Ну, что ж, ну, что ж!
Пожалуйста, срочно подтвердите мне получение исправлений, а то я не уверен, в «Астории» ли Вы.
Всем, всем привет! — от Елены Сергеевны и от меня.
М.А. Булгаков ― П.С. Попову [593]
22.VII.1933. Москва
Жив ли ты, здоров ли, дорогой Павел?
Я вернулся из Ленинграда, значительно отдохнув за 10 дней в Астории.
Коля пытался меня уверить в двух вещах: 1) ты поставил у себя телефон, 2) ты меня совершенно забыл.
Задыхаюсь на Пироговской. Может быть, ты умолишь мою судьбу, чтобы наконец закончили дом в Нащокинском? Когда же это наконец будет?! Когда?! [594]
Передай мой и Люси [595] привет Анне Ильиничне.
М.А. Булгаков ― М. Рейнгардт [596]
Москва, 31 июля 1933 г.
Уважаемая г-жа Рейнгардт!
Разрешите мне ответ на Ваше любезное письмо от 5 июля 1933 года [597] направить Вам дня через два. Мне нужно будет просмотреть по архиву, в каком положении вопрос о постановке «Зойкиной квартиры» за границей. Лишь только я сверюсь с моими бумагами, я сейчас же напишу Вам исчерпывающий ответ.
Примите мой привет и пожелание успехов в Вашей сценической деятельности.
Адрес для переписки со мной:
Москва, Большая Пироговская, 35-А, кв.6.
Непременно заказным.
М.А. Булгаков — В.В. Вересаеву [598]
Москва. 2. VIII. 1933
Дорогой Викентий Викентьевич!
Как чувствуете Вы себя в Звенигороде [599] и что делаете?
Прежде всего хочу рассказать Вам о своей поездке в Ленинград. Там МХТ в двух театрах играл «Дни Турбиных». Играл с большим успехом и при полных сборах, вследствие чего со всех сторон ко мне поступили сообщения о том, что я разбогател. И точно: гонорар должен быть оттуда порядочный.
Вот мы и поехали в Ленинград, зная, как трудно заполучить в руки эти богатства.
Тут уж не я, а Елена Сергеевна, вооруженная доверенностью, нагрянула во 2-й из театров — Нарвский дом культуры. Заведующий театром дважды клялся, что вдогонку нам он немедленно переведет из моего гонорара 5 тысяч. Как Вы догадываетесь, он не перевел по сию минуту даже 5-ти копеек.
И наступила знакомая мне жизнь в мертвом театральном сезоне. Елена Сергеевна через Всероскомдрам шлет телеграммы и выцыганивает малые авансы, а я мечтаю только об одном счастливом дне, когда она добьется своего и я, вернув Вам мой остающийся долг, еще раз Вам скажу, что Вы сделали для меня, дорогой Викентий Викентьевич.
Ох, буду я помнить года 1929—1931!
Я встал бы на ноги, впрочем, раньше, если бы не необходимость покинуть чертову яму на Пироговской! Ведь до сих пор не готова квартира в Нащокинском. На год опоздали. На год! И разодрали меня пополам.
Но больше уж и говорить об этом не буду!
Что Вы делаете после «Сестер» [600]? Елена Сергеевна чрезвычайно, чрезвычайно интересно отзывается об этой книге! Мы с ней долго толковали об этом романе.
Я же, кроме того, просидел две ночи над Вашим Гоголем [601]. Боже! Какая фигура! Какая личность!
В меня же вселился бес. Уже в Ленинграде и теперь здесь, задыхаясь в моих комнатенках, я стал марать страницу за страницей наново тот свой уничтоженный три года назад роман [602]. Зачем? Не знаю. Я тешу себя сам! Пусть упадет в Лету! Впрочем, я, наверное, скоро брошу это.
Передайте, пожалуйста, Елены Сергеевны и мой привет Марии Гермогеновне.
Желаю Вам отдохнуть, желаю Вам хорошего.
Б. Пироговская, 35а, кв. 6.
М.А. Булгаков ― в издательство «С. Фишер-Ферлаг» [603]
3 августа 1933 г.
Многоуважаемый г. Марил!
Я получил от Вашего издательства извещение о том, что сумму в 30 марок нельзя переслать в Ригу, а также в следующем письме запрашиваемый мною адрес г-жи Резневич-Синьорелли. Очень благодарен за извещение.
Я прошу Вас, в случае отмены запрещения высылки денег за границу, выслать 30 марок в тот адрес, который я указывал: Латвия, Рига, Альбертовская ул.. д.2 кв.1 — Александре Александровне Нюренберг.
Если будут какие-нибудь новости относительно моих пьес, прощу Вас, извещайте меня.
Примите уверения в моем уважении и привет.
М.А. Булгаков ― А.М. Горькому [604]
Москва. 5. VIII. 1933
Многоуважаемый Алексей Максимович!
Как чувствуете Вы себя теперь после болезни? [605]Мне хотелось бы повидать Вас.
Может быть, Вы были бы добры сообщить, когда это можно сделать?
Я звонил Вам на городскую квартиру, но все неудачно — никого нет.
Уважающий Вас
Михаил Афанасьевич Булгаков
Б. Пироговская 35/а, кв. 6 Тел. Г 3-58-03
М.А. Булгаков ― Н.А. Булгакову [606]
Москва, 13 августа 1933 г.
Дорогой Коля!
Пожалуйста, помоги мне в одном деле, взяв на себя в нем роль моего поверенного. Г-жа Мария Рейнгардт — актриса (M-me Marie Reinhardt, 7, rue du Square Carpeaux, Paris 18) перевела мою пьесу «Зойкина квартира» (L’appartement du Zoika) на французский язык и предлагает мне ставить ее на французском языке в драматических театрах на следующих условиях — она пишет: «je vous propose un pourcentage de 4 pour cent (4%) sur les recettes brutes de toutes les representations de votre piece», а для кино на французском языке — на следующих: «50 pour cent (50%) du prix de vente obtenu par moi.» [607]
Я выражаю согласие на это с тем, чтобы мой договор с ней был действителен для драм. театра — на 2 года, а для кино — на один год, считая с премьеры в драм. театре.
Само собой разумеется, что я, зная, насколько ты занят, прошу тебя смотреть на себя, как на моего поверенного в этом деле и отчислять для себя, в виде вознаграждения, 25% с тех сумм, которые будут поступать для меня.
Вот еще что: в 1928-м году я разрешил Издательству Ладыжникова в Берлине напечатать на немецком языке и тем самым закрепить за собой за границей право на постановки «Зойкиной квартиры» и охрану ее. (L. Ladyschnikoff Verlag. Berlin W 50. Rankestrasse 33, «Zoikas Wohnung» c Copyright by L. Ladyschnikow Verlag C. m. b. H. Berlin W 50 Februar 1929.)
По моим сведениям, издательства этого уже не существует. Кроме того, в течение времени с декабря 1928 года и по сей день издательство ничего не давало мне знать по поводу «Зойкиной квартиры». Выясни, прошу, прав ли я, полагая, что никаких препятствий у меня для соглашения с Рейнгардт Марией нет. Чтобы не было потом никаких столкновений и недоразумений. Полагаю, что Сосьете дез отёр поможет в этом.
