Когда солнце уже стояло в зените, а мы слегка освежились коротким сном, я вознамерился испытать судьбу в землях Гармонии. Точнее говоря, проверить, смогу ли я одолеть её стражей. В случае неудачи... э-э-э сбегу... Ой. То есть я хотел сказать — совершу тактическую перегруппировку. Впрочем… ай ладно. Едва я поднялся с места, как все мои спутники насторожились, будто почуяв неладное.

— Друзья мои, — начал я осторожно, — позвольте мне для начала попытать счастья в одиночку. Если дела примут скверный оборот, я... отступлю. Даю слово.

— Ох, уж эти мне сказочки! — Фоули весело фыркнул, скрестив руки на груди. — Когда это ты отступал?

— Бывало... — пробормотал я неуверенно.

— Да брось ты, — махнул он рукой. — Мы идём с тобой и точка. Любопытно взглянуть на этих легендарных тварей собственными глазами. А то вдруг они не такие страшные как все нас пугают.

— Как знаете, но вы предупреждены. Камиль вас предостерегал. Потом не взыщите, — я в свою очередь отмахнулся, прекрасно сознавая тщетность любых уговоров.

— Вам же, месье де Потье, советую собрать людей и возвращаться. Чует моё сердце — в ваших землях зреет недоброе. А интуиция моя, надо сказать, ещё ни разу меня не подводила.

Он кивнул с тем степенным выражением, какое бывает у людей, принимающих важное решение. Я же, вскочив на «Грозу барсов» (так мы прозвали то самого формика, что ущипнул мохнатого за хвост), вместе с остальными направился к Гармонии. Нас ждала встреча, исход которой не мог предугадать никто.

***

Развалины Мирного

— Командир, вы действительно им верите? — спросил тот самый рыцарь, что накануне получил кулаком в грудь.

— Да, Луи, верю. И скажи мне — каков мог бы быть их расчёт, будь они лжецами?

— Но что если... что если это хитрая уловка? Чтобы мы покинули эти земли. А этот Этьен... Он ведь предатель, и теперь водит компанию с северными варварами.

— Знаешь, друг мой, после общения с ними у меня появилось странное ощущение. Кажется, это мы — варвары, а не они. Их оружие, доспехи — все исполнено с таким искусством, какого наши мастера не знают. Умение общаться с тварями, знания их предводителя... Это нечто из ряда вон выходящее. Нет, Луи, здесь что-то нечисто. И если их слова правдивы, нам следует немедля возвращаться. Теперь и моё сердце сжимает тревога. Поднимай людей — через полчаса выступаем.

— Слушаюсь, комтур! — Луи ударил себя в грудь кулаком и закричал, раздавая приказы.

***

Мы покинули лагерь спустя час. Когда достигли окраин территории, охраняемой «Стражами», спешились и продолжили путь пешком, продвигаясь медленно и осторожно, с постоянной оглядкой. На поясе у каждого висели флаконы с эликсирами наивысшего качества — драгоценные капли жизни в смертельно опасной ситуации. Клинки были обнажены — в предстоящей схватке любая доля секунды могла стать решающей.

Помимо этого, каждый из нас нёс набор шприцов. Тайник, обнаруженный мной вместе с Этьеном, оказался настоящей сокровищницей — двадцать герметичных пеналов с препаратами, а также некое подобие спутникового передатчика. Однако мои надежды на связь с отцом быстро развеялись — устройство молчало, несмотря на все попытки установить контакт. Лишь глухая тишина в ответ.

Когда до заветной границы оставалось менее километра, я активировал тепловизор — и мир предстал передо мной в мрачной монохромности. Ни единого теплового следа, ни малейшего признака жизни. Будто сама земля вымерла, оставив после себя лишь безжизненную пустыню. Эта слепота, это ощущение пустоты сжимало сердце ледяными пальцами.

— Артур, что-то не так? — Альберт, знавший меня как никто другой, мгновенно уловил перемену в моем состоянии.

— Ничего особенного...

— Не ври, я вижу — ты напряжен, — его голос зазвучал тревожно.

— Нет-нет, наставник, я не о том... Просто вокруг — ни души. Ни одного живого существа крупнее полевой мыши в радиусе полутора километров. — Я медленно повернулся, обводя взглядом мрачный пейзаж. — И эти леса... Почему они такие густые? Логичнее было бы вырубить подчистую, чтобы обеспечить обзор и простор для манёвра. Судя по знаниям, доставшимся мне в наследство, наши предки всегда очищали территорию вокруг поселений, оставляя лишь жалкие островки зелени для украшения.

