Пытаясь вырезать мне сердце, Литлпип меня едва поцарапала. Осознав это, я злобно улыбнулся, а Литлпип сменила выражение удивления на неописуемую ярость и, прекратив упирать меч мне в грудь, начала полосовать мой комбинезон, распоров карман с запасными магазинами для Гоблина. Далее она попыталась сделать то же самое с моей физиономией, но я успел среагировать и, отшатнувшись, выставив копытце с аурой защитил большие глаза. Далее опасаясь, что Литлпип догадается полоснуть мечом по шее, правым копытцем с аурой заткнул её рану на плече. Противница снова от боли закричала, но, так как её левая передняя нога теперь была свободна, сильно заехала мне копытом по морде. В физической силе мелкой единорожке не тягаться с земным пони, но всё равно было болезненно. Я даже невольно отшатнулся – роковая ошибка.

Теперь наши обнимашки были не столь тесны, а Трикси предупреждала – Литлпип - та, кто всегда находит выход и слабые места. В этот раз для неё выход состоял в ударе по моему слабому месту. Удар был не лягающим, но всё равно сильным. Литлпип вложила в него всю свою ярость, все лошадиные силы, и он достиг успеха. У меня между ног, будто бомба разорвалась, а звук удара, казалось, прозвучал как звон бьющихся бутылок. От прокатившейся по всему телу боли меня просто парализовало, но я нашёл силы тихо сказать одно слово:

— Членовредитель.

— Мне всё равно, кто я, лишь бы ты сдох! - со злобой в прокуренном голосе ответила Литлпип.

Далее мелкая единорожка легко выскользнула у меня из-под брюха и, встав на ноги, отпрыгнула на безопасное расстояние, после чего засветила своим отростком. Я ожидал, что она притянет магией свой револьвер или снова возьмётся за ящик, но вид засветившегося зелёным светом предмета участил моё и без того частое сердцебиение.

— Никогда ещё не использовала унитаз в борьбе с отбросами, - сказала Литтлпип, вырывая магией керамический «толчок».

Тут время снова будто замедлилось, но уже без влияния Дискорда. Просто мне вспомнилось пророчество Лиры, в котором она предсказывала, что меня убьет Литлпип, сбросив на голову унитаз. Такая смерть для меня была бы даже более паскудной, чем в желудке у Спайка. Так что я стал отчаянно бегать глазами в поисках хоть чего-то, что помогло бы избежать незавидной участи. Взгляд упал на лежащий рядом «Малый Макинтош».

Всё ещё испытывая острую боль по всему телу, но особенно между ног, бросился к крупнокалиберному револьверу и… Вновь совершил ошибку. Желая всячески избежать исполнения пророчества Лиры, выбрал неверную цель и вместо того, чтобы убить единорожку, двумя выстрелами расколол унитаз. Судя по взгляду Литлпип, она сама была удивлена такому выбору, но удивление уступило место ужасу, когда я спохватился и поймал Дарительницу в сетку прицела. Жму на курок и… Барабан проворачивается, ударник бьет, но ничего не происходит.

«Шесть камор – слишком мало. Ненавижу револьверы!» - подумал я.

А ведь как красиво всё могло получиться – Литлпип погибает от своего же оружия, но не судьба. Теперь выражение морды Дарительницы изменилась с ужаса на ухмылку.

— На пушке свет клином не сошёлся, - сказала единорожка, вновь начав светить своей дрелью.

Я думал, что унитаз - это самое страшное. Как же я ошибался! Предмет, что вылетел из-за ящиков, вновь загнал мою душу в пятки. Теперь в поле магии парила знакомая цепная пила. Та самая, которой Отем отпилил голову своему киберпротезированному младшему брату. Я её сразу узнал и не только по надписи «Friendship» - на ней всё ещё была засохшая кровь Каламити.

— Ты бесстрашен и находчив, но твой путь уже окончен! – со злобной улыбкой сказала Литлпип, а после дёрнула ручку стартёра.

