— А вы не тот ли комтур, что... затем быстро поправился: ландкомтур, что пробрался с отрядом в земли северных варваров и смог выбраться оттуда, прихватив пленницу, при этом ещё сумели добраться до столицы? Вас тогда…

Он запнулся, но Этьен кивнул:

— Да, тот самый.

— Мой отец был в вашем отряде.

— Позволь мне угадать, — влез я, и не дожидаясь ответа выдал:

— Ты из ордена "Новый Свет"?

— Нет, я не состою в ордене.

— да что ж такое. Что-то мне сегодня не везёт, — хлопнул я в ладоши, а пленник даже не заметил этого, сосредоточившись на моём приятеле.

— Да, Шарль ты прав, и я узнал тебя, — с тяжестью на сердце произнёс мой друг. Та история легла тяжким бременем на его душу.

Он когда-то давно поведал мне эту трагедию и о том, как глупо погибли солдаты. Причём ни один из них не служил в ордене. Да, все подчиняются совету, а совет — ордену. Но! Орден — это отдельная каста людей. По сути, туда мог вступить любой желающий, только выхода оттуда не было. Меровинген де Матрикс всё это объяснял секретностью. Впрочем, желающих покинуть её также не было, так что этот вопрос быстро исчерпал сам себя.

— Гастон, твой батюшка храбро сражался и не раз прикрывал мне спину. Ничего не могу сказать о нём плохого, только хорошее. И вот ещё что… Советую парень, лучше расскажи всё что он хочет знать. Поверь, так будет лучше для всех включая наш народ. Позже расскажу тебе как обстоят дела, и как погиб твой отец.

— Послушай, видишь, всё как здорово сходится, — я радостно улыбнулся. — Он мой друг и друг твоего отца. Раз мы тут все друзья, скажи мне, что вы тут забыли?

— Я не стану предателем. Можете пытать, резать. Вы ничего от меня не добьётесь, — встал он в позу. С чего бы вдруг? Вроде мило общались.

— Давай-ка друг я опишу тебе программу "вечера", а ты поведаешь нам, выдержишь ли до конца. Мой новый друг Алекс, — формик, слушавший наш разговор, тут же приблизился и клацнул жвалами. — Так вот, он начнёт тебя медленно есть, а когда твоё тело захочет отдать концы, я использую это, — указал на флакон «Вита», висевший на поясе. — Вряд ли тебе известно, что это, но я расскажу. Это эликсир, который при желании может срастить отрубленную голову. Смекаешь, к чему я? — Парень сглотнул, а лицо покрылось мелкой испариной. — Оно тебе надо?

Надолго его не хватило, особенно когда Алекс сделал к нему первый шаг и чихнул. Если не знать, что это он так прогоняет воздух через лёгкие, то со стороны это кажется крайне страшновато.

— Нам приказано ждать Франсуа де Луа, — выпалил он.

— Того, что должен привести армию мёртвых?

— Такие слухи ходили, но я в них не верю.

— Спешу тебя обрадовать, это не слухи. Вот только он не придёт. Мой друг Дориан на пару с Октопусом позаботились об этом и не дадут ему сюда добраться. Так что вряд ли он придёт. Подскажи, а давно ли ждёте? — Шарль кивнул.

— Мы тут полгода, и уже второй месяц пошёл, как он должен был прийти.

— Рад это слышать, — обрадовался я.

Значит, мои друзья справились со своей задачей. Я знал, что это будет легко, а они зачем-то переживали. Слушать меня надо, я не ошибаюсь, — улыбнулся и погладил мысленно себя по голове.

Где-то у острова Санта-Крус-де-Тенерифе.

— Кроу, какого хрена они не умирают??? — орал Дориан, отдавая команду «Пли» на очередной выстрел из пушки по людям, что шли на них нескончаемым потоком. Казалось, что им нет предела. Только за последние полчаса они уложили как минимум четыре сотни.

— Почему они встают и снова нас атакуют? — вопил он, стреляя из пистолета, попутно рубя мечом тех, кто смог пробраться сквозь кордон.

— Долбанный Артур, он не говорил, что будет такая жопа. А я ведь ему говорил, что наверняка будет.

— Говорили, — согласился Кроу, отрубая голову мужчине, что бежал на него с пробитым брюхом, через которое можно было при желании просунуть голову. Этот, видимо, из тех, через кого пролетело ядро. — Ну он же нас предупреждал, что у этого урода может быть небольшая армия. Да и то, что надо стрелять в голову, и тогда они уже не подымятся. Он также говорил.

