— Северус, зайди ко мне в кабинет, — устало произнёс директор Дамблдор.

— Альбус, это срочно? У меня ещё контрольные у трёх курсов непроверенные лежат.

— Это касается Гарри.

— Замечательно. Что ещё натворил ваш драгоценный Избранный?

Пускай Гарри и знал, что Снейп притворялся перед директором, слышать всё это всё равно было неприятно. Правда, ещё неприятнее было помнить, что Дамблдор, вряд ли по-настоящему беспокоился за Гарри. Какое счастье, что у него теперь есть профессор Снейп!

— Не каминный разговор. Я жду, Северус, поторопись.

Зелёное пламя в камине взметнулось вверх и погасло. В гостиной воцарилась тишина, только протяжно скрипнуло кресло, когда профессор поднялся.

— Не каминный разговор, — довольно похоже передразнил директора Снейп, словно забыв, что Гарри мог его слышать. — Ничего, тебе полезно поволноваться, старый хрыч.

Он скрылся из поля зрения Гарри, чем-то пошуршал, и огонь, плясавший в очаге, снова изменил цвет.

— Кабинет директора.

То, что профессор переместился, Гарри понял по исчезновению знакомых уже зелёных всполохов пламени и лишь тогда, с большим запозданием, понял две вещи. Он так и не поблагодарил Снейпа за своё спасение и не сказал ему, что Квиррелл — это Волдеморт.

Первой, кого Северус увидел в кабинете директора, была Минерва. Та, совершенно поникшая, сидела в одном из двух кресел для посетителей, и пустыми глазами смотрела прямо перед собой. Одного взгляда на неё Северусу хватило, чтобы вновь ощутить себя пятнадцатилетним подростком, у которого эмоции били через край и который изрыгал низкосортную магловскую ругань направо и налево. Драная кошка! И не подумала даже дождаться возвращения наказанных студентов в школу, спокойно спала и в ус себе не дула. А Дамблдор… после того, как лорд, не сдержав данного обещания, убил Лили, Северус думал, что никогда в жизни не сможет ненавидеть кого-то больше, чем возненавидел тогда своего господина. Он ошибся. Мальчишка в разговоре успел поведать немногое (и ладно, время разговорить Поттера ещё есть), но Северус уже хотел лично отправить Дамблдора за Грань, наплевав на все возможные последствия. Поместить волшебного ребёнка к маглам, да нет, хуже, к Петунье, для которой маг — это преступник, прокажённый и дьявол в одном флаконе! Подстраивать какие-то немыслимые приключения для Поттера в Хогвартсе — Северус думал, была только та странная полоса препятствий в подземельях, а, оказывается, директор уже не единожды окучивал мальчишку. И вот вершина преступной халатности (или истинного замысла?) Дамблдора — Гарри исчез, и никто не знал, где он находился почти сутки. Северус мысленно воздал хвалу Мерлину за ту сумасбродную, откровенно гриффиндорскую идею спрятать мальчишку у себя, чтобы его объявили пропавшим. Если бы не эта выходка, Северус бы так и оставался зашоренным фестралом на поводке у Дамблдора, а мальчишка… Поттер бы шёл прямой дорогой на смерть, теперь Северус твёрдо был уверен в этом.

Хорошо, что он пошёл на встречу камином, а не ногами по лестнице. Действие Умиротворяющего бальзама, порцию которого он принял перед разговором с мальчишкой, почти закончилось, под конец он пару раз чуть не сорвался (и это ещё Поттер, получив слабенькую дозу зелья приятия, был не в пример спокойнее и дружелюбнее обычного). А перед Дамблдором и МакГонагалл Северусу предстояло разыграть удивление и ярость из-за пропажи Поттера, но тут даже и изображать ничего не придётся. Злость и ненависть полыхали подобно Адскому огню.

— Альбус, в чём дело? — решив не церемониться, Северус без приглашения занял второе гостевое кресло, а после, окончательно наплевав на правила приличия, закинул ногу на ногу. — Что за срочный разговор, который нельзя провести по камину? Учти, если Поттер выкинул ещё что-то, я…

— Северус, мальчик пропал.

Он замолчал, вцепившись в подлокотники кресла с такой силой, что ногти заскрипели. Изобразить шок и недоверие оказалось ещё проще, чем Северус думал; гораздо труднее оказалось скрыть злобу, жажду мщения и внимание, с каким он смотрел на Дамблдора. Тот, признавшись в исчезновении Поттера, не выглядел сильно взволнованным. Так, слегка встревоженным и немного растерянным, но и только. На ум приходило несколько причин подобного поведения директора, и все они одинаково Северуса ужасали.

