Когда гости и хозяева утолили первый голод, Эдвард вдумчиво посмотрел на них, ожидая ответов на очевидные вопросы. Фицрой почему-то решил, что просто не будет. И не ошибся.

— Чем обязан такой чести? — спокойно спросил граф, цепко всматриваясь в лица гостей.

— Не стоит так напрягаться, сэр Эдвард, — миролюбиво заговорил Генри, представляя интересы короля и короны. — Мы просто привезли решение короля.

— Позвольте узнать какое? — держа себя в руках, уточнил мужчина. Почти сразу Генри протянул ему запечатанное воском и печатью письмо, которое граф распечатал и внимательно прочел, сразу надевая на лицо отстраненную маску.

Мегги впилась в него пронзительным взглядом, замечая сразу все — как муж стиснул зубы и едва не расплющил пальцами бумагу, которую читал. Он искал выход, но не понимал, как лучше преподнести уже свершившиеся факты. Она зажмурилась и закусила губу — видно семья снова умудрилась нарваться на гнев монарха. Но что не так?

Генри тоже наблюдал за сменой эмоций на лицах обоих и ничего не понимал.

— Вы прочли указ короля, сэр Эдвард? — осторожно спросил он.

— Да, — устало ответил он, сворачивая послание и кладя на стол. Он поднял угрюмый взгляд на гонца. — Чего вы хотите от меня, сэр Генри?

— Выполнения воли короля, — несколько растерялся он. — Вы же читали.

— Читал, — спокойно и слишком невозмутимо ответил он, — но это просто невыполнимо.

— Как ты смеешь?! — привстал Говард, едва не плюясь ядом. Его глаза налились злобой. Он был фанатиком Тюдора и не скрывал этого. — Ты видел приказ…

— Сел на место, Джеймс! — осадил Генри так, что взрослый мужчина сразу убавил спесь. Фицрой внимательно принюхивался к графу и понимал, что отец знатно просчитался, сам не зная где. — Что вас останавливает, Эдвард?

Чилтон просто не успел ответить: жена добралась до указа короля и быстро вчиталась в лаконичные слова, начиная не просто закипать, беситься. И взрыв опередил ответ бедняги. Глаза девушки мстительно прищурились, и она не собиралась больше молчать! Она резко выскочила из-за стола, и с грохотом стул опрокинулся на пол. Эдвард ощутимо поежился и начал молиться всем богам, с благоговением наблюдая за женой, которая внимательно читала каждое слово еще раз, задавая себе тупой вопрос — как спасать шею от нежных и ласковых рук Мегги.

Бешеный светлый взгляд нашел его, и мужик сглотнул, собираясь, блеять, что он тут вообще ни при чем. Но с тоской Эдвард сообразил, что это не его вариант. Он бросил такой красноречивый взгляд на Генри, что тот предпочел замолчать, искренне сочувствуя несчастному. А вот Мегги не вняла их милым ужимкам. Она кипела праведным гневом и не собиралась ничего пускать на самотёк!

Эдвард тоже быстро выбрался из-за стола и напряженно застыл напротив, изучая ее и не видя ничего хорошего для себя. Она была великолепна в своей праведной мести и злости. А он не представлял, как утихомирить дикарку, возжелавшую его крови на пустом месте. Черт возьми, он же сам сразу женился на ней, как только привез домой.

— Просто сначала подумай, — мягко предложил он, но добился обратного эффекта. Мегги еще сильнее прищурилась, нащупала на столе свой кинжал и ловко метнула его в мужа. Эдвард имел представление о замашках жены, поэтому успел увернуться, и клинок просвистел рядом с виском, не причинив вреда, и вонзился в гобелен за ним.

Эдвард даже не разозлился, просто наслаждаясь всплеском настоящей ревности. Вот какая у него жена. Настоящая и неповторимая. Генри тоже во все глаза уставился на обоих, не понимая карательных мер, которые понимал и принимал Мартингейл. И он явно опасался ее гнева. Вот девушка и не подвела. Ее крик зазвенел в ушах мужчин, а свекровь просто меланхолично отрезала кусочек мяса, прожевала и запила глотком эля, усиленно делая вид, что ничего не происходит.

— Подумать?! — ее шипение заставило шевелиться его волосы, и Эдвард тоскливо искал спасения и не находил его. — Я уже сто раз подумала! Что еще за Джулия Говард?! Это еще что такое, я тебя спрашиваю? Такая же потаскуха, как твоя Шарлотта?! Я могу надеяться, что эта «леди» не припрется на порог моего дома типа с твоим ребенком на руках, Чилтон?