— Самый умный, что ли, нашёлся? Якорь тебе в глотку. Как мы из пушки в голову-то попадём? Или пулемёта, которым хрен прицелишься? А про «небольшую» это ты имеешь в виду вон ту, — капитан указал на дорогу, ведущую из порта в город. По которой сейчас бежало чуть ли не всё население, а это как минимум… Да хрен его знает, переписи никто не вёл. Но точно много.

— Когда доберусь до Артура, выпью всё его кофе. Будет знать, как обманывать взрослых.

— Так ему вроде бы двести.

— Заткнись, Кроу, — проревел капитан, вонзая остриё меча в глаз рыжеволосой женщине.

За два часа до этих событий.

«Вестник» пристал к острову, дабы набрать питьевой воды. В крайнем сражении один из вражеских кораблей неудачно для них угодил ядром, пробив большую часть бочек с водой, из-за чего им и пришлось искать гавань. Корабль тот явно принадлежал тем, за кем охотится Октопус. Так как он в тот же миг его уволок на дно. Если бы не вынужденный союзник, «Вестник перемен» пошёл бы ко дну. Поскольку вражеский корабль, воспользовавшись туманом, подкрался незаметно и атаковал. Да только их ждал сюрприз.

Когда они причалили, то первое, что бросилось в глаза, так это то, что никого в порту не было. Ни души. Ни звука. Только скрип флюгеров да шум прибоя.

Все строения и суда обезлюдили. Стояла зловещая тишина, будто все вымерли. Капитан, как и Кроу, быстро сообразили, что здесь побывал тот самый Француа де Луа. Но деваться было некуда. Вода нужна как воздух.

Когда два десятка моряков отправились набирать воду, то не прошло много времени, как те бежали с криками и воплями. Правда, возвращалось всего человек семь. Позже они поведали, что зашли в богатый дом. Решив, раз никого нет, то и добро никому не нужно. За что и поплатились, угодив в засаду.

Дориан быстро сообразил, что уйти они не успеют, а потому отдал приказ на создание баррикад из того, что есть на причале. Эцио на борт «Вестника перемен» вместе с Карасём выставил пушку. Следом они развернули пулемёт, направив оба орудия в сторону города. И как только они закончили, враги показались на горизонте.

Толпа. Нет — поток. Нет — прилив изуродованных, лишённых эмоций, но неудержимых тел.

Часть команды застыла в ужасе. Но большинство — ветераны, прошедшие ад бок о бок с Дорианом — взяли себя в руки.

Отчаяние овладело Тортугой. Дориан смотрел, как гибнут его люди. Очередной матрос пал, разорванный десятком рук. Не выдержав очередной смерти товарища, он взмолился всем морским богам, моля их о помощи: — Боги морей... — капитан упал на колени, кровь и пот заливали лицо. — Если вы есть... ПОМОГИТЕ!

И океан ответил.

Вода вспучилась. Закипела пеной. Чудовищное щупальце, толщиной с мачту, взметнулось в небо. За ним — второе. Третье. Октопус явился во всей своей ужасающей славе.

Сражение на миг прекратилось. Размеры монстра поражали всех. Даже мертвецы застыли в изумлении (на деле же контролёр отвлёкся, увидев монстра и теряя временно управление). Несмотря на все размеры морской твари, он довольно проворно выбрался на берег и резво начал уничтожать силы врага. И тогда началась бойня.

Щупальца обрушивались на толпу, поднимались — и сотни тел, прилипших к присоскам, исчезали в бездонной пасти.

Десять минут.

Всего десять минут — и от вражеской армии мертвецов не осталось и следа.

Команда застыла в немом шоке.

— Теперь... — Дориан поднял окровавленный клинок, глаза горели холодной яростью. — Мы найдём де Луа. И сделаем так, чтобы он молил о смерти.

Залитые кровью моряки ответили ему яростным рёвом.

Октопус возвращался в родную стихию и погрузившись икнул.

«Кажется, я переел», — подумал он и вновь икнул.

***

Казнь в огне

Франсуа де Луа и его приспешники нашли своё последнее убежище в самом роскошном особняке города — что стало их роковой ошибкой. Забаррикадировавшись внутри, они тщетно пытались организовать оборону, не понимая, что тем самым лишь подписали себе смертный приговор.