда из нового месторождения, которое я нашел в Нижнем Тагиле. Содержание меди — двадцать процентов. Это очень богатая руда.

— А как вы узнали, что здесь будет медь?

— По изменениям в окружающих породах, ваше величество. Видите зеленоватый оттенок? Это говорит о том, что через эти камни проходили растворы, содержащие медь.

Елизавета Петровна внимательно выслушала объяснения Антона, иногда задавая уточняющие вопросы. Ломоносов дополнял рассказ теоретическими выкладками, граф Шувалов приводил экономические расчеты.

— Интересно, — сказала наконец императрица. — А можете ли вы обучить своим методам других людей?

— Могу, ваше величество. У меня уже есть ученики на Урале. Они успешно применяют полученные знания.

— Сколько таких специалистов нужно России?

Антон на мгновение задумался. Он понимал, что ответ на этот вопрос во многом определит его будущее.

— Для начала — человек пятьдесят, ваше величество. По десять на каждый крупный горнопромышленный район. Потом можно увеличить число.

— А сколько времени нужно для их подготовки?

— Два-три года, если создать специальную школу.

— Школу... — Императрица задумалась. — А кто будет учиться в этой школе?

— Способные люди, ваше величество. Независимо от происхождения.

— То есть и крестьяне тоже?

— Если у них есть способности — то да, ваше величество.

В кабинете наступила тишина. Антон понимал, что это очень деликатный момент. Предложение обучать крестьян могло вызвать неодобрение.

— Смелая мысль, — сказала наконец Елизавета Петровна. — Но, пожалуй, правильная. Талант действительно не зависит от рождения. — Она повернулась к Ломоносову. — Михаил Васильевич, вы ведь тоже из простых?

— Так точно, ваше величество. Из архангельских крестьян.

— И ничего, служите верно. — Императрица снова посмотрела на Антона. — Хорошо, господин Глебов. Я готова поддержать ваши планы. Но у меня есть условия.

— Слушаю, ваше величество.

— Первое — вы лично отвечаете за результаты. Если через год не будет ощутимой прибыли от ваших методов, последуют серьезные неприятности.

— Понимаю, ваше величество.

— Второе — никакой политики. Вы занимаетесь только горным делом, не вмешиваетесь в государственные дела.

— Разумеется, ваше величество.

— Третье — регулярные отчеты о проделанной работе. Я хочу знать, как идут дела.

— Буду докладывать ежемесячно.

— Отлично. Тогда считайте, что ваше предложение принято. Граф Шувалов поможет с оформлением документов и финансированием.

Антон поклонился. Он понимал, что добился невероятного успеха. Императрица России поддержала его планы. Но он также понимал, что теперь на него ложится огромная ответственность.

После аудиенции они с Ломоносовым и графом Шуваловым отправились обедать в один из лучших трактиров Петербурга.

— Поздравляю, Антон Кузьмич, — сказал Шувалов, поднимая бокал. — Вы произвели на императрицу сильное впечатление.

— Спасибо, ваше сиятельство. Но теперь самое трудное — оправдать доверие.

— Оправдаете, — уверенно сказал Ломоносов. — У вас есть знания, опыт, поддержка. Главное — не торопиться и все делать основательно.

— А с чего лучше начать?

— С создания учебной программы, — ответил Шувалов. — Нужно четко определить, чему и как мы будем учить людей. Потом найти подходящее помещение, набрать преподавателей, отобрать учеников.

— А где взять деньги на все это?

— Деньги найдутся. Императрица дала принципиальное согласие, значит, Кабинет министров выделит средства. Тем более что окупаемость проекта очевидна.

Следующие недели прошли в интенсивной работе. Антон вместе с Ломоносовым разрабатывал учебную программу. Они определили, что курс обучения должен длиться два года и включать изучение минералогии, геологии, горного дела, металлургии и математики.

— Математика особенно важна, — настаивал Ломоносов. — Без точных расчетов невозможно правильно оценить месторождение или спланировать горные работы.

— Согласен, — кивал Антон. — Но нужно давать математику в применении к практическим задачам. Чтобы люди видели, зачем им эти знания.

Они также определили требования к ученикам. Принимать решили молодых людей от шестнадцати до двадцати пяти лет, умеющих читать и писать, прошедших специальное испытание на способности.

— А как быть с крепостными? — спросил Антон. — Ведь помещики не захотят отпускать способных людей.

— Будем договариваться, — ответил Шувалов. — Можно предложить помещикам компенсацию или дать их крепостным вольную после окончания обучения.

Для школы нашли подходящее здание на Васильевском острове. Большой дом с просторными комнатами, где можно было разместить учебные классы, лаборатории, библиотеку и общежитие для учеников.

Преподавательский состав формировался из академиков и практиков. Ломоносов взял на себя химию и общую минералогию. Эйлер согласился читать математику. Антон должен был вести практическую геологию и поиск месторождений. Для других предметов пригласили специалистов из различных ведомств.

К концу декабря все было готово к началу работы. Объявление о наборе в первую в России Школу горных наук было опубликовано в "Санкт-Петербургских ведомостях" и разослано по всем губерниям.

Но не все относились к новому учебному заведению одобрительно. Статский советник Неплюев и его сторонники считали, что обучение простолюдинов сложным наукам — дело опасное и вредное.

— Эти горе-реформаторы не понимают, к чему ведут их эксперименты, — говорил Неплюев на одном из светских собраний. — Дать крестьянину знания — значит, дать ему оружие против помещика.

— А что плохого в том, что люди будут лучше работать? — возражал ему граф Шувалов.

— Работать лучше можно и без лишних знаний. А вот думать им не положено. Это не их дело.

Слухи об этих разговорах доходили до Антона. Он понимал, что у него есть серьезные противники, которые не остановятся перед интригами.

В это время пришло письмо с Урала. Писал Федька Косарь из родной деревни Антона.

"Дорогой Антон Кузьмич! — читал он знакомый корявый почерк. — Шлем тебе поклон и благодарность. Дела у нас идут хорошо. Шахта работает, руды много, денег стали больше получать. Данила Гончаров научил еще десять человек твоему делу. Теперь ищут новые места в соседних деревнях. Алешка Кузнецов говорит, что скоро найдет серебро — следы видит. А вообще люди сильно изменились. Стали грамоте учиться, книжки читают. Даже поп наш удивляется. Не забывай нас, возвращайся. Без тебя все не то."

Письмо растрогало Антона. Он понимал, что его работа уже приносит плоды. Люди не только находят больше руды, но и меняются сами, становятся более образованными и думающими.

Он написал ответное письмо, в котором рассказал о своих планах создания школы и пообещал, что обязательно вернется на Урал.

В начале января 1751 года начался прием заявлений в Школу горных наук. Желающих оказалось неожиданно много — более двухсот человек. Среди них были дворянские дети, сыновья купцов, ремесленников, крестьян. Некоторые приехали из самых отдаленных губерний.

Антон лично проводил собеседования с каждым кандидатом. Он проверял не только знания, но и способность мыслить, наблюдательность, готовность к тяжелой работе.

— Скажите, молодой человек, — спрашивал он одного из претендентов, сына тульского оружейника, — зачем вам эти знания?

— Хочу лучше понимать металлы, которые обрабатываю. Отец всегда говорил, что хороший мастер должен знать не только как делать, но и почему так делать.

— Правильная мысль. А готовы ли вы два года учиться, не получая дохода?