Пила удивительно быстро завелась; звук её работы был немного похож на голос Литлпип. У меня ещё болевой шок не прошел, а единорожка уже завела пилу и пробно в воздухе покрутила несколько оборотов.

Теперь у меня снова был выбор – бежать или наступать. Бежать было некуда, а наступать на копытную теперь точно самоубийство. Теперь она выставит не свою (пусть и крупную) дрель, а вращающуюся острую цепь. В ту секунду я не знал, что делать, в мыслях призывая Дискорда помочь. Хотелось, чтобы он дал какой-нибудь дельный совет: «Используй силу, Люк» или что-то подобное, но ничего не случилось. Его голос педофила так и не прозвучал.

Литлпип же забавляло и удивляло моё замешательство. Секунду постояв с левитирующей пилой, она ожидала от меня каких-то действий – попытки напасть или убежать, да чего угодно, что можно было бы пресечь, а после распилить мою серую тушку пополам. К её удивлению, я ничего не делал, хотя последствия болевого шока уже не ощущались так остро – я мог нормально двигаться.

В итоге единорожка напала первой и, топнув копытом, побежала на меня с парящей впереди пилой. От первого замаха я уклонился, сделав кувырок, а вот от второго – такой возможности не было. Я ещё встать не успел, как вращающаяся цепь казалась от меня в сантиметрах. Благо, удар прошёлся по касательной, но цепь, предназначенная для распила дерева, нанесла мне на «плечо» рваную рану, содрав часть комбинезона. Теперь у меня на «плече» была такая же рана как у Литлпип, только более глубокая и с неровными краями. Естественно, после такого я замешкался и совершил очередную ошибку – ушёл в глухую оборону. Литлпип же была более точной, так что следующий удар пилой пришёлся прямо на мою правую переднюю ногу, которой я закрыл физиономию. Пила прошла чуть ниже «колена» за три секунды распилив кость. Орал я в те секунды точно громче работающей пилы. Литлпип же хохотала немногим тише.

Она искренне наслаждалась увиденным. Мои крики были для неё слаще любой музыки (не удивился бы, если у неё под хвостом в тот момент стало более влажно). Она побеждала и на правах победителя задумалась, как поступить с побеждённым. Не нужно быть гением, чтобы понять, о чём она думала – сразу отпилить мне голову или вначале ноги? Судя по тому, что пила осталась к полу перпендикулярно, выбрала второй вариант. Она хотела убить меня максимально болезненно.

Я в тот момент, страшно сказать, тоже думал. Литлпип из самой безвыходной ситуации всегда находила выход (последний раз - ударив мне в промежность). Я тоже был «бесстрашен и находчив» и в прошлом сумел освободиться от хватки Спайка, Адской Гончей, выжил в «Очистительной Буре». Нынешняя ситуация – не исключение; она выглядит безнадежной, но из неё тоже можно найти выход. В поисках этого выхода я боковым зрением заметил лежащий рядом «Малый Макинтош».

Пускай этот револьвер был без патронов, но он сделан из крепкой оружейной стали, возможно, более прочной, чем детали бензопилы. Видя эту «соломинку в беде», перекатился, одновременно вставляя левое копытце в петлю «ручки» револьвера. Литлпип, заметив мои манипуляции, начала действовать и нанесла работающей пилой верхний рубящий удар. Я же, лёжа на спине, закрылся револьвером как щитом, подставив тот под пилу. Доля секунды, и цепь пилы высекая искры, срывает с «Малого Макинтоша» прицел. У меня от такого чуть копытце из сустава не выскочило. Пила же отскакивает от железки, но не из поля магии Литлпип. Единорожка такого не ожидала, но не растерялась и нанесла боковой нижний удар. Вращающаяся цепь, легко разорвав одежду, также легко содрала часть шкуры с моего правого бока; если бы я носил «жопометку» то теперь бы её не было. Слов нет, чтобы передать, насколько это болезненно, но эта жертва оправдалась.