Петра пригласили во двор старосты, где мужики носили столы, устраивая застолье. Последовал вместе с друзьями. Женщины суетились, накрывали на стол, приносили еду, кто чем богат, соленья, запеченная картошка, маринады, горячие пироги. За общим столом собрались помимо Петра, нас, его свиты, двух дядек и старосты деревни, еще мужики с села, дабы обсудить новости. Женщин не привечали за стол. Тем паче было мое удивление, когда староста позвал присоединиться мою мать. Она попыталась отнекиваться, но мужики с села настояли, а это говорило, что ее уважают за силу. Для начала перезнакомились. Петр представил нас и своих дядей, потом староста перечислил мужиков по именам, и кто в чем мастер своего дела.
Мать звали Елизаветой Яковлевной, ее мужа, сидевшего рядом, Александром Ивановичем Строгановым. Удивило, что остальных мужиков кликали лишь по имени, а мать с мужем по имени отчеству, что говорило о дворянском сословии. Я старался откровенно не пялиться на матушку, но часто встречал ее заинтересованные взгляды на себе.
Петр, после царского приветствия, поинтересовался наличием проблем у села, с целью помочь. Староста Антип хмыкнул в бороду и улыбнулся.
— Государь, Петр Алексеевич, очень признателен за вашу поддержку. Вот только у села проблем нет, благодаря Елизавете Яковлевне. Она справляется и с хворями, и с напастями, а с разбойниками лихо разбирается Александр Иванович.
— Вам повезло иметь таких односельчан, которые разводят беды руками. Чем же они таким обладают, ежели не секрет? — продолжил Петька, хотя знал про способности матушки.
— Елизавета у нас толковая ведьма с целительскими способностями. А Александр Яковлевич, тут Антип смутился немного, он это с мертвыми может управляться, некромант местный. Мы все с удивление уставились на худощавого мужчину, с благородными чертами лица, но тяжелым пронзительным взглядом. Мелкий вихрастый мальчишка, крутящийся рядом с родителями, был во многом на него похож. Только глаза у него были зеленые, как у матери, да и взгляд мягкий, но любопытный. Ему не терпелось познакомиться с нами, подростками, но сам подойти не решался. Когда пиршество продолжилось, солод потек по бородам мужиков, наперебой рассказывающих о своей крестьянской жизни, подмигнул сорванцу, подозвав его поближе. Он смекнул, примостившись между мной и Есенией.
— А почему вы с царем ездите по деревням? Вы его друзья? Или вы ему служите? — выдал мелкий все накопившиеся вопросы разом.
— Друзья мы с Петром Алексеевичем, а по деревням поехали за компанию, дабы посмотреть, как и чем народ живет, помочь ежели сможем, — сразу ответил на все вопросы, но на этом мелкий не остановился на этом.
— Как вас зовут? Меня мамка Захаром назвала, я тоже, как отец некромант, — он с гордостью представился. — Уже умею мелких грызунов поднимать, но они долго не существуют, пару дней и все, разваливаются на части, да и слушаются плохо, — поведал о своем горе паренек с серьезным видом.
— Ничего, подрастешь немного, силы появятся, будут ходить строем, как миленькие, — подбодрил Захара, уже в малом возрасте пробудившего способности. Маг из него получится сильный, по-другому и быть не может с такими родителями.
— Гриш, а почему ты так похож на мою мамку, такой же рыжий? — неожиданно задал малец вопрос, — ты, наверное, тоже ведьма?
Я аж поперхнулся компотом, который специально для нас сварили.
— Да, я ведьмак, так же, как и твоя мать, но рыжий цвет… — хотел сказать про совпадение, но это не так, поэтому промолчал, не зная, что ответить.
— Гриш, а пошли я тебе своих умертвий покажу, а то они скоро испортятся, — позвал он меня в гости. Я согласился, любопытно взглянуть на дом, где живет матушка, да и на дохлых грызунов можно посмотреть. Скоро все мыши и крысы будут обходить дом Захара стороной. Сеньке с Иваном было некомфортно среди мужиков, они увязались за нами.
Дом был добротным, сложен из свежих брусьев и весьма просторным, с несколькими комнатами и двумя печками. Я бы мог жить в таком доме, если судьба сложилась иначе, но как получилось. Захар провел нас в свою комнату, где в большой клетке лежали четыре дохлых мыши.
— Сейчас я подниму их, подождите чуток. Когда ухожу, то теряю контроль над умертвиями, — принялся водить пассы руками юный некромант. После пяти минут потуг мыши начали дергать лапками, потом поднялись, смотря на нас мутными глазами. Еще через пару минