Закончив с зачисткой, принцессы вновь задумались над своей беспомощностью, однако не все выводы были столь пессимистичны; Шансы, что из Полигона-4 в Эквестрию кто-нибудь прибудет, всё же близки к нулю, к тому же, со временем телепортационное окно окончательно закроется. Принцессы решили, что не механоиды представляют для Эквестрии гипотетическую угрозу - внешний мир полон других опасностей. Гораздо реальнее, что в их мир прибудут его бывшие хозяева, и как ни странно на эту мысль принцесс натолкнула знакомая мне мятно-зелёная единорожка.
Дальнейшую часть рассказа кантерлотский гуль продолжила с плохо скрываемым раздражением в голосе. Она не знала, что принцессы начали за ней следить и, прочитав в дневниках Селестии, что принцессы о ней думали, отношение Лиры к "Благородным Сёстрам" начало меняться в отрицательную сторону.
Разумеется, властные аликорны не опускались до прямого общения с играющей в кондитерском магазине музыканткой, и уж тем более они бы не поняли восторгов Лиры от увиденных ей образов других миров. Принцессы вообще узнали о видениях Лиры благодаря воле случая. Дело в том, что, будучи тысячелетие на Луне, ночная принцесса освоила способность проникать в чужие сны. Сны Лиры также не были для неё чем-то запретным. Там она, увидев некоторые образы из видений зелёной арфистки, поначалу подумала, что Лира тоже одержимая - эта версия не подтвердилась. Тайна происхождения видений открылась после того, как принцессы тщательно изучили метку судьбы и прилагавшийся к ней особый талант Лиры Хартстрингс.
Как они выяснили - метка Лиры означала большее, чем талант к музыке. Если говорить упрощённо, то арфистка полностью соответствовала своему имени - она обладала способностью чувствовать "струны души". Обычно она, сама не зная, применяла эту способность, чтобы подбирать подходящие музыкальные композиции, которые пробуждали в душе у слушателей различные эмоции, однако у данной способности был специфичный побочный эффект. Лира ощущала, когда Лорен (да и не только она) осуществляла призывы "призраков" и даже могла видеть образы из прошлых жизней призванных. Принцесс эти образы, которые Лира старательно записывала и зарисовывала, очень заинтересовали. Настолько сильно что они даже тайно проникали в дом Лиры и Бон Бон, чтобы, усыпив его жителей, пробудить в снах Лиры её старые видения, а также для снятия копий с её записей. Когда Лира об этом узнала, её угрызения совести насчёт чтения дневников принцесс окончательно пропали. "Благородных Сестёр" никогда не волновала неприкосновенность частной жизни, так что нет ничего зазорного в том, что сейчас мы обсуждаем их тайны.
В общем, если сейчас Лира зла на принцесс, в том числе и за то, что они копошились в её голове и записях, то и сами принцессы от открывшихся им образов, испытали не самые приятные ощущения. Их охватил страх встречи с теми, кого механоиды называют "создателями". Данные опасения можно бы было считать напрасными, если бы в записях Лиры принцессы не нашли упоминания о звёздах, что двигались по неестественным траекториям - принцесса Луна подтвердила реальность такого явления.
Думая над этим, Селестия решила, что Лорен ошиблась (не в первый раз), говоря, что прежние хозяева не прибудут в этот мир. Скорее всего, они знают об Эквестрии, но сейчас у них слишком много проблем, чтобы тревожить "PGS54 B13", но так будет не всегда. Что можно будет им противопоставить, когда они всё же прибудут в этот мир магии? То же, что и механоидам? Это даже не смешно. Люди создали разумные машины, и, судя по поведению их творений, несложно догадаться о намерениях их создателей.
