— Тупой призрак! – прокричал голос Дарительницы из динамика на стене. — Ты сунул свой нос в дела, в которых ни хуя не понимаешь!

— Я-то понял достаточно, мудила! – ответил я, смотря на динамик, и судя по ответу, меня как-то услышали.

— Как можно быть таким идиотом?!

Далее речь прервалась из-за уборщика, выстрелившего в динамик. Секундная пауза, и он, вскинув копытце, обратился ко мне:

— Товарищ командир, ваш приказ… Удерживать позицию?

— Нет, - ответил я. — Здание окружено бронетехникой и уже не имеет прежней стратегической ценности. Приказываю перегруппироваться и прорываться через оцепление.

— Это самоубийство, - возразила Лира.

— Оставаться в здании, которое скоро сравняют с землёй танки – вот это самоубийство. Приказ – прорываться. Убираемся из этого сумасшедшего дома.

— Вас поняли, - ответил уборщик.

Далее я, спросил, целы ли ещё наши БТРы, после отдал приказ: «По машинам», и вместе со всеми побежал к подземному гаражу. Очень вовремя, так как танки вновь открыли огонь. Здание всё постоянно сотрясало, грохот был просто оглушителен, но, должен признать, министерство морали строили на века. В прошлом это здание пережило взрыв атомной бомбы, но не думаю, что после такого обстрела оно будет подлежать восстановлению. По крайней мере, у нас есть несколько минут занять места в машинах, пока этот «розовый пирог» не сложился в лепёшку.

Зайдя в подземный гараж, наглядно убедился, что это место тоже не избежало участи поля боя. Первым признаком был дым от горящей техники, который превращал это замкнутое помещение в аналог газовой камеры. Однако, часто моргая, я разглядел некоторые детали. Два БТРа уборщиков теперь были другого оттенка чёрного из-за копоти и не подлежали восстановлению, другие были все в мелких вмятинах пулевых попаданий. Двуствольный танк наёмников пока ещё не разгорелся, и я не испытывал желания быть рядом, когда рванёт его боекомплект. Другая техника наёмников (БТРы и бронеавтомобили) тоже не вся была целой, однако вид некоторых машин натолкнул меня на интересную идею.

Когда мы выедем из гаража, огонь из танков по зданию будет перенесён на нас, а чёрные и неповоротливые БТРы уборщиков, даже в этом смоге, будут прекрасными мишенями. Однако нам не обязательно так подставляться, когда в гараже полно техники, заводящейся без ключа. Сделав этот нехитрый вывод, я, остановив уборщиков, под канонаду, приказал им занять места на БТРах и автомобилях с синим пиксельным камуфляжем; пусть у наёмников будет больше мишеней, а у нас больше шансов прорваться. Решение было встречено с энтузиазмом, и после новой команды «По машинам» копытные быстро заняли водительские места. Я не был исключением и выбрал бронеавтомобиль "Фалькатус" с силуетом шахматной пешки на борту, после чего занял место водителя, а Лира и Сулик пристегнулись в десантном отсеке. Далее: зажигание, параллельно включается магнитола, и в кабине начинает играть музыка.

— Да вы издеваетесь! – произнёс я.

Серьезно, песня «Несусь по мечте» (https://youtu.be/dXYl5NrHPb4), только этого не хватало. Желая заглушить эту шарманку, я уже потянулся к кнопке, но Лира меня остановила:

— Оставь! – сказала палкоголовая. — Всегда хотела встретить смерть с музыкой.

Тут я согласился – помирать, так с музыкой, это даже было одной из причин, почему я взял с собой музыкальную пони, но это лирика.

Нажатие на бибикалку, символизирующие начало движения, передача, газ в пол и, снеся шлагбаум, мы влетаем в городской смог. Наёмников такой манёвр не застал врасплох, и почти сразу по нам открыли огонь. Однако расчёт на множество мишеней оправдался - танкам было сложно стрелять по стольким скоростным целям, а оцепление было не сплошным. Через смог я рассмотрел брешь между двуствольным танком и БТРом неприятеля, которой моментально воспользовался. БТР - довольно тяжёлая машина, но и наш броневик – не легковой автомобиль, хотя насчёт успеха были сомнения, да и после столкновения мотор начал стучать. Глядя в зеркало заднего вида, убедился, что уборщики использовали ту же тактику, вот только не все успешно. Кто-то после столкновения потерял ход, кто-то был расстрелян после успешного прорыва, кто-то ещё в пути. Мимо нас тоже просвистел снаряд, а после зеркало сбила пуля; теперь придётся часто оборачиваться.

Как бы то ни было – мы прорвались. Я, свернув за здание, увёл нас с линии огня и теперь держал курс… Сам не знаю, куда. В городе, который затянут смогом, довольно сложно ориентироваться, но когда всё вокруг грохочет, свистят пули, а на улицах повсюду вооружённые копытные (живые и мёртвые) и техника (наша и вражеская, целая и подбитая) - вообще ничего непонятно. Понятно было лишь то, что фаза плана, в которой в городе должен начаться массовый мятеж, уже идёт полным ходом.

Многие здания коптили чёрным дымом пожаров, всё чаще путь преграждали баррикады, по броне градом били пули, а уже покрытое паутиной трещин лобовое стекло было на грани. Самое неприятное, что стреляли в нас не наёмники. Бойцы ОФОТ, видя наш броневик, думали, что мы - враг, и наше счастье, что гранатомёты из водопроводных труб не отличаются точностью. Но я не собирался испытывать судьбу и, удерживая скорость, всё искал момент, чтобы, заехав в какой-нибудь внутренний двор покинуть машину и присоединиться к общей борьбе; всё изменил (рояль в кустах) вражеский Т-90 с символом шахматной ладьи на борту.

Данный танк, пробив кирпичную стену справа от нас, чуть не переехал наш броневик прямо по кабине, в которой находился я. Время в тот момент не замедлялось, но я успел среагировать и, используя ручник с резким поворотом руля, избежать верной смерти. Правда, будучи не пристегнутым, случайно задел магнитолу, и теперь играла другая мелодия, но так даже лучше. Погоня под композицию «Бегом в 90-е» (https://youtu.be/BJ0xBCwkg3E) – разве я мог упустить такой шанс?

Теперь танк был позади и, снося фонарные столбы, вёл стремительное преследование. Это было реально жутко - дым, пыль, танк, причём, с ножевым минным тралом и КОЭП (комплекс оптико-электронного противодействия) Штора; не знаю, как его здесь называют. Данные детали придавали танку довольно хищные черты - будто это не трал, а зубы голодной боевой машины, будто это не КОЭП, а большие злобные красные глаза. На этом фоне даже не сразу обратил внимание на другой красный свет, исходящий из грибовидного устройства на башне, но то, что после красной засветки ЛЦУ, по броне ударила пулемётная очередь из огневого модуля на башне, заставило меня маневрировать. Как будто этого мало, в нас целился и главный калибр. «Хотя, может, зря волнуюсь? Может, он не будет стрелять в городской черте?»

— Бляха-муха!!! - крикнул я, после оглушительного выстрела, а после, выкручивая руль, уклонился от падающей, опоры ЛЭП.

Грех жаловаться - выстрел предназначался нам, не поверю, что противник так пытался перекрыть нам дорогу. Лира даже сострила на этот счёт:

— Наверное, в Крым вела, - сказала Лира (ну и шутки у неё), а я пожалел, что так подробно рассказал ей о событиях другого мира. Хорошо еще, что не догадался рассказать ей о стадионе «Насиональ де Чили» и о прочих местах похождений Аугусто Пиночета, а ведь единорожку это бы повеселило.