Дарханы бросились на арену, словно по команде, но прежде к тэгину успел Нарцил. Он уже готовился атаковать со спины, когда увидел, как эшкебетец сразил Уго. В отчаянном рывке Нарцил устремился вперед, направляя меч между лопаток противника. Но эта сука, эта бледная доардийская сука успела его предупредить! Иноземец вовремя ушел в сторону, а Нарцил столкнулся с Уго – они сплелись в объятьях и рухнули на землю. Оба мелко дрожали: впервые смерть была так близко, впервые она казалась такой нелепой. Вот-вот их скрепит удар клинка – какая ирония! Но в этот раз обошлось. Нарцил чуть не расплакался, когда подоспела помощь: со всех сторон их окружили дарханы. Один молодой кетмен в гневе бросился на жреца, но тут же упал, точный укол сразил его в шею. Остальные воины не решились испытать свое мастерство. Нарцил с трудом поднялся и осторожно выглянул из-за их спин.
– Ну где ты там, Мужеложец! – Этот окрик ошеломил Нарцила, давно он не слышал свое ардийское прозвище. – Давай уже один на один! Или пошлешь очередного смертника? Эшкебет! Эшкебе-ет!
Уго лежал на спине и испуганно ощупывал грудь, в его глазах читалась полная растерянность. Тэгин не мог даже приказывать, чем озадачил своих дарханов. Нарцил и сам ощущал животный страх. Он стоял на арене, в окружении верных бойцов, но палаши в их руках не придавали привычной уверенности. В этот момент идея с прогулкой в порт показалась ему скверной. Нарцилу совсем не хотелось здесь умирать!
– Дарханы! – вскричал он срывающимся голосом. – Защищайте своего господина! Убейте негодяя! Я приказываю…
Закончить он не успел. Ненавистный эшкебетец бросился прямо на них и с отчаянной доблестью врубился в кольцо кетменов. Серые воины невольно отпрянули. Их противник воспользовался брешью, прорвался к цели и уколол. Узкий клинок мягко вошел в живот Нарцила – он заорал от боли и вновь повалился на Уго. Эшкебетца уже не было рядом – теперь он кружил по арене, как хищник, загоняющий добычу. «Я умираю!» – паническая мысль заполнила сознание Нарцила целиком, лишила его воли.
– Этот иноземец сумасшедший! – выкрикнул кто-то из дарханов. – Идем на него толпой!
– Может, лучше из арбалетов? – опасливо предложил другой.
– Он один, идиот! – огрызнулся третий. – Еще катапульту выкати!
– Что с тэгином? – поинтересовался кто-то более здравомыслящий.
– В-взять их! – вяло приказал Уго, однако дарханы замерли в нерешительности. Рядом корчился Нарцил, он пытался зажать рану окровавленными ладонями.
– Любимый! – со слезами простонал тэгин. – Ответь мне!
– Нужно доставить его во дворец, – предложил один из дарханов. – Рана очень опасная. Если кровь не остановить, ему конец, мой тэгин.
– Нарци-ил! – отчаянно завыл Уго, подхватывая друга на руки. Дарханы поглядывали на них с откровенным презрением. Воины не торопились выполнять приказ господина, к тому же сам иноземец больше не нападал. Кетмены мрачно косились на павшего соратника, который лежал в трех шагах от их круга.
Рядом царило совсем другое настроение. Толпа зевак наблюдала за происходящим с невероятным воодушевлением. Их собралось уже с пару сотен. Особенно ловкие и любопытные облепили крыши портовых складов. Каждое действие иноземного фехтовальщика чернь встречала взрывом восторга. Еще никто на их памяти не обходился с хозяевами Мифро столь дерзко! Ардийский жрец превратился в легендарного героя, бесстрашного и неуязвимого. Дарханы, которых в порту было меньше десятка, прекрасно понимали чувства зрителей. Они были преданными, отважными, но не безумными – идти против разгоряченной толпы не решился никто.
– У тэгина истерика, – сухо отметил зрелый боец из свиты Уго. – Сейчас он не способен принимать решения. Мастер Нарцил при смерти. Нам придется избрать нового вожака.
– Веди нас, Татро, – церемониально преклонил голову тощий дархан, остальные последовали его примеру.
– Забираем раненых и возвращаемся во дворец, – без лишних вступлений приказал Татро. Шум вокруг нарастал, и опытный воин предчувствовал недобрую развязку.