— Возможно, у них нет ресурсов?

— У них есть возможности куда более впечатляющие, — пробормотал я.

В этот миг моё обострённое восприятие, пожиравшее энергию с пугающей скоростью, зафиксировало стремительный объект, летящий прямо в грудь Эйнару. По размерам и тепловой сигнатуре он напоминал пулю из бесшумного оружия, но... слишком уж крупную для этого. Размером с кинжал. Разве такое возможно?

Эйнар находился в десяти шагах от меня — дистанция непреодолимая для защиты. Но Третий, шедший рядом, успел среагировать. Он бросился наперерез, пытаясь перехватить летящий снаряд. Однако тот обладал чудовищной пробивной силой — тело храбреца было пронзено насквозь, словно бумага под выстрелом крупнокалиберной винтовки. Лишь благодаря этому жертвенному поступку доспехи Эйнара выдержали удар ослабленного снаряда.

— Враг! — мой крик разорвал звенящую тишину, заставив всех вздрогнуть.

— Спина к спине! — рявкнул Резкий, его голос, привыкший командовать, прозвучал металлически чётко.

Мы сгруппировались, напряжённо вглядываясь в окружающую тьму. Но врага не было видно — лишь шелест листьев и тревожная пустота.

— Сканер, балбес... Используй сканер, — прошипела Олька, и я мысленно выругал себя последними словами. Как я мог забыть о таком преимуществе?

Активировав сканер, я увидел мир, преобразившийся до неузнаваемости. Черно-белые контуры тепловизора сменились цветной палитрой, и тогда я наконец различил его.

Страж. Он замер на дереве в двадцати метрах от нас — исполинская фигура ростом под два с половиной метра, массивная, как горилла, если не больше. Ветка под ним не ломалась, и, присмотревшись, я понял почему: это не ветка вовсе. Его левая рука впилась в ствол, а то, что я принял за сучья, оказались его ногами, упёртыми в дерево.

Но самое страшное — я не мог разглядеть его чётко. Силуэт расплывался, искажался, будто само пространство сопротивлялось его обнаружению. Казалось, он создавал помехи, мешающие сканеру определить точное местоположение.

Я активировал подсветку уязвимых зон, не особенно надеясь на успех. Но — о чудо! — система сработала. Тело стража расцветилось разноцветными маркерами, каждый из которых указывал на потенциальный урон от атаки. Данные были приблизительными, но даже это лучше полной неизвестности.

Единственное утешение — он был один. Хотя кто знает наверняка?

Прежде чем я успел указать товарищам на цель, тварь подняла правую руку. Мгновение — и из неё что-то вылетело. Бесшумно. На этот раз я был начеку, все мои системы работали на пределе возможностей.

Страж выбрал своей мишенью Гарда — самого крупного из нас. Взмах шпаги — и брошенный снаряд, срикошетив, упал к ногам Леонарда. При ближайшем рассмотрении это оказался нечто, напоминающее коготь — прозрачный, около двадцати пяти сантиметров в длину, округлый у основания и острый, как игла, на конце.

— На дереве! — я указал шпагой направление.

Леонард молниеносно выхватил пистолет и дал несколько выстрелов навскидку. Одна из пуль нашла цель, пробив тело твари насквозь. Монстр взревел и исчез в листве.

— Вы совсем с ума сошли? — я выбил оружие из рук Леонарда, зло шипя. — Теперь вся округа сбежится!

— Арти, опомнись, — холодно ответил старейшина, перезаряжая пистолет. — Ты думаешь, у них нет связи? Он заметил нас давно и уже мог предупредить остальных.

— Твою... — я сдавленно выругался. — Прости, старейшина.

— Не парься, — он поднял странный снаряд, внимательно рассмотрел и убрал в сумку.

— «Десерт игл» — это вам не шутки.

Лео довольный собой улыбнулся. Когда я ему поведал, что одна из пуль нашла цель. Кстати. На испытаниях он не пробил мой доспех, но оставил внушительный синяк на груди. Обычному человеку, в нашем случае вызвавшемуся Торену — сломал рёбра.