— Северус, мне нужно поисковое зелье и как можно срочнее. Надо найти мальчика.

Зелье поиска — неприятный сюрприз, неприятный. Этот состав в качестве обязательного ингредиента содержал частичку разыскиваемого волшебника. Чаще всего использовалась кровь, благо её хватало всего лишь пары капель, реже — волосы или ногти. Собственно, из-за применения крови зелье и попало под очередной министерский запрет, который продвигал, между прочим, именно Дамблдор! А теперь господин директор при свидетеле требовал нарушения закона, и, что гораздо хуже, у него имелась либо кровь Поттера, либо его волосы. Зачем Дамблдор озаботился сохранением этих частиц Гарри? С одной кровью, даже не будучи специалистом по зельеварению, можно очень много чего сотворить!

— Зелье я приготовлю. Но а сейчас кто ищет Поттера?

— Хагрид.

— Хагрид? — Северус не поверил своим ушам. — Альбус, я теперь окончательно уверился, что Поттер никуда не исчезал, а вы по какой-то причине водите нас всех за нос! Герой пропал, а вы отправили обшаривать Запретный лес одного полувеликана, который до этого Поттера и потерял?

— Хагрид не виноват, — вклинилась МакГонагалл. — Если бы мистер Малфой не убежал...

— Лучше молчите, Минерва. Не дай Мерлин, вам сказать что-то такое при Люциусе — я не уверен, что вы до конца жизни искупите нанесённое оскорбление. Если бы мистер Малфой не убежал, у нас было бы два пропавших, а то и мёртвых ребёнка. И если родители Поттера по понятным причинам ничего сделать не могут, то за своего сына Люциус спустил бы с нас три шкуры и был бы прав. Я предупреждал вас, Альбус, что это идиотская затея — отправить первокурсников в лес ночью и с лесником? Предупреждал. Полагаю, — Северус откинулся на спинку кресла, с мрачным весельем глядя на своих собеседников, почерневших лицами, — пришла пора расхлёбывать последствия. Если, конечно, мальчишка действительно пропал, повторюсь.

— Да, и поэтому есть вторая причина, по которой я тебя позвал, Северус. Нужно выяснить, что видел мистер Малфой.

— Вы серьёзно полагаете, он захочет отвечать на вопросы? После того ужаса, что пришлось пережить? Альбус, я его битых три часа успокаивал прошлой ночью! Я уже не говорю о том, что допрос несовершеннолетнего возможен только в присутствии его законного представителя, то есть, отца или матери.

— Мальчик мой, так кто говорит о допросе? Ты же всего лишь попросишь его рассказать, что произошло, что он запомнил, кого, может быть, видел.

От этих слов Дамблдора у Северуса волосы зашевелились на затылке. Если старый кретин или его вечная подпевала хотя бы заикнутся, что младший Малфой причастен к исчезновению Поттера — а всё как будто к тому шло, — Северус мог не совладать с собой. Виновные известны, с них нужно спрашивать, но эти двое взрослых людей пытались свалить случившееся на ребёнка!.. Уму непостижимо! Они что, настолько чокнулись со своей ненавистью к Слизерину, что готовы были обвинить в преступлении одиннадцатилетку, первокурсника?

Видимо, его выражение лица стало совсем уж зверским, потому что директор тут же пошёл на попятный:

— Мистера Малфоя никто ни в чём не обвиняет. Просто его знания очень важны, он — наша единственная надежда, кроме зелья.

— То есть, привлекать Аврорат вы не собираетесь?

Простой вопрос вызвал у коллег неоднозначную реакцию. МакГонагалл вспыхнула и то и дело порывалась что-то сказать, но сдерживалась; у Дамблдора же забегали глаза, и он тоже не торопился давать какие-либо объяснения. Впрочем, чем дольше длилось тягостное молчание, тем меньше Северусу нужны были ответы.

— Я понял, — выдохнул Северус, — не собираетесь. Понимаю. За что же вы так ненавидите Поттера, а, Альбус, Минерва? Хотите, чтобы он умер в Запретном лесу? Или всё ещё надеетесь, что это глупая шутка избалованного мальчишки?

— Гарри не избалованный ребёнок, Северус! — возмутилась Минерва. — Он достойный сын своих родителей.

— О, разумеется. Напомнить, как Поттер со своей гоп-компанией шлялись за пределами замка после отбоя?

— Мне кажется, или ты переживаешь за мальчика? — произнёс Дамблдор, внимательно глядя на него поверх очков.

Этого ещё не хватало. Похоже, Северус переигрывал, раз директор заподозрил неладное. Надо бы вести себя сдержаннее, осмотрительнее, но подумать было легче, чем сделать. Он испытывал просто сильнейшее желание наложить как минимум на Дамблдора Империо, чтобы узнать все планы старика, а затем и Круцио, чтобы помучился. Северус удивлялся собственной выдержке, что до сих пор не поддался столь кровожадным мыслям.

— Мне нет никакого дела до глупого отпрыска не менее глупого отца. Но этот балбес, во-первых, студент, а во-вторых, герой магической Британии. Как думаете, господа, что с нами сделают, узнав, что национальное достояние исчезло и при каких конкретно обстоятельствах оно исчезло?

— Так Гарри Поттер действительно пропал? — раздался взволнованный голос Спраут от лестницы. — Альбус, Минерва, это правда? Вы же сказали, что девочка ошиблась.

Её с Флитвиком появление стало для Дамблдора полной неожиданностью, настолько, что он, в первый момент не совладав с собой, раздражённо поморщился. Гримаса проскользнула на его лице всего на мгновение, но отточенная за годы борьбы с Мародёрами и позже наблюдательность позволила Северусу её заметить и добавить ещё один штрих к картине всего происходящего. Директор не собирался посвящать в проблему кого-то ещё, кроме Северуса и Минервы. Могло так статься, что и разыскивали бы Поттера в Запретном лесу они втроём с Хагридом. Но почему? Почему это было так важно для Дамблдора? Не мог же он быть настолько болезненно самолюбив, чтобы поставить на кон жизнь Гарри ради сохранения своей репутации.

— Почему вы здесь? — растерянно спросила Минерва, глядя на коллег. — Вас же не звали.

— Дело касается ученика, мы не могли остаться в стороне. Проследили, когда вы позовёте Северуса. Так я жду, — потребовала Спраут, трансфигурировав себе стул. Директор и МакГонагалл, видимо, принципиально не хотели обеспечивать их сидячими местами в надежде, что так лишние персоны только уберутся быстрее. Флитвик, мрачно зыркнув на всех присутствовавших, проследовал её примеру. — Что с Гарри, Альбус?

Видя, что ни он, ни Минерва не горели желанием озвучивать истину, Северус мстительно выдал:

— Мистер Поттер, похоже, решил повторить подвиги своего родителя и пропал в Запретном лесу. По крайней мере, Альбус считает так, но почему-то не хочет вызвать авроров. Я поэтому думаю, что мы зря тратим время, обсуждая выходку этого избалованного юнца. Он заслуживает не масштабных поисков, а хорошей порки.

— Северус!

— Я высказал своё мнение, Минерва. У нас же это не запрещено?

— Нам необходимо найти мальчика своими силами, — наконец признался Дамблдор, недобро косясь на Северуса. Его взгляд обещал суровый разговор после этой встречи. Что же, Северус был готов. Неизвестно ещё, кто из них кого будет отчитывать. В память о Лили Северус обещал заботиться о мальчишке, чтобы тот выжил, несмотря ни на что, и в его обещании не было разрешения Альбусу подвергать Поттера опасности, тем более, намеренно! — Обстоятельства, при которых он пропал...

— Нам кто-нибудь скажет, наконец, что это за обстоятельства? — подал голос Флитвик. —Я о них с самого утра слышу. Что, во имя Мерлина, случилось такого, что мы не можем обратиться в Аврорат, а вы, Альбус, выставляете лучшую ученицу первого курса идиоткой?

Дамблдор пожевал губу, посверлил декана Рейвенкло глазами в тщетной попытке приструнить, но деваться было некуда. Скрепя сердце, он кратко поведал прибывшим всю историю — от проступка Гарри с друзьями до наказания, которое пошло чудовищно не так.

— Альбус! — Спраут пришла в ужас. — Да вы в своём уме?! Первокурсников, одиннадцатилетних, с Хагридом... в лес, ночью! — от избытка чувств она, ахая, схватилась за голову.

— Ничего не должно было случиться, дети в этом возрасте уже вполне самостоятельные, — возразила МакГонагалл. — И чтобы выбрать правильную дорогу в жизни, им полезно знать, что в магическом мире тоже бывает зло.