— Ну... — она шлепнула себя по деснам, — я уже говорила, Шейла, как обычно, привела свою маленькую девочку Марию. Я уложила ребенка спать, — хорошенькая такая, знаете, просто золотце, — и села у окна, чтобы посмотреть.

— Посмотреть?

— Я не любопытная, учтите. Мне просто нравится знать, что происходит вокруг. Знаете, у меня прекрасный вид из окна. Я вижу всех, кто входит и выходит из этого дома. Можете думать, что я подглядываю, если хотите, только...

— Да, миссис Гордон. Что именно вы видели?

— Становилось темно, и я уже собиралась бросить это занятие и пойти смотреть телик. Потом вижу его, — этого человека, — выходящего из дома. Крадучись так выходит. Понимаете, я не могла разглядеть лица из-за шляпы. Но невысокого роста точно, и был одет нарядно, в манишку и воротничок.

— Вы имеете в виду, —уточнил Гейлорд, — что он был в смокинге?

— Смокинге? Я поняла вас. Как официант... да, так и есть. Он был одет как официант из роскошного ресторана. Немного вычурно для чего-то такого, я имею виду. Наблюдаю я, значит, и в следующую минуту вижу, как отсюда выходит Шейла. Наглая такая. Я представляю, что они могли сделать на пару с бедной мисс Фараон, она и этот официант.

— Но в то время у вас не было причин для подозрений?

— Нет. — Она замялась. — Но эти официанты всегда такие скользкие, не правда ли? Большинство иностранцы. Он действительно выскользнул тихо, как мышь. Да еще с этим белым пакетом для покупок. Не удивлюсь, если там полно серебра.

Я не знала, что и думать. Но времени глядеть в окно у меня уже не было, потому что начались новости с Ричардом Бейкером, моим любимчиком. Мне нравится его улыбка.

Когда констебль пошел провожать миссис Гордон домой, Гейлорд спросил Фина:

— Вы верите ее рассказу?

— Да, более того, я, кажется, знаю, что было в пакете.

Брови Гейлорда взметнулись вверх.

— Ясновидящий, что ли?

— Может быть. Скажите, вам случайно не попадался где-нибудь в доме гипсовый слепок со следа ноги?

— Нет. — Гейлорд задумался, потом сказал: — Подождите. Разве не вы говорили, что кто-то украл цветы, и остался след? И она залила в него гипс?

— Совершенно верно. А теперь слепок исчез.

— Самый дьявольский мотив из всех, о которых я когда-либо слышал. Ладно, будем иметь это в виду. Интересно, что наша соседка видела мужчину в шляпе и смокинге без пальто, вышедшего из дома около девяти часов, перед самыми новостями. И мы нашли запонку с рубашки, в которую жертва вцепилась мертвой хваткой. Сходится, не правда ли?

Глаза Фина вспыхнули диким огнем.

— Сходится? Совсем не сходится, шеф. Это неправильно, это... наоборот, это парадокс. Я имею в виду, когда вы спросите: «Она была убита одним из подозреваемых в убийстве Дэнби?», каков ответ? Да. И в то же время нет.

— Все, на сегодня достаточно, Фин. Спасибо за помощь, но дальше мы сами разберемся.

Послеполуденное солнце вливалось в одно из круглых окон дома Латимеров. Пылинки танцевали на свету, вдохновляя миссис Латимер на очередной раунд уборки.

— Я только вымыла здесь сегодня утром, — охала она, ни к кому конкретно не обращаясь. — И опять столько грязи. И этот котище, таскающий дохлых птиц, я прямо не знаю, что...

Фин поставил чашку на миниатюрный кофейный столик.

— Спасибо за кофе, миссис Латимер. Простите, что причинил вам столько неудобств.

— Неудобств? О, вы здесь ни при чем. Это полицейский, Гейлорд. Второй раз за день приходит сюда в грязных ботинках. Сейчас заперся с Леонардом в его кабинете, задает, я не знаю, какие-то ужасные вопросы только потому, что Фараоново создание мертво. Полагаю, они думают, что я...

Она смолкла, когда дверь с иллюминатором из матового стекла распахнулась, и вошли двое мужчин. Леонард Латимер, в выцветшем халате, прошаркал к крошечному диванчику и утопил в нем свое грузное тело. Старший инспектор Гейлорд сделал по комнате медленный круговорот, как патрульный, и в конечном итоге нашел пристанище у камина.