— Вы уверены? Может, мальчишка всё-таки дуется на вас за незаслуженное, по его мнению, наказание?

— Увы, теперь мы в этом не сомневаемся. Мисс Грейнджер сказала правду. Гарри нет на территории Хогвартса, я проверил.

— Всё равно сомневаюсь... Может, у мальчишки взыграла кровь придурковатого папаши? Как это вообще произошло?

— Хагрид объяснил, что в лесу они разделились, а потом, когда он повёл мисс Грейнджер и мистера Уизли обратно в замок, к ним выбежал мистер Малфой, — Дамблдор огорчённо развёл руками. — Следов Гарри он не нашёл, кроме фонаря, который сам же ему и дал. Больше ничего мне пока выяснить не удалось, Хагрид очень расстроен случившимся.

Настолько расстроен, что наверняка пил, не просыхая, подумал Северус, но вслух сказал:

— С таким же успехом Поттер мог тайком вернуться вместе с остальными, а теперь — прятаться по всему замку. Или гулять где-нибудь на опушке леса. Хагрид там всё внимательно осмотрел? Или он в Хогсмиде, для младшекурсников там как мёдом намазано.

— Северус, ну как ты можешь?! — вспылила МакГонагалл, закричав чуть ли не ему в лицо. — Несёшь полную чушь в такой момент! Гарри — славный ребёнок, он не стал бы шутить подобным образом. Он уже сутки в Запретном лесу, и…

— Сутки? — переспросил Северус, словно до него это только сейчас дошло. — Будь это и вправду так, мы бы с вами тут не разговаривали, Альбус, Минерва, а дружно всем бы преподавательским коллективом бегали по Запретному лесу. Но хорошо, предположим, я поверил. Что вы намереваетесь предпринять?

Ответ на этот вопрос он хотел услышать больше всего. Понимал, что вряд ли в присутствии Минервы услышит всю правду, но хотя бы что-то! Хотя бы что-то, из чего Северус мог бы сделать первые выводы и наметить свой дальнейший план действий, потому что Альбус Дамблдор всегда отличался поразительной непредсказуемостью. Частенько бывало, что он принимал такие решения, о которых Северус и не подумал бы. А пропажа Гарри Поттера, самого важного ребёнка во всей школе, и вовсе могла сподвигнуть директора на нечто совершенно неожиданное и неприятное. А что-то такое будет, это очевидно уже по тому, что без этого разговора никак нельзя было сказать, что в Хогвартсе случилось ЧП. Днём Северус аккуратно выспросил у своих подопечных, что после его ухода из Большого зала директор оперативно свернул разговор с Грейнджер, уведя её и Уизли. Остальным студентам было сказано, что произошло недоразумение и нужно отправляться на уроки. И если три факультета, фигурально пожав плечами, приняли эту отговорку и действительно потянулись на занятия (даже Гриффиндор!), то слизеринцы в озвученное «недоразумение» не поверили ни на гран. Отсутствие Поттера на завтраке особенно бросалось в глаза в свете того, что рассказывал Малфой, и Северус не удивился бы, узнав, что ещё до обеда минимум половина его учеников отправила домой письма о любопытном происшествии.

Ещё его сильно настораживало, что в течение дня никто ни словом не обмолвился об отсутствии Поттера. У самого Северуса зельеварения с первым курсом Гриффиндора по расписанию не было, и официально он не мог узнать, куда запропастился мальчишка. Преподаватели тоже не были опечалены, что Поттер не появился на занятиях, тревожились разве что Спраут и Флитвик, лучше других слышавшие разговор с Грейнджер, но и они не предпринимали никаких мер, чтобы разыскать пропавшего студента или оповестить Аврорат, помощь которого в таком случае обязательно потребовалась бы. К обеду появился слушок, что мальчишка в Больничном крыле, и это, Северус понимал, надёжно заткнуло рты большинству любителей пообсуждать жареные факты и особенно персону Мальчика-Который-Выжил. Поттер даже целый квиддичный сезон не успел отыграть, но практически после каждого матча оказывался во владениях Помфри, так что его очередное попадание в Больничное крыло никого не удивило. Изящно, умно и крайне пугающе. Прежде Северус допускал мысль, что директор будет всячески скрывать пропажу Гарри (замалчивал же он, где на самом деле жил мальчишка, уверяя общественность, что всё в порядке), но не был на сто процентов уверен, что именно этот путь Альбус и выберет. Наивный! Дамблдор не собирался посыпать голову пеплом, сознавшись в исчезновении Мальчика-Который-Выжил, у него наверняка даже имелся план, вот только какой?