— Позвольте представить, — сказал Ломоносов. — Леонард Эйлер, академик, математик. Георг Рихман, академик, физик. Степан Петрович Крашенинников, исследователь Камчатки. И Иван Иванович Лепехин, натуралист.
Антон поклонился. Он знал из истории, что все эти люди — выдающиеся ученые своего времени.
— Мы собрались здесь, чтобы обсудить с вами одно важное дело, — продолжал Ломоносов. — Речь идет о создании в России научной школы изучения земли и ее недр.
— Очень интересно, — ответил Антон. — А что это означает практически?
— Это означает, — вступил в разговор Эйлер, — что мы хотим создать систему подготовки специалистов по горному делу. Не просто рудокопов, а людей, понимающих научные основы своего ремесла.
— Мы думаем, — добавил Крашенинников, — что вы могли бы стать одним из основателей такой школы. Ваши практические знания в сочетании с нашими теоретическими разработками дали бы отличный результат.
Антон понимал, что ему предлагают нечто грандиозное. Возможность создать в России XVIII века систему геологического образования, которая появится в Европе только через несколько десятилетий.
— Я готов участвовать в этом деле, — сказал он. — Но у меня есть условие.
— Какое?
— Эта школа должна быть открыта не только для дворян, но и для способных людей из низших сословий. Среди простых рабочих есть очень талантливые люди, которые могут стать отличными специалистами.
Ученые переглянулись. Это было довольно радикальное предложение для XVIII века.
— Интересная мысль, — сказал наконец Ломоносов. — Я сам из крестьян, знаю, что талант не зависит от происхождения. Но будут трудности с разрешениями, финансированием...
— Преодолеем, — решительно сказал Эйлер. — Главное — найти поддержку у влиятельных людей.
— А что думает о наших планах императрица? — спросил Антон.
— Императрица Елизавета Петровна поддерживает развитие наук, — ответил Ломоносов. — Но нужно правильно подать ей наши предложения. Показать, что это принесет пользу государству.
— А как это сделать?
— Через конкретные результаты. Нужно продемонстрировать, что наши методы позволяют находить больше руды, повышать качество металлов, снижать затраты на добычу.
— Тогда давайте начнем с малого, — предложил Антон. — Создадим небольшую группу энтузиастов, которые будут изучать и совершенствовать методы поиска полезных ископаемых. А когда получим первые результаты, расширим работу.
Все согласились с этим предложением. Так началась первая в России научная школа геологии, хотя официально она появится только через много лет.
В последующие недели Антон активно работал с группой ученых. Они изучали его образцы, обсуждали методы поиска руд, планировали экспедиции. Особенно плодотворным было сотрудничество с Ломоносовым, который понимал важность практических знаний.
— Антон Кузьмич, — сказал однажды Михаил Васильевич, — вы открыли нам глаза на многие вещи. Мы изучали химию в лабораториях, а вы показали нам химию в природе.
— А вы, Михаил Васильевич, помогли мне понять теоретические основы того, что я видел на практике. Это очень ценно.
Но не все в Петербурге складывалось гладко. Успехи Антона вызывали зависть и подозрения. Особенно активно против него интриговал статский советник Неплюев, который считал, что простолюдин не имеет права учить дворян.
— Этот Глебов — самозванец, — говорил он в своем кругу. — Никто не знает, откуда он взялся. Возможно, он иностранный шпион или вообще беглый крепостной.
Слухи доходили до Антона через Протасова, который имел обширные связи в городе.
— Будьте осторожны, — предупреждал молодой человек. — Неплюев — человек влиятельный. Он может создать вам серьезные проблемы.
— А что он может сделать?
— Донести куда следует. Обвинить в шпионаже или государственной измене. В Петербурге по меньшим поводам людей ссылали в Сибирь.
Антон понимал, что находится в опасности. Но он также понимал, что не может остановиться. Слишком много зависело от его работы.