— Здравствуйте, Фин, — приветствовал сыщика Латимер, — прекрасно, что заглянули. Надеюсь, Вера не наговорила вам всяких глупостей.

— Глупостей? — быстро насторожился Гейлорд. — Каких, например.

Миссис Латимер снова заговорила сама с собой.

— Леонард продолжает твердить, что я ворчу, а я не ворчу. Я никогда не любила эту женщину и не буду любить. Бесполезно притворяться, как когда-то я делала ради нее. — Она повернулась к мужу и махнула тряпкой ему в лицо. — И не притворяйся, что у нее не было на тебя планов!

Гейлорд оторвался от камина.

— Вот здесь бы я хотел поподробнее, миссис Латимер. Допустим, я помогу отнести вам поднос на кухню, а вы тем временем все мне расскажете.

Когда они ушли, Латимер по привычке начал отчаянно приглаживать волосы.

— Я не знаю. Я просто не знаю. Нет, с этим пора кончать.

— Мистер Латимер, вы не возражаете, если я задам вам несколько вопросов? Я понимаю, что полиция только что допросила вас, но личный долг заставляет меня сделать это. Мисс Фараон была моим другом.

— Нам всем будет не хватать ее, поверьте. Бренда сейчас у себя, делает вид, что читает воскресные газеты. Но я знаю, что она плачет. —Латимер судорожно вздохнул. — О чем вы хотели спросить?

— Сначала о том, что здесь происходило вчера вечером. Кто когда пришел, когда ушел?

Латимер пояснил, что все гости, кроме Джервейса Хайда, собрались, когда не было еще и половины девятого и пробыли до одиннадцати. Он уверен, что за это время из дома никто не выходил.

— На самом деле даже не из дома — из этой комнаты. Вера, конечно, не один раз выбегала на кухню и возвращалась, но остальные не выходили из-за столов.

— Столов?

— Мы убрали мебель и поставили здесь пару карточных столов для триктрака. Было тесновато, но мы просто сдвинули два стола вместе и добавили стульев из кухни. Получилось довольно уютно.

— И никто не выходил из комнаты?

— Ну, если только в туалет на пару минут. Я хочу сказать, никто не выходил отсюда, чтобы мчать через весь город к дому Доротеи. Это невозможно, потому что в любом случае дорога займет двадцать минут туда и столько же обратно. Я могу поклясться, что никто не выходил из комнаты больше, чем на пять минут.

Фин сделал пометку.

— Но давайте предположим, ради интереса, что кто-то все же исчез на час. Как бы он смог выбраться отсюда?

— Верите, почти то же самое спросил у меня Гейлорд! Похоже, вы знаете свою работу, а? Ну, есть только два выхода. Парадная дверь, которая все время была у нас перед глазами, и задняя дверь на кухне. — Он кивнул в сторону арки, ведущей в столовую, через которую прошли миссис Латимер и Гейлорд. — Скажу вам больше: ни одна нога, кроме Вериной, не ступала в ту часть дома весь вечер. Она терпеть не может, понимаете, когда кто-то топчется на ее кухне.

— Тогда остается туалет. Можно мне взглянуть на него?

— Здесь прямо. — Латимер поднялся, вышел через дверь с иллюминатором и поплелся в конец коридора. — Уверяю вас, отсюда нет выхода, — сказал он, открывая дверь.

— Я вижу. — Фин вытащил лупу и подошел к окну в ванной. — Ага, закрашено намертво. А эта дверь куда?

— В мой кабинет, куда я сбегаю от бесконечной Вериной приборки. Он без окон, потому что раньше там была постирочная.

Фин указал на две двери в середине коридора, расположенные напротив друг друга.

— А за ними что? Спальни?

— Нет, спальни на другой стороне дома, за столовой. Увы, далеко от ванной настолько, насколько можно представить. Нет, они... Ну, это старая боковая дверь наружу, полагаю, задумывалась как выход к гаражу. Но гараж так и не построили.

— В самом деле? — Лупа снова включилась в игру.

— Не тратьте время, мы никогда ею не пользуемся. Вряд ли она вообще открывается.

Фин вздохнул.

— Я вижу, тоже закрашено. И скважина замка вся ржавая изнутри. — Он посмотрел вниз на небольшой откидной клапан внизу двери. — Не думаю, что кто-то, кроме вашего кота, мог вылезть через это.