– А что делать с ним? И с ней? – Его соратник мотнул головой в сторону иноземцев.
Татро посмотрел на безумного фехтовальщика, который неспешно мерил шагами арену. Ардиец казался абсолютно невозмутимым, он торжественно салютовал зрителям взмахами меча. Дархан перевел взгляд на девушку – та оживленно переговаривалась с соседом-громилой. И что же с ними делать? Расправиться с иноземцами не позволит толпа. Поговорить с ними не получится, невежды не знают кетменского. Оставить их здесь – значит лишиться головы.
– Скорее во дворец, он умирает! – прорыдал тэгин откуда-то из-за спины.
На лбу Татро выступил пот.
– Благородные господа! – Грубый голос вырвал вожака из раздумья. К нему спешил тот самый здоровяк, который только что общался с иноземкой. – Могу я поговорить с вашим лидером от имени госпожи Вираны?
– Сейчас я вожак, – быстро ответил Татро, впиваясь в незнакомца взглядом. – Говори! Вирана – это та иноземка, из-за которой все началось?
– Уверяю, это случилось не по ее вине, господин. – Рунар примиряюще поднял руки. – Госпожа Вирана сразу же согласилась предстать перед ханом Ярго, она не хотела этого поединка!
– Я знаю. На то была воля тэгина. Ну и что?
– Чтобы избежать большей крови, ардийцы согласны сложить оружие и пойти с вами добровольно. Пусть их судьбу решит сам хан! Госпожа не сомневается в его справедливости!
Татро задумался. Похоже, иноземка смогла разрешить ситуацию лучше него.
– Передай, что я согласен, – оглядываясь по сторонам, отчеканил дархан. – Ее брат должен немедленно отдать мне клинки, уповая на милость хана!
Рунар почтительно поклонился и тут же направился к иноземке.
– Нарцил! Очнись! – выл тэгин.
– Возвращаемся во дворец, – процедил Татро и сплюнул в осевшую пыль арены. – Соберите носилки для мастера Нарцила. Вы, двое, повезете иноземцев.
– Мы действительно заберем их во дворец? – изумленно уставился на него один из дарханов.
– Да, – неохотно подтвердил Татро. – Пусть хан сам разбирается с обидчиками тэгина. Эта прогулка и без того дорого нам обошлась.
9
– Тебя когда-нибудь заключали в темницу, Вирана?
Алтан сидел на грубом топчане, пытаясь разглядеть спутницу в полумраке.
– Да, – чуть помедлив, ответила жрица. – Правда камера моя была просторнее, и заправлял в ней архонт.
– О, так ты даже шутить умеешь, – рассмеялся Черный. – Никогда бы не подумал!
– Это не шутка.
Они помолчали.
– Будь ты проклят, Алтан! – не выдержала наконец Вирана. – Ты понимаешь, что натворил? Теперь мы наверняка обречены! Там, на площади, ты ранил наследника хана! За такое даже смертью не отделаешься!
– Я знаю, что неприятен тебе, моя прелесть, – неспешно ответил Алтан. – И все-таки попрошу присесть ближе. Обещаю держать себя в руках! Хотя, возможно, это наш последний шанс получить удовольствие.
– Мне не до шуток, Черный.
– Мне тоже. Как думаешь, почему нас заперли вместе?
Вирана поняла его намек и молча перебралась на топчан жреца. Алтан приобнял ее за плечи, но большего себе не позволил. Он чувствовал, что спутница подавлена произошедшим. На этот раз даже мудрая Вирана не находила выхода из смертельной ловушки.
– Я не сумасшедший! – прошептал Алтан ей на ухо. – Но как только эти всадники выехали на площадь, наша судьба была предрешена. Ты догадываешься, кто сидел по правую руку от тэгина?
– Нет. Но я поняла, что ты его узнал, – тихо сказала Вирана. – Проклятье, Черный, у тебя в каждом городе есть знакомый отступник?
– Получается, так, – согласился Алтан. – Вот только этот отступник не похож на Алера. Тебе бы не удалось его соблазнить.
– Неужели?
– Конечно, ведь это Нарцил Мужеложец.
– Правильно ли я поняла…
– Уверен, что правильно, – усмехнулся Черный. – В постели Нарцил предпочитает мальчиков. Хотя и с девочками у него было, но это не точно.