Саша обхватил пальцами моё запястье.

— Я заказал твой любимый суп.

“Солянку?” — удивилась.

— Гаспачо.

“Не помню, чтобы я когда-то любила гаспачо” — нахмурилась, но перечить не стала.

Мы молчали. Я старалась как-то привыкнуть к ситуации.

Не выходило.

Вскинув голову, встретилась глазами с парнем.

“Какая идиотская улыбка” — проговорила молча, смотря на Сашу.

Внезапно в сознании появилось воспоминание. Оно так быстро ускользнуло от меня, что в следующую секунду я уже и не помнила, о чём хотела вспомнить.

Официант поставил передо мной суп.

Ярко-красная жижа очень контрастировала с белой тарелкой.

— Ешь, любимая.

Его слова заставили пальцы сжаться в кулак.

Появилась злость.

“С чего он вообще решил, что я буду есть этот ужас?”.

— Любимая… — снова сказал Саша, а мне уже хотелось вылить весь ужин на него.

“Какая я тебе любимая!” — сдерживала крик.

Парень тем временем встал, обошёл стол, и остановился около меня.

— Что ты делаешь? — не понимала, всё ещё пытаясь унять злость.

Саша сунул руку в карман, и вынул оттуда маленькую бордовую коробочку.

— Это…

Договорить не успела, Александр встал на одно колено, а после открыл крышку.

— Ты станешь моей женой, Марина?

Глаза его светились блаженным счастьем, для меня же весь мир словно потух.

“Стану ли я его женой, готова ли я любить этого мужчину до конца дней?”

Какое-то неуловимое воспоминание очередной раз проскочило мимо меня.

Звенящая тишина в ушах. Оглянулась. Все присутствующие гости будто потеряли интерес друг к другу и обернулись к нам. Сотни пар глаз смотрели в эти минуты на меня.

— Мариша, соглашайся. — послышался голос мамы. Она вдруг появилась за соседним столом, и одобрительно улыбалась.

— Дочка, он настоящее золото, будь его женой! — поддакнул рядом папа.

“Что происходит?”

— Марина, от такого не отказываются! — с противоположного бока заявила о себе Арина, сидящая вместе с Димой.

Она поглаживала за локоть своего молодого человека.

— Будешь такой же счастливой, как я. — девушка наклонилась к Дмитрию и страстно поцеловала в губы.

Теперь мне всё казалось настоящим сюром.

Почему они вмешиваются в мою жизнь? Какое им дело до неё?

“Почему я должна прислушиваться к их мнению?” — громче остальных прозвучал вопрос.

Навязывание чужих представлений вызвало во мне настоящий гнев. Я хотела кричать на всех.

“ДА КАК ВЫ СМЕЕТЕ ЛЕЗТЬ В МОЮ ЖИЗНЬ”.

— Она согласна! — вместо меня произнесла мама.

В мгновение вся тишина в зале разрушилась гулом аплодисментов. Люди вокруг радостно хлопали и улыбались мне. Кто-то свистел, кто-то поздравлял.

Саша поднялся с колен, и потянулся ко мне.

В этот момент весь мой гнев достиг пика.

— НЕТ! — орала я, — НЕТ, Я НЕ БУДУ ЕГО ЖЕНОЙ! Я НЕ ЛЮБЛЮ ЕГО!

Но никто меня не слышал, все радовались моему счастью. А попытки быть собой провалились в глубокую бездну.

— Нет-нет-нет-нет. — слабо повторяла.

***

— Она приходит в себя! — где-то вдалеке звучал чей-то голос.

Каждая частичка моего тела изнывала от боли, каждый вдох давался с трудом. Я не могла открыть глаза, но слышала непонятные шорохи рядом. Сплошной шум вокруг — ничего более. Не знаю, как удалось, но после очередного выдоха проснулись голосовые связки, издавая долгое и мучительное мычание.

Шум начал стихать. Я ощутила на коже чьи-то прикосновения.

“Когда трогают извне, это не так больно, если шевелюсь сама” — успела подумать, прежде чем вновь отключиться.

***

Вспышки картинок с улыбающимися людьми, предложение Александра, радость мамы — всё проносилось перед глазами, а потом резко исчезло.

— Мариночка, эй, я тут. — послышалось то, что прогнало все видения.

Медленно подняла веки. Взгляд постепенно фокусировался.

Белый потолок, прерывающийся звонкий сигнал, и запах…

“Больница” — закончила молча.

— Всё хорошо. — вновь заговорили рядом, — Ты здорово нас напугала.

— А-а-арина. — с запинкой прохрипела, узнавая девушку.

Подруга сидела около меня, и взволнованно держала мою руку.

— Ты крутилась во сне. — сообщила Арина.

Невыносимые рещины на сухих губах ощутила сразу.

— Можно воды. — чувствовала ужасную жажду.

— Да-да, секунду.

Девушка рьяно поднялась с места, наполнила стакан из небольшого графина неподалеку, и поднесла мне ко рту.

— Вот так, молодец.

Арина помогла мне приподнять голову, и сделать несколько глотков.

— Спасибо. — постепенно внутреннее состояние улучшалось.

— Знаешь, Марина, после таких событий я тебя больше ни в какие командировки не отпущу. Во всяком случае, одна ты ездить точно не будешь! — подруга постаралась прикрыть свое потрясение в глазах серьёзным тоном, но это вышло неубедительно.

— Как скажешь. — не стала перечить, приподнимая уголок губ. — Что произошло?

— Это ты мне расскажи. — нахмурилась девушка, — Мне позвонили из больницы, сказали, у тебя сильная интоксикация, я же бросила все дела и сразу поехала сюда. Даже Диме ничего не успела сказать.

Повернула голову набок.

— Как долго я здесь?

— Четвертый день. Ты только вчера начала приходить в себя. Что-то кричала, дергалась… Я почти все время сидела у входа в палату.

— О, боже. — прикрыла веки, и почти шепотом. — Родители.

— Прости. — качнула головой Арина, — Я не могла им ничего не сказать.

“Боюсь представить, какое у них потрясение”.

— Но, — мгновенно успокоила меня начальница, — я их уверила, что лично за тобой присмотрю, и привезу домой.

— Уже неплохо. — выдохнула.

— Как только будем дома, всё равно навести их. Я им не рассказала подробно о ситуации, лишь то, что ты немного…перепила.

— Перепила? — не поняла.

— Врачи сказали, у тебя алкогольная интоксикация.

— Что? — сил вскрикнуть не оказалось, и получился жалкий писк.

— Что? — вопросом на вопрос ответила Арина.

— Это ведь… — нахмурилась, стараясь вспомнить последнее. — Это ведь не правда!

От возмущения оторвала голову и плечи от подушки.

— Так, подруга, без лишних движений! — собеседница среагировала быстро, осторожно опуская меня обратно. — Врачи сказали, тебе повезло, так как вовремя оказали помощь. Да и восстановиться ты должна скоро, но лучше придержать сейчас свой пыл и отдыхать.

— Кто меня нашел, и почему позвонили вообще тебе? — не отступала.

Девушка долго смотрела на меня, а потом в жесте “сдаюсь” подняла руки.

— Тут говори спасибо Вячеславу Карпинскому. Это он заметил тебя и вызвал скорую. — не задумываясь проговорила подруга. — А почему решили набрать меня? Наверное, потому что я твоя начальница, и мой номер был у мужчины.

Задумалась, отводя взгляд.

Я не была маленькой несовершеннолетней девочкой, за которой ответственны родители, поэтому действия Карпинского вполне объяснимы. Я, так или иначе, представляла здесь интересы агентства, в котором работала, а Арина, как начальница, отвечала за своих сотрудников.

— Слушай, всякое бывает. Мне только жаль, что ты не решила мне рассказать о своих проблемах до того, как очутилась здесь.

Хоть она искренне переживала за меня, я не чувствовала себя виноватой.

— Арина, поверь мне. — я вспоминала тот день, — Я выпила ровно столько, сколько мне обычно требуется для опьянения. Мы с тобой вдвоем пьем больше.

— Может, ты в этот раз просчиталась?

— Нет! — злилась, мне не верили, — Одна бутылка вина, Арин. И ты меня знаешь, я в целом пью не часто, а значит могу себя остановить.

Видела, аргументов у девушки не находилось.

Дверь палаты резко открылась, на пороге появилась врач, женщина средних лет. Она деловито изучила обстановку.

— Почему не сообщили, что она очнулась? — грозно спросила у Арины.

Не дожидаясь ответа, врач кого-то позвала из коридора, и двинулась ко мне. Следом забежала молоденькая девушка с какими-то листами в руках.