Беглецы принялись нахлестывать коней, но Нефер чувствовал, что его упряжка уже теряет силы. Бег коней стал натужным и тяжелым, поступь сделалась неуклюжей, а копыта разъезжались. Юноша понимал, что это почти конец. Он обнял Минтаку за талию:

– Я полюбил тебя с самого первого взгляда. И буду любить вечно.

– Если ты на самом деле любишь меня, то не позволишь снова попасть в руки Трока. У тебя будет последний способ доказать свою любовь ко мне.

Нефер в недоумении поглядел на нее:

– Я не понял.

Она коснулась трофейного меча у нее на бедре.

– Нет! – почти закричал Нефер и изо всех сил прижал девушку к себе.

– Ты обязан сделать это для меня, сердце мое. Я не могу вернуться к Троку. Самой сил убить себя мне не хватит, поэтому это должен сделать ты.

– Я не смогу! – взмолился молодой фараон.

– Это будет быстро и безболезненно. А иначе…

Нефер был в таком отчаянии, что едва не налетел на колесницу Таиты, когда тот развернул ее и остановился, указывая вперед.

Там был Трок. Даже с такого расстояния они различили его медвежью фигуру во главе колонны, идущей прямо на них. Беглецы оглянулись и увидели, что преследующий отряд приближается столь же стремительно.

– Последний бой! – Хилтон извлек меч из ножен. – Первый бой – хуже всего. Второй – тоже не то. А конец – всей игре венец.

То была известная присказка Красной дороги, и теперь старый воин с искренним убеждением процитировал ее.

Таита поднял глаза к небу цвета желчи, очередной порыв знойного ветра взъерошил ему волосы, заволновавшиеся, словно поле серебристой травы.

Минтака сжала ладонь Нефера.

– Обещай мне! – прошептала она, и глаза ее наполнились слезами.

– Обещаю, – вымолвил он, и слова как огнем обожгли ему рот и горло. – После этого я собственными руками убью Трока. А покончив с ним, поспешу за тобой на темном пути.

– За мной! – раздался голос Таиты, пусть негромкий, но слышный всем. – Следуйте моей колее и никуда с нее не сворачивайте.

К общему удивлению, Таита повернул упряжку под прямым углом к тропе, направляясь на север, к неясной линии перемещающихся дюн. Нефер ожидал, что маг тут же увязнет по оси, но под мягким слоем песка оказалась твердая корка. Таита вел коней на рысях, и остальные поехали за ним по пятам, хотя и понимали, что это последняя безнадежная попытка.

Оглянувшись, Нефер увидел, как пылевые облака от двух вражеских отрядов приближаются к ним с запада и с востока. Не было никакого шанса, что враги не заметят места, где три колесницы свернули с дороги. Если, конечно, Таита не наложит заклятье сокрытия, способное обмануть Иштара, но рассчитывать на это не стоило. Иштар доказал, что не поддается таким простым чарам, да и Трок собственными глазами видел, как они съехали с тропы.

Но, посмотрев вперед, юноша увидел, что Таита держит в правой руке золотой амулет Лостры, а вокруг запястья у него болтается ожерелье, полученное в дар от Бея. Маг не оглядывался на погоню, лицо его было обращено наверх, к угрожающим небесам, и выражение его было суровым.

Положение казалось отчаянным, но вопреки здравому смыслу в душе Нефера блеснула искорка надежды. Он сообразил, что каким-то таинственным образом ожерелье нубийца увеличило и без того поразительные силы мага.

– Посмотри на Таиту, – прошептал он Минтаке. – Быть может, еще не все потеряно. Вдруг нам удастся еще один раз передвинуть по доске камешки бао, прежде чем игра закончится?

Трок галопом гнал лошадей по тропе, пока не достиг места, где три колесницы свернули к дюнам. Колеи тянулись двумя тонкими линиями и казались оставленными одной парой колес. В этот миг подоспел Зандер со своей идущей с другой стороны колонной.

– Отличная работа, ты загнал добычу, и теперь она у нас в руках! – крикнул ему Трок.

– Славная была охота! – проревел в ответ военачальник. – Как мне идти дальше?

– Снова займи место позади. Колонной по четыре, за мной.

