— Что ж, я надеюсь, дорога для отца будет безопасной, — сказала мама, разрезая мясо. Её голос был ровным, но беспокойство проскальзывало в её взгляде. — Я всё ещё считаю, что отправлять половину гвардии с ним — слишком большая жертва для нашей безопасности.

— Чёрная гвардия — это больше, чем солдаты, матушка, — отозвался Грегор, отложив бокал вина. — Они это символ. Их присутствие говорит о том, что наш отец не просто вассал, а человек, к которому прислушиваются.

Элейна подняла глаза от тарелки.

— Символ, который оставил нас уязвимыми. В случае атаки ты же не думаешь, что обычные стражники смогут защитить крепость? А наше войско, и ополчение? Ветеранов осталось очень мало, а новые бойцы ещё ни разу не участвовали в боях.

— Именно поэтому мы должны быть готовы к любому исходу, — вмешался Кардинал, положив вилку на стол и вытирая губы белоснежным платком. — Уверен, ваш отец предусмотрел всё. Тем более, — он обвёл нас взглядом, — в Айронхилле осталась не только ваша семья, но и я. Разве вам не спокойнее с Рыцарями Веры?

Его слова звучали искренне, но всё же оставляли странное ощущение.

И да, действительно, Чёрная гвардия в составе всего-лишь 300 человек способна оказать достойное сопротивление превосходящему войску

— Это верно, ваше святейшество, — кивнула мама. — Ваше присутствие здесь — действительно большая честь.

Кардинал ответил ей тёплой улыбкой, которая, однако, была слишком идеальной, чтобы не показаться маской.

Разговор отошёл к более нейтральным темам — предстоящему празднику урожая, возможных гостях из соседних домов, — когда дверь внезапно распахнулась, и в зал вошёл сержант Чёрной гвардии. Его лицо было напряжённым, броня запачкана пылью дороги.

— Прошу прощения за вторжение, милорды, — сказал он, вставая по стойке смирно. — Но в лесах, к югу от крепости, обнаружена группа вооружённых разбойников. Они грабят караваны и угрожают поселенцам.

Грегор поднялся со своего места, его лицо сразу стало серьёзным.

— Сколько их?

— По нашим данным, около двух сотен милорд. Возможно, больше.

Мать твою! Сколько? Больше двух сотен? Возможно, я не совсем хорошо разбираюсь в этом, так как не так давно живу в этом мире. Но, на мой взгляд, это уже не просто группа, а целый отряд, который нужно содержать...

— Гвардейцы заняты защитой отца, — сказал Грегор, задумчиво постукивая пальцем по столу. — Нам придётся отправить обычных солдат.

— И пойти с ними, чтобы они не превратились в лёгкую добычу, — добавила Элейна, нахмурив брови.

— Твоя правда, — кивнул он. Затем обратился к Кардиналу: — Ваше святейшество, могу ли я попросить вас о помощи? Несколько ваших Рыцарей Веры могли бы существенно усилить отряд.

Кардинал некоторое время молчал, изучая Грегора взглядом. В тишине я слышал, как трещит огонь в камине.

— Благородный юноша, — наконец сказал он, поднимаясь. — Рыцари Веры всегда готовы служить не только Господу, но и защите тех, кто верен Его заветам. Вы можете взять с собой пятьдесят Рыцарей Веры. Я понимаю, что это немного, но, думаю, это хотя бы воодушевит новобранцев.

Грегор коротко поклонился.

— Благодарю вас.

Кардинал жестом отослал сержанта, который тут же покинул зал.

— Надеюсь, вы понимаете, — продолжил Уайтвуд, вновь обратившись ко всем нам, — что такая помощь — не просто знак доброй воли. Это также напоминание о том, что истинная сила заключается в единстве веры.

Его слова прозвучали как-то тяжеловато, но Грегор, кажется, был полностью сосредоточен на предстоящем задании.

— Я отправлюсь на рассвете, — сказал он, бросив взгляд на меня. — Максимус, пока я буду занят, тренируйся ещё усерднее.

Я кивнул, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. На этот раз Грегору предстоит настоящий бой, и мысль об этом одновременно пугала и вызывала гордость.

Трещал огонь, отблески пламени играли на золотых нитях мантии Кардинала. Мама осторожно отодвинула бокал, словно от холода, хотя в зале было тепло.

