— Только с одним условием, — ответил Эдриол. — Если ты прогонишь новых хвостатых.
— Ну вот, — усмехнулся Юнис. — Он уже придумал кличку и думает, что его похвалят за хорошее чувство юмора.
— Я называю вещи своими именами! — сверкнул глазами Эдриол. — У этих существ есть хвосты. Они чужаки, и скрывали это тысячи лет. Ты зря говоришь, Кибелл, что нами руководит старая вражда. Да, мы не забыли, как наших людей вылавливали по всему Дикту и Оне и отправляли на костёр, как еретиков и колдунов. Монахи делали это, закрывая глаза на то, что Она почти открыто продолжает поклоняться проклятому Донграну. Это было направлено против моего народа, народа, Кибелл, а не племени, как ты сказал. И направлено с молчаливого согласия твоего и твоих предков. Но дело не в этом. Мы не собираемся прощать их, но и выказывать своё отношение к Ордену не стали бы, учитывая изменившуюся ситуацию. Как тебе известно, последние годы, после признания нас свободным и независимым королевством, мы даже не пытались свести счёты. Но сейчас другое дело. Мы узнали, что этот Орден состоит исключительно из существ иной расы. Ты призываешь нас выступить против захватчиков, а сам держишь под крылышком этих инопланетян, уже захвативших и Дикт, и Ону. Они имеют абсолютную религиозную власть, они патрулируют дороги, они контролируют все уровни вашей жизни, они получают подати от народа, они диктуют королям, какие решения принимать в управлении королевствами. Они везде! И что, за много веков они смешались с вами? Они стали своими? Нет! Они поставили себя в качестве исключения, в качестве повсеместно главенствующей силы. В Ордене нет ни одного человека нашей расы, и ни одно из этих существ не живёт в миру. Орден и все остальные, а между ними непреодолимая граница. Так кого мы будем защищать от пришельцев? Не других ли пришельцев, которые удобно устроились на вашей шее, не пашут, не ткут, не торгуют, а только следят и повелевают. Нет, Кибелл, я готов забыть наши с тобой разногласия, но только если этих, — Эдриол ткнул пальцем в Хэрлана, — здесь не будет!
Кибелл спокойно выслушал его речь и, когда болотный король смолк, снова заговорил:
— Наш царственный брат Эдриол не совсем хорошо знает жизнь Дикта и Оны. Если он посмотрит на присутствующих здесь советников из числа наших подданных, то увидит, что его пылкая речь не вызвала сочувствия у них. Потому что эти люди знают братьев и вовсе не считают их прихлебателями. Они знают, что монахи, хоть не пашут, не ткут и не торгуют, но они учат, лечат тела и души наших подданных, они дают утешение, призревают сирот, нищих и убогих, дают кров погорельцам, кормят голодных и открывают свои хранилища для всех нуждающихся. Они не отказывают в помощи никому и жертвуют многим ради других. Они живут в Ордене. У них нет семей, нет имущества, нет амбиций, они служат нам и мы ценим это. Вы этого знать не можете, поскольку, не смотря на установившийся между нами мир, братья не попытались распространить своё влияние за Последний Хребет. Они уважают чужие убеждения и не навязываются никому. Так что говорить о том, что они захватчики, не совсем верно. Точнее, совсем не верно. Много веков назад они прилетели сюда в поисках дома, и в отличие от ормийского бастарда и его космической банды, не стали наводить здесь порядки силой оружия. Они принесли нам знания и силу, они предложили нам службу и преданно служили все эти века. И Дикт стал их домом. Они не захватчики, они наши братья и соседи. Мы и Она вместе будем защищать наш общий дом. Но опасность существует не только для Дикта и Оны. Опасность существует для всей планеты, а значит, и для Болотной страны. Твои люди собираются защищать свой дом, Эдриол?
— В нашей стране пока нет захватчиков, Кибелл, — усмехнулся тот. — Наши болота поработали за нас. Корабли этих разбойников из космоса подорвались на болотных газах, и топь поглотила их останки. Ты зовёшь нас уничтожать противника засевшего в твоей столице, так при чём тут Болотная страна?
— Ты думаешь, что они не сунутся к тебе, брат? — холодно поинтересовалась Шила.
— Я думаю, Кирлина, — произнёс Эдриол, намеренно выделив это имя, — Что нам нет смысла ввязываться в войну сейчас. Наши болота уничтожили почти треть захватчиков, так что, считай, мы уже внесли свою лепту, остальные две трети — ваши, Кибелл и Юнис. Мы посмотрим, как вы справитесь с вашей долей. И если вы проиграете, то, в любом случае, с оставшимися врагами мы разберемся сами. Это разумная и вполне государственная точка зрения, не так ли, Кибелл? Я сохраню своих людей, ты ведь тоже бережёшь своих. Но мы не собираемся рассуждать так холодно и расчётливо, особенно там, где замешаны наши родичи. Твоя жена и твой сын, Кибелл, дороги мне, и я не стану смотреть, как рушится их дом. Я соглашаюсь выступить на твоей стороне как союзник, но у меня есть условие. Выполни его, и мы вступим в вашу войну.
— Ты, оказывается, делаешь нам одолжение, — усмехнулся Кибелл. — Ты думаешь, что, если пока твои болота чисты, тебе ничего не угрожает. Так почему же все твои подданные, включая детей и стариков, перебрались сюда в горы и дальше в леса? Или они, в отличие от тебя, не считают Болотную страну столь безопасной? Я повторяю тебе, Эдриол, я не прошу у тебя одолжений, я хочу, чтоб ты выступил вместе с нами как равноправный союзник в борьбе за всю планету.
— Как равноправный союзник? — прищурился Эдриол. — То есть у нас будет коалиция трёх равных партнеров? Таким путём ты намереваешься оставить за собой право самостоятельно принимать решение о составе своей армии и сохранить Орден хвостатых? Хорошо. Но ответь тогда, по какому праву ты встал во главе коалиции? Почему ты берёшь на себя общее командование? Юнис согласилсяс этим. Он всегда рад увильнуть от ответственности. Но я не хочу, чтоб ты командовал моими всадниками. Я, как полноправный партнер, имею такое же, как ты, право встать во главе войск!
— Ты имеешь опыт войны с пришельцами? — усмехнулся Юнис. — Я что-то не припомню, чтоб видел тебя в наших рядах, когда мы сражались с баларами. Лишь последний раз вам пришлось взяться за оружие, поскольку с одной стороны вас жрали ящеры, а с другой — подпирал Последний Хребет. Только чего стоит та ваша победа? Ведь с вами тогда была Лорна Бергара. Не её ли заслуга в том, что вы раскрыли секрет брони этих пресмыкающихся? До того вы сидели на своих болотах десятилетиями и даже не пытались помочь нам, когда мы раз за разом отбивали от Диктионы удары баларов. Ты будешь нами командовать? Тогда я выйду из коалиции! Мы смирные люди. Лучше жить под ормийцем, с которым можно договориться, чем погибнуть под командованием дурака!
Кибелл вздохнул.
— Опять не так. Как ни крути, а кого-то мы теряем. Или горных егерей, которые без труда перебьют непрошеных гостей в своих горах, или Орден Аматесу, который столько веков был ядром нашего сопротивления баларам и обладает как опытом, так и военной силой, или конницу Болотной страны… — он посмотрел на Эдриола. — Я пытался найти компромисс, но, видимо, я недостаточно умён для этого. Ты сохранил лицо, как говорят красные монахи. Ты отвертелся от войны и можешь заявить, что по моей вине. Пусть твои люди пережидают опасное время на нашей территории. Мы постараемся их защитить без вашего участия. Обходились мы столько раз без вашей конницы и в этот раз постараемся обойтись.
— Как ты всё развернул! — усмехнулся Эдриол. — Думаешь, мне станет стыдно, и я уступлю? Или у меня взыграет гордость, и я кину свои отряды под твою руку? Ошибаешься. Я не увиливаю от войны. Может, мы станем тем резервом, который окончательно сотрёт с лица нашей планеты захватчиков. И тогда все узнают, что я не трус.
— Ты не трус, ты — предатель! — раздалось в тишине и все повернули головы в сторону Кирса. — Ты собираешься добить тех, кто уцелеет после кровавой битвы, в которой погибнем мы? Ты собираешься нажить славу на наших смертях? Твоя страна свободна от врагов, твои подданные защищены нами. Куда тебе рваться? Можно посмотреть, что будет дальше. Я знаю эту позицию. Я слышал о ней ещё в детстве. Пусть наши враги схлестнуться с нашими врагами. Кто-то погибнет, кто-то ослабеет, в любом случае мы в выигрыше. Это и есть позиция предателя.