Когда Трок последовал за беглецами, обе колонны потянулись за ним. Он смотрел вперед. Таита и его крошечный отряд уже исчезли, скрывшись из виду в воронке песчаных холмов, вершины которых казались багровыми и синими. Проемы между ними выглядели сумрачными под низко нависшим небом. Гиксосы не проделали и пары сотен локтей, как колесницы во внешних рядах начали вязнуть в мягком песке. Трок понял теперь, почему Таита вел своих цепочкой: только посередине грунт был достаточно твердым, чтобы выдержать повозку.

– Перестроиться в один ряд! Держаться за мной.

Углубляясь в неразведанные дебри пустыни, объединенный отряд Трока растянулся более чем на половину лиги. Воины с усиливающимся страхом смотрели на могучие песчаные стены и пугающее небо над головой. Трок не решался гнать своих коней на убийственной скорости и перевел их на шаг, но по характеру оставленных Таитой следов видел, что и тот движется не так быстро, как прежде.

Преследователи преодолели еще почти лигу, и ландшафт вдруг изменился. Из сухих волн песка вырос темный каменный остров. Он походил на небольшой плот, затерянный среди океана дюн. Боковины его были изъедены и изрыты несущими песок ветрами тысячелетий, но вершина была острой, как клык сказочного чудовища.

На самом пике виднелась крошечная на таком расстоянии, но безошибочно узнаваемая фигура: несоразмерно высокая и худая, с копной серебристых волос, блестевших в этом странном и жутковатом свете, как металл шлема.

– Это Чародей, – процедил Трок, обращаясь к Иштару. – Беглецы укрылись в скалах. Надеюсь, они попытаются дать нам здесь бой.

Он повернулся к трубачу:

– Дай сигнал «К бою!».

Когда Нефер и Минтака увидели впереди скалистый остров, они очень удивились.

– Неужели Таита знал, что он здесь есть? – спросила Минтака.

– Откуда было ему знать?

– Ты сказал однажды, что ему известно все.

Нефер промолчал. Стараясь скрыть растерянность, он обернулся и увидел совсем близко поднимающуюся от колес преследователей пыль, смешанную с желтым светом пасмурного неба.

– Все это не важно, – сказал юноша. – Чем нам это поможет? Ну, сможем мы оборонять эти скалы некоторое время. Но у Трока сотни воинов. Это почти конец.

Он коснулся меха с водой, подвешенного к поручню рядом с ним. Мех был почти пустым – нечем даже было напоить лошадей для еще одного дня скачки.

– Мы должны доверять Таите, – заявила Минтака.

Нефер невесело рассмеялся:

– Похоже, боги нас покинули, кому же еще остается доверять, как не Таите?

Они ехали дальше, усталые лошади едва брели. Сзади доносились слабые звуки погони: крики командиров, побуждающих колесничих держать строй, звяканье сбруи, скрип и визг несмазанных осей.

Наконец путники оказались под сенью черно-бурой скалы. Она уходила ввысь на сотню футов, а от нагретого камня жар шел, как от печи. У подножия не росло никакой зелени, но ветер исчертил стены обрыва трещинами и бороздами.

– Правьте прямо к скале, – приказал Таита.

Его спутники подчинились.

– А теперь выпрягайте лошадей и ведите их.

Он показал пример, заведя свою упряжку за выступ утеса. Там в скалу врезалась глубокая расселина с отвесными краями.

– Сюда. – Маг завел их насколько возможно далеко по дну глубокой вертикальной расселины. – А теперь заставьте лошадей лечь.

Все войсковые лошади обучены были этому трюку. Повинуясь приказу погонщиков, они опустились на колени, а затем с тихим храпом улеглись на бок на дне расселины.

– Вот так! – сказал Таита, принеся из колесницы подстилку для ночлега.

Нарезав ее полосами, он завязал лошадям глаза, отчего они сделались тихими и покорными. Потом воткнул в мягкий грунт дротик и, как к якорю, стал привязывать к нему коней за голову, чтобы они не могли подняться. Остальные последовали его примеру.

– Теперь несите остатки воды. Жаль, что ее слишком мало и мы не можем в последний раз напоить лошадей, но каждая ее капля потребуется нам самим.