— Грегор, — наконец сказала она, её голос был тих, но в нём слышалась настойчивость. — Может быть, тебе не стоит идти? У нас достаточно солдат, чтобы справиться с этим.

— У нас достаточно салаг, чтобы погибнуть без толку, если не будет того, кто поведёт их, — возразил Грегор, отводя взгляд в сторону. — Мне кажется, или ты всегда недооценивала мои способности?

— Это не так, — с едва заметным укором отозвалась мама. — Ты прекрасно знаешь, что я беспокоюсь не из-за твоей неготовности, а из-за тех, кто стоит напротив.

Кардинал мягко кашлянул, привлекая внимание.

— Мадам, ваш сын прав. Всякий, кто берётся за меч, должен быть готов использовать его. Это тяжкий путь, но кто ещё защитит этот мир от зла, если не те, кто призван к этому?

Элейна заговорила:

— Если разбойники устроились в лесу, то они знают, что делают. Они ведь не просто напали на караван. Думаю, они собираются на большее.

Грегор кивнул, её слова явно перекликались с его мыслями.

— Разбойники редко действуют без причины. Я выясню, что это за группа. Может быть, это просто случайные головорезы, а может, нечто большее.

— В любом случае, — продолжил Кардинал, слегка наклонив голову, — я уверен, что мои рыцарей помогут вам справиться с этой угрозой.

Мама сжала руки, её пальцы едва заметно подрагивали.

— И всё же, Грегор, будь осторожен.

Он бросил на неё взгляд — быстрый, но исполненный уважения, — и кивнул.

— Я обещаю.

Сразу после напряженного обеда, я пошёл на занятие с Кардиналом. Если честно, то ничего нового от него узнать не получилось. Он рассказывал о Великом Понтифике, о вреде магии и язычества, о других расах…

Уайтвуд до сих пор вызывает у меня беспокойство. Я понимаю, что он здесь не просто так. Нет, нет-нет… Орден не просто так назначил его моим наставником. И не только ради того, чтобы укрепить своё влияние. Все они осознают, что их вера в этих землях чужая, и обратить в неё можно только с помощью силы.

За этим кроется что-то более хитроумное… Почему именно я стал фигурой которая вызвала такой интерес у ордена? Почему не Грегор? Не Элейна? Кардинал следит за мной, но зачем? Что Ордену от меня нужно?

Как бы это не переросло в паранойю…

***

На рассвете, когда первые лучи солнца пробивались через густой утренний туман, Грегор стоял у ворот. Его доспехи блестели в свете восхода, меч висел за поясом, а плащ, украшенный гербом Айронхартов, едва заметно колыхался от слабого ветра. Ночь прошла беспокойно…

Я наблюдал издалека, прячась за колонной, как к нему присоединились трое рыцарей веры. Их доспехи были белоснежными, с золотыми крестами на груди. Они не обменялись приветствиями, лишь кивнули, словно этого было достаточно для понимания.

Взгляд то и дело цеплялся за его фигуру в доспехах. Даже с этого расстояния я чувствовал силу и уверенность, которую он излучал. Прямо как отец. Но больше всего меня тревожило молчание. Рыцари веры, что присоединились к нему, почти не говорили. Казалось, они общались без слов, как будто между ними было что-то большее, чем просто подготовка к походу.

— Максимус, — голос за спиной заставил меня вздрогнуть.

Я обернулся. Это была Элейна, с каменным лицом и внимательным взглядом, каким она всегда на меня смотрела. Она сложила руки на груди, её фигура в светлом платье казалась странным контрастом на фоне суровых стен Крепости. Странно, ни разу не видел, чтобы кто-то из семьи облачился в белое…

— Что ты тут делаешь? — спросила она.

— Просто смотрю, — ответил я, опустив глаза.

Элейна медленно подошла, встав рядом. Некоторое время мы молчали, глядя, как Грегор отдаёт последние указания.

— Ты беспокоишься? — тихо спросила она, не отрывая взгляда от нашего брата.

— Конечно. А ты нет? — Я взглянул на неё, ожидая, что она отвернётся или сменит тему, но вместо этого она лишь слабо улыбнулась.

— Конечно, беспокоюсь, — наконец сказала она. — Но это не изменит того, что он должен сделать.