Долго думая над прошлым, настоящим и будущим, принцессы решили, что у них два пути. Первый: продолжать жить, как жили, исполняя волю Лорен, выполняя пророчества и поддерживая в своём мире гармонию. Второй: так как Лорен дала принцессам полную свободу, то они имеют право действовать по своему усмотрению. Первый путь был понятен, а вот второй - не определён в отличие от причин, по которым принцессы вообще рассматривали такой вариант.
Мир полон опасностей, и даже в Эквестрии роду пони противостоят множество угроз. За границами страны двух сестёр целый мир, кишащий плотоядными тварями, для которых цветные копытные как лёгкая закуска. Про то, что творится в других мирах, принцессам даже думать было страшно. Всё, что сейчас принцессы могут противопоставить этим угрозам, так это собственную магию, но они уже множество раз убедились, что она не всегда бывает эффективна. Вывод: род пони должен быть способен защитить себя сам. Вот только как? Принцессы получили на данный вопрос очень наглядный ответ.
Данное событие началось с того, что превращённый, с помощью элементов, в статую Дискорд всё же нашёл способ освободиться. Будучи психопатом, но не идиотом, он первым делом решил заняться теми, кто из него сделал подобие творения Зураба Царетелли. Естественно, имея фактор внезапности и свои способности, "Дискомфорт" легко обезвредил будущих минестерок, однако, уже уверовав в свою победу, он встретился с той, от кого точно не ожидал угрозы. Угрозой оказалась Винил Скретч и её купленная в Сталлионграде диджейская установка, которая на самом деле являлась прототипом энергомагического оружия. Дискорду хватило всего одного выстрела, после которого он сутки пролежал с выражением ужаса на морде, пока его снова не превратили в статую. Парадокс, но в момент окаменения он был в той же позе, что и в прошлый раз.
Произошедшее сильно удивило принцесс. Они поразились тому, что одна, далеко не сильная в магии, единорожка смогла справиться с всемогущим бессмертным существом, используя лишь "диджейскую установку". Также они поразились тому, что, обыскивая закрытый город, не заметили столь мощного оружия, но это так - мелочь. Исследуя данную "Баспушку", благородные сёстры поразились данному симбиозу магии и технологий, полученных от призраков. Им представилась перспектива развития данного направления, и то, что, обладая такой техномагией, род пони не будет страшиться не то, что обитателей за границами Эквестрии, а вообще никто. Глядя на то, что сейчас из себя представляет этот мир, можно догадаться о выборе принцесс.
Первое, с чего благородные сёстры решили начать, строя новую Эквестрию, так это с уничтожения «Дерева Гармонии». Это было тяжёлым решением, но принцессы понимали, что нельзя строить новый мир, будучи под действием излучателя, что ограничивает рождаемость. Последствия уничтожения дерева (в будущем они об этом пожалели и даже "заставили" Твайлайт Спаркл построить упрощённый аналог Дерева, названный Садами, которые мы всё же смогли уничтожить - но это совсем другая история) наступили почти моментально. Пони, будучи до этого образцовыми в плане нравственности, моментально поняли перспективы жизни в обществе, где доминируют самки (не носящие одежду) - в стране разумных копытных произошёл "демографический взрыв".
Незначительным, но знаковым последствием данного "взрыва" стало то, что третья аликорн (жвачкоподобная с именем Каденс), носящая титул "принцесса любви", так и не нашла в Кантерлоте свою любовь, и, покинув столицу, обосновалась в Сталлионграде, где по слухам местные всё ещё были угрюмы.
Однако после исчезновения излучения копытные так и остались чрезвычайно мирной расой. Первое время принцессы не знали, радоваться или огорчаться - решили всё же радоваться и продолжать действовать уже согласно собственным планам. Конкретнее: заключить договор о торговле со страной зебр, используя полученные ресурсы развивать промышленность, и когда экономические связи станут достаточно крепкими, предложить полосатым то, от чего они не должны будут отказываться - войти в состав Эквестрии. Далее объединенную страну должна будет ждать эпоха прогресса и процветания - как утопично.