— Мегги! — завыл он, заламывая руки. — Просто уймись! Я ее в глаза не видел!

— Убью, похотливая скотина! — впала в раж дикарка и подскочила к мужу, ударила ногой по голени и с радостным остервенением вцепилась в его волосы, начиная трепать во все стороны. — И не увидишь! Я тебе не только башку оторву, глаза выцарапаю! Ты женился на мне! Даже не думай, что улизнешь! Я отца на тебя натравлю и братьев! Уяснил, проклятый сассенах?! Лучше быть вдовой, чем приживалкой при живом муже!

— Обойдешься, чертова шотландка! — успел перехватить ее поперек туловища мужчина и закинул себе на плечо, со всей силы шлепнув по заднице. — Я не сторонник разводов! Мне хватит одной бабы в женах! Дикой, невменяемой и кусачей! И плевать мне на все решения, когда мне в затылок дышит твой папа и вся твоя родня!

— Не смей трогать моего папу! — заорала она, начиная бесноваться на его плече, пытаясь вырваться на свободу. — Ты сам нарвался на его гнев! Я тебя предупреждала, идиот!

— Ты забыла прочитать, — услужливо напомнил Эдвард, наслаждаясь выволочкой, — что Фэллон должна выйти за Питера Шелдрейка!

— Какое мне дело до твоей младшей сестры, Эдвард Чилтон? — едко уточнила она. — Мой законный муж не станет ни к кому свататься, если не планирует через минуту стать свежим трупом! Я сама тебя убью!

— Вот и прокатился на коне, — закатил он глаза и ухмыльнулся. — Правильно говорят, дикий и невоспитанный народ! Навязали драчливую мегеру и вздохнули спокойно!

— Навязали?! — зарычала Мегги не предвещающим ничего хорошего голосом и умудрилась стукнуть его кулаком по заду. Чилтон заухмылялся еще сильнее, когда не последовало визгов по остальным поводам: признает его правоту, но откусит себе язык и не согласится с ним. — Ничего не путаешь? Ты меня украл!

— Нечего наследнице графа в одиночку, как простолюдинке, шляться по берегу! — ответил Эдвард. — Какой-то дуре очень повезло, что нашел тебя я, а не какой-нибудь бандит! Сказала бы спасибо, но у тебя напрочь отсутствует чувство благодарности!

— Я и так, — напомнила девушка, — сменила гнев на милость и не дала страже избить тебя и бросить за решетку! Можешь мне сказать спасибо! — передразнила она его. С визгом Мегги почувствовала, как муж добрался до дивана и швырнул ее на мягкие подушки, любуясь ее далеко не изящным приземлением. Ее прическа растрепалась, и Мегги нетерпеливым жестом заправила локон за ухо, мятежно глядя на мужа, который с заботливой наглостью во взгляде изучал ее.

— Ты просто исправила свою ошибку, — назидательно напомнил он. — А я проконтролировал, чтобы ты больше не делала глупостей. Твой папа будет искренне мне благодарен, что я снял с его многострадальной шеи просто невообразимый груз в виде старшей дочери.

— Он приедет за мной, — с твердой уверенностью предупредила она, не теряясь под его взглядом, смотря не менее сердито, — и убьет! Я не встану на твою защиту, Эдвард Чилтон! Сам разбирайся с ним! Зато твой король не сможет прикончить тебя за нарушение его воли! Как отец, он войдет в плачевное положение моего папы и позволит ему навести порядок. Я же не путаю, у него две милые дочки? — граф пробормотал проклятье сквозь зубы. У него начало дергаться веко, и очень хотелось придушить нахалку на месте, но не мог. — Дочерей надо защищать!

— Не переживай, милая, — заботливо успокоил он, — ни твой папа, ни мой король не тронут меня, пока мой род не обзаведется хотя бы одним законным наследником! А я постараюсь, очень постараюсь, чтобы это событие обязательно произошло! Кстати, идея рождения пяти дочерей меня очень прельщает. Сына можно на закуску.

— Планируешь, — высокомерно выгнула она бровь, смеривая мужа многообещающим взглядом, заставляя ежиться, — прожить еще лет пятнадцать?

— Да! — с наглостью поклонился он. — По-моему великолепный план, злюка!