В это время пришло письмо от Демидова. Никита Акинфиевич сообщал, что дела на Урале идут отлично. Месторождения, найденные Антоном, разрабатываются успешно. Ученики в Невьянске обучили еще несколько групп рабочих. Общая прибыль от новых разработок уже превысила сто тысяч рублей.
— Видите, — говорил Антон Ломоносову, показывая письмо, — практическая польза от наших методов уже очевидна. Это самый лучший аргумент против всех сомневающихся.
— Согласен. Нужно подготовить доклад для императрицы. Показать ей цифры, факты, перспективы.
Доклад готовили всей группой. Ломоносов писал теоретическую часть, Антон — практическую, Эйлер проверял расчеты, Крашенинников добавлял данные о сибирских экспедициях.
Документ получился внушительным. В нем показывалось, что правильная организация горного дела может принести казне дополнительно несколько миллионов рублей в год. А создание школы горных специалистов позволит России стать одной из ведущих горнодобывающих стран мира.
— Теперь нужно добиться аудиенции у императрицы, — сказал Ломоносов. — Это непростое дело. Но у нас есть союзники.
Союзником оказался граф Шувалов. Он прочитал доклад и был впечатлен.
— Великолепная работа, — сказал он. — Я похлопочу об аудиенции. Но готовьтесь к серьезному разговору. Императрица — женщина умная, она будет задавать трудные вопросы.
Аудиенция была назначена на 15 декабря. Антон готовился к ней как к самому важному экзамену в жизни. Он переписывал доклад, готовил образцы руд, продумывал ответы на возможные вопросы.
За день до встречи к нему пришел неожиданный гость — тот самый статский советник Неплюев.
— Господин Глебов, — сказал он с холодной улыбкой, — я хотел бы поговорить с вами по душам.
— Слушаю, ваше превосходительство.
— Дело в том, что завтра вам предстоит очень важная встреча. От ее исхода многое зависит. И я хотел бы предостеречь вас от необдуманных поступков.
— Каких поступков?
— Не стоит обещать императрице слишком многого. Государыня не любит пустых обещаний. Лучше говорить скромнее, но честнее.
Антон понимал, что это не дружеский совет, а завуалированная угроза.
— Я намерен говорить только правду, ваше превосходительство.
— Очень хорошо. А еще я бы посоветовал не забывать о своем происхождении. Простолюдину не стоит претендовать на роль учителя для дворян.
— Я никогда не забываю о своем происхождении. Но считаю, что знания не зависят от звания.
— Опасная точка зрения, — холодно сказал Неплюев. — Очень опасная.
После его ухода Антон долго не мог уснуть. Он понимал, что завтрашняя встреча определит его дальнейшую судьбу. Либо он получит поддержку императрицы и сможет осуществить свои планы, либо...
Утром 15 декабря Антон надел лучший кафтан, взял папку с документами и образцами и отправился в Зимний дворец. Его сопровождали Ломоносов и граф Шувалов.
Дворец поражал роскошью. Золоченые залы, дорогие картины, множество придворных в богатых одеждах — все это создавало атмосферу величия и власти. Антон чувствовал себя неуютно в этом мире, где каждый жест имел значение, а одно неосторожное слово могло стоить карьеры.
Императрица Елизавета Петровна принимала их в своем рабочем кабинете. Женщина сорока одного года, еще красивая, но уже начинавшая полнеть, она сидела за резным столом и внимательно изучала документы.
— Граф Шувалов рассказал мне о ваших успехах, господин Глебов, — сказала она, не поднимая глаз от бумаг. — Говорит, что вы находите сокровища там, где другие видят только камни.
— Ваше императорское величество, я просто изучаю то, что создал Бог, и пытаюсь понять Его замысел.
— Похвально. — Императрица наконец подняла глаза и внимательно посмотрела на Антона. — Но меня интересуют не благочестивые речи, а конкретные результаты. Что вы можете дать России?
Антон глубоко вздохнул. Настал момент истины.
— Ваше величество, за полгода работы на Урале я нашел месторождения на общую сумму более миллиона рублей. Это только начало. При правильной организации горного дела Россия может добывать золота, серебра и других металлов на десятки миллионов рублей в год.
