— Ну-ну, юнга, — повернулся к нему, — капитанские патенты во флот не продаются, но мы построим свой броненосец.
Оказывается, о фан клубе и поддержке для футбольной команды школы руководство уже думало. Хотели построить душевую и раздевалку, до сих пор школьники натягивали бутсы в тренерской Олсена. Обливались водой после тренировок прямо на поле. Понятно почему команда такая одичалая.
— Но для всего этого нужны результаты, Эйв. — втолковывала мне Диана пятью минутами ранее. — Нашу школу построили шесть лет назад. Самой команде всего четыре года, вроде прошли сейчас в полуфинал от Западной Британии, но ты бы видел прошлую игру. Защитник «Блек Вингс» сожрал перед матчем трехдневный донер, его весь матч тошнило у своей штанги. Один из их игроков подвернул ногу, ему обмотали конечность, и он еле ковылял по полю. При этом «Крылья» выигрывали весь матч и сломались физически под конец.
Футбол жестокая игра. Футбол заманчивая игра. Наш Березуцкий без длинноприводящей мышцы три года за ЦСКА тащил.
— «Блек Вингс» обычная команда сельской школы из глубинки. Все считают в будущей игре с беллингемскими орлами у бромптонских лесников нет шансов. — продолжала ликбез Диана. — Я тоже так думала, хотя глядя на твои геройства определенный оптимизм появляется. Если ты так же хорош в игре с мячом как в драках…
Она не закончила предложение, но суть я в нашем разговоре уяснил. Пробегу в пятерке лучших на «Вызове», Оливер получит свой пост помощника тренера. Выиграем с Беллингемом — у команды раздевалка с душем появится. Без результатов в команду никто и пенни не вложит.
— Если только я могу чем-то помочь тебе, Эйв! — горячо, с надеждой, срываясь на фальцет, прошептал мне Оливер.
— Безусловно. — подтвердил я. — После уроков идем на поле. Посмотришь на команду, подскажешь что-нибудь.
Так и поступили после последнего урока с родным языком. В отличие от Беллингема в Бромптоне нет латыни и ораторского искусства. Учебной нагрузки меньше, большинство школяров сразу на подработку отправляются.
Ничто не омрачило мою школьную жизнь — даже неудачливый дантист из столовой, подходил ко мне извиняться за поведение. Не знаю кто его надоумил: побаливающая печень или россказни очевидцев моей драки с пушерами. Милостиво отпустив ему грехи, я поймал себя на мысли, что начинаю обживаться в школе. Не такая она и страшная. Да, грязь убирать не везде успевают, кабинеты убогие, учителя так себе, школьники злыдни нагловатые, но пока мой рюкзак не заливают фекалиями, не подливают клея на сидение парты, не лепят бумажку с надписью «предатель» и не плюют на спину — жить-поживать, друзей наживать вполне возможно.
Золотой сертификат выпускника, в котором все оценки «Ашки», надо получить по-любому.
— Салют, парни! — залихватски кинул два пальца к вискам, изображая приветствие куче суровых пацанов у поля.
Длиннорукий вратарь скривился, патлатый парниша вяло поздоровался, Пол Торрес радостно оскалился, посылавший меня пацан, рыжеволосый с веснушками, натянуто сказал «привет», еще один из предыдущей компашки у сарая, худощавый с черными вьющимися волосами, испуганно задергался, встретив мой добрый взгляд.
Уж не он ли меня сдал с кортиком?
Остальные человек двенадцать кто вяло, кто настороженно, кто с любопытством, ответили на мое приветствие.
— Мяч по-прежнему круглый? Королева в добром здравии? С «Крылышками» не будет переигровки? — обратил внимание на их настрой. — Че такие хмурые, братва, после треньки угощаю всех настоящими сардинками в «Пиццартисте»!
Это их подбодрило. Не размахиваю цепной бензопилой, не бью сразу по роже ногами, собираюсь угостить команду итальянской пиццой — да мне цены нет. Однако всегда найдутся люди, которые испортят вечеринку.
— Я капитан лесников Дарси Дэвис. Говорят, ты на пацанов в курилке наехал. — выступил вперед хмурый крепыш. — Ножом угрожал. Поясни за беспредел.
— Пацаны не разобрались. — пожал плечами. — Я просто показал боевой кортик своего деда моему другу.
Я вытолкнул вперед Оливера. Он застыл, загипнотизированный взглядами спортивной «богемы».
