Команда Дориана не стала утруждать себя осадой. Несколько промасленных факелов, брошенных в распахнутые окна — и вскоре здание охватил всепожирающий огонь. Пламя лизало каменные стены, вырывалось наружу кровавыми языками, превращая роскошные интерьеры в погребальный костёр.

Когда жар стал невыносимым, защитники начали выпрыгивать из окон — прямо на выставленные клинки моряков. Никакой пощады, никакого милосердия — только холодная месть за погибших товарищей. Адреналин уже утих, но жажда возмездия горела ярче пылающего особняка.

Последним, как и положено главному злодею, появился сам Франсуа. Его выход был достоин дешёвого фарса — высокий, тощий, он едва не сломал себе шею при неуклюжем приземлении. Когда перед ним возник Кроу, де Луа оскалился в последней попытке сопротивления. Его рука с мечом взметнулась для смертельного удара — но слишком медленно.

Клинок, подаренный Артуром, сверкнул в воздухе, и через мгновение голова предателя покатилась по мостовой. Вик не был склонен к риску — заметив фигуру в дорогих одеждах, он заранее принял эликсир "Фуерза". Прежде чем броситься к главной цели, он молниеносно пронзил и обезглавил пытавшегося защитить господина телохранителя — низкорослого крепыша, бросившегося наперерез.

Особняк рухнул, погребая под обломками последние следы этого кровавого эпизода. Над пепелищем поднялся чёрный дым, смешавшись с предрассветной мглой.

Задача выполнена. Осталось похоронить погибших и отправляться к берегам врага. Война только начинается.

Глава 19

Стражи.

Мы с Этьеном затаились среди древних развалин, наблюдая за лагерем противника. Отряд явно пребывал в расслабленном состоянии — патрули делали свои обходы чисто формально, без должной бдительности. И причину этого было нетрудно понять: благодаря стражам, патрулирующим многие года периметр в радиусе пятидесяти километров и беспощадно уничтожающим любую угрозу, солдаты чувствовали себя в полной безопасности. Звери создания умные и давно покинули эти земли.

А глупая гибель одного из отрядов стала суровым уроком — семеро подвыпивших бойцов ночью решили испытать стражей на прочность и навсегда исчезли во тьме. Наутро комтур приказал уничтожить весь алкоголь, что солдаты тайком пронесли в лагерь. С тех пор им нечем было заняться вот и делали всё спустя рукава. «Маленькая месть командиру», —считали они.

— Ну что, дружище, каков будет наш план? — тихо спросил я.

— Хотелось бы обойтись без лишней крови, — задумчиво ответил Этьен. — Я знаю этого комтура. Де Потье — разумный и адекватный воин. Думаю, нам удастся найти с ним общий язык.

— Решай сам, приятель, — я посмотрел ему прямо в глаза, — но предупреждаю сразу. Малейшая угроза — и я уничтожу всех без раздумий. Не хочу этого, но сделаю. Понимаешь? Твоя жизнь для меня дороже их всех вместе взятых, даже если это звучит жестоко.

— Понимаю, друг, — кивнул Этьен. — И благодарен за этот шанс.

— Не за что, — я похлопал его по плечу. — Мы должны ценить человеческие жизни, а не бездумно их отнимать.

Мы вышли из укрытия и направились к главному шатру. Солдаты замерли в изумлении — ведь по всем правилам о нашем приближении должен был предупредить дозор. Но вышла осечка — патруль сейчас надёжно связан и находится под бдительным присмотром нашего "Клыка Погибели". Хотя... здесь можно и Барсиком его назвать — он же всё равно не услышит. Хе-хе, не думал, что наш грозный хищник окажется таким ранимым — или это Александр так искусно его достал своими шутками.

Этьен специально оставил шлем снятым, чтобы Камиль де Потье мог узнать его издалека. Хотя за годы разлуки внешность моего друга заметно изменилась, к счастью, комтур сразу его опознал и резким жестом остановил готовых к атаке солдат.

— Приветствую тебя, брат мой, — произнёс де Мец, приложив сжатый кулак к груди в традиционном рыцарском приветствии.

— Вот уж кого не ожидал увидеть в этих землях, так это вас, ландкомтур де Мец, — ответил командир, зеркально повторив жест. — Какими судьбами? «Кто вас прислал?» —с явным подозрением спросил он.

— Я пришёл, чтобы спасти ваши души, братья. Сложите оружие, и никто не пострадает. Исполните мою просьбу — и я открою вам истину, которая перевернёт ваше понимание мира. — Голос Этьена звучал спокойно, но в его глазах горела непоколебимая уверенность.

Командир нервно огляделся, но кроме нас двоих никого не увидел. — На каком основании вы требуете сложить оружие? — спросил он, и в его голосе зазвучали нотки тревоги.

— Мы же говорили, что он предатель! — раздался грубый голос из толпы. Огромный рыцарь в латных доспехах начал обходить нас, а остальные солдаты медленно смыкали кольцо.

— Сделайте ещё шаг — и вам будет очень больно, — предупредил я, повернувшись к здоровяку и сжимая кулак, наполненный энергией по самое, не хочу.

Моё предупреждение проигнорировали. Когда двое передовых бойцов резко сблизились, я с нечеловеческой скоростью вдарил каждому в грудь. Облачённые в латы воины отлетели в разные стороны, а на их нагрудниках остались вмятины, будто по ним ударил боевой таран.

— Я предупреждал, — равнодушно пожал я плечами, возвращаясь на место. В ответ зазвенели вынимаемые из ножен мечи.

— Оружие убрать! — рявкнул командир, и к моему удивлению, все беспрекословно подчинились.

Пока я с интересом изучал лица солдат, Этьен продолжил:

— Повторяю в последний раз — сложите оружие, и мы поговорим по-хорошему. В противном случае он перебьёт вас всех. Вы видели, на что он способен — для него вы просто мишени. Этот человек одолел самого Арно Бенуа в честном поединке, а ему тогда было всего семнадцать. Плясом он убил нескольких магистров ордена. Вам с ним не справиться.

Комтур оказался разумнее, чем я предполагал. Приказав солдатам отойти, он с несколькими офицерами уселся у костра.

— Ну, говори, де Мец, — произнёс он, приготовившись слушать.

Когда мой друг начал вещать, вокруг нас собралась толпа. Комтур на это никак не отреагировал, больно уж новости были шокирующими. Даже те, кого я отправил в нокаут, внимательно слушали каждое слово. Пока Этьен говорил, я потратил немного энергии на сканирование офицеров. Результат был неутешительным — все до одного были заражены, хотя и не выше третьей стадии.

— Погоди, Этьен, — перебил его комтур. — Ты утверждаешь, что на севере живут не варвары, а наши предки? В городе, который они построили? И что все мутанты и заражённые — результат экспериментов ордена "Новый свет"? А главный злодей — наш собственный капитул? — Этьен молча кивнул. — То есть этот... некто что живёт в наших головах, хочет поработить человечество, чтобы помочь своим хозяевам захватить и уничтожить наш мир? И только эти "варвары" могут этому помешать?

— Именно так, — подтвердил де Мец.

— Допустим, мы тебе поверим. Но какие доказательства ты можешь предъявить, кроме слов?

Я громко свистнул, и на ближайшем холме показался наш отряд состоящие не только из людей. Солдаты снова схватились за оружие, и комтуру вновь пришлось успокаивать своих людей.

Беседа наша затянулась до первых лучей солнца. За долгие часы ночного разговора мы не только поведали им многое, но и сами услышали любопытные вести. Так, выяснилось, что когда Этьен провёл ту самую пленницу, вслед за ней в город ворвались чудовища, которые, по всем канонам, не должны были покидать своих привычных владений. Говорят, расправу над ними учинил лично Капитул со своей гвардией, чью храбрость не осмеливается оспаривать ни один смертный. Судьба же пленницы покрыта мраком — одни шепчут, что ей отрубили голову, другие утверждают, что казнили иным способом. Истину не знает никто, ибо в те роковые дни наши собеседники в столице не бывали.

С той поры многое переменилось. Совет ландмейстеров вкупе с великим магистром открыто выказали недовольство Капитулу. Подробностей простые воины не ведают, но то, что между власть имущими пробежала черная кошка — это несомненно. Сам Меровинген с ближайшими соратниками отошёл от дел, передав бразды правления Совету и удалившись в Халтию — цитадель ордена. Почему могущественный муж так легко расстался с властью? Этот вопрос не даёт покоя многим. Природа человеческая такова, что вкусивший власть уже не в силах от неё отказаться. Вероятнее, это временная мера или часть скрытого замысла. Достоверно известно лишь одно — все эти перемены последовали вскоре после допроса и казни той самой загадочной пленницы.