— Деду его вручили за «мясорубку при Таити». Там еще слоган от мастера Улкинсона «Твой кровавый акцент». — забалтывал дружелюбно команду. — Раритетное оружие. Сами вы в курсах, что у меня терки с пушерами, ношу на всякий случай. Пол-банды с собой кортик заберет если что. Да я и вам его покажу попозже, сами зацените. В команду к вам я пришел с одной целью: взять национальный Кубок. Хотите гешефта от титула, давайте работать вместе. Иначе «Орлы» вас раскатают через неделю, ровным слоем под тесто, на те самые знаменитые сардинки, которыми мы полакомимся через пару часов.
Итальянская кафешка, вместе с их фирменной пиццой «Сардинией» за Бромптон-сквером, считалась здесь модным и уважаемым местом. Сам я к пицце не относился с пиететом, но ради тим-билдинга, готов был пострадать желудком.
— Игра покажет. — появился внезапно тренер Эгиль Олсен. — Форму с бутсами не забыл?
Он заметил Оливера и вперил в него грозный взгляд.
— Ты что здесь забыл, мальчик?
— Это Оливер Ховард, мой тренер-диетолог-консультант, сэр. — поспешил вмешаться я. — Мы знакомы еще с финала прошлогоднего Кубка. Именно он привел меня в надлежащую форму, научил раздельному питанию и ввел дополнительную индивидуальную физическую подготовку. Кроме того, Оливер бесценная энциклопедия по истории и тактике футбола: он помнит все уловки команд, передачи и забитые мячи. Ну-ка, скажи Оливер, кто взял Кубок Англии двадцать лет назад?
— Оксфорд Юниверсити. — пробормотал он. — Они выиграли у королевских инженеров два: ноль. Игра прошла на «Кеннигтон Овал», это крикетный стадион. Вся команда Оксфорда записалась в крикетный клуб перед матчем и две недели изучала поле. В их составе был даже студент-богослов для поднятия морального духа. Проиграв прошлый финал Кубка, Оксфорд горел жаждой мести, начав матч с яростных атак. Ошеломленный противник отбивался, но студенты использовали первый же стандарт при угловом, их защитник Макартнесс легко перепрыгнул всех в штрафной. Через десять минут оксфордцы разыграли стеночку, и нападающий Паттон удвоил счет. Оборона «ОЮ» была непобедима с вратарем Чарльзом Нипэном. Они даже закатили третий мяч, но капитан Паттон решил, что правила были нарушены и благородно отказался от гола.
Слегка шокированные видом говорящего ботаника, который к концу своей речи позабыл о робости, со сверкающими глазами выкладывая детали старого матча, команда внимала ему с должным почтением.
— Оливер хранит мою фляжку с водой и лаймом. — напористо сказал я. — Всякое бывает тренер. Вот так бутыль воды без присмотра оставить, а что если злопыхатели на матче снотворного подмешают? Кубок не только футболисты, многие болельщики хотят. Среди них неадекватных личностей полно.
— Хорошо. — согласился Олсен. — Только пусть сидит на скамейке со зрителями. Сам-то готов показать скиллочек?
— Усегда готов! — исполнительно рявкнул я.
К огромному сожалению, коварство Олсена мной было недооценено.
В наказательно-показательных целях. За бонапартизм и беспринципность, манкирование своим учебным статусом обыкновенного школяра, вольнодумство и вопиющую наглость обладания личным диетологом, я был поставлен в защиту.
Глава 24
— Охрененный пас дружище ты выдал! — орал Дарси Дэвис, давясь тестом с оливками и ветчиной. — Не думал когда-нибудь такой увидеть от заща!
Вторя его восторженному славословию, раздался гром. Нет, не небесный, хотя я бы не отказался. Понедельник пасхальной недели в Великобритании: всякие сорванцы кидали петарды в честь боженьки или меняли петарду на пару пенни. Эта традиция восходит к средневековому фестивалю Хоктайд, когда по преданиям, в один день мужики связали всех женщин и развязывали в обмен на поцелуй.
Защитник из меня получился так себе. Нет, игру я читал неплохо, отборов набрал больше всех, выдал голевую, но на всех стандартах второй этаж продувал с треском. Рост и прыгучесть меня подводили, тем более на угловые даже вражеский вратарь приходил. Я такое только по телику раньше видел. Играли лесники в прогрессивную, по их мыслям, схему 2−2–6. Мне на такое тяжело смотреть, даже 3−2–5 от Чапмена в беллингемских орлах подразумевали, что двойка из пяти номинальных форвардов больше под атакующих полузащитников работали, превращаясь во вполне годную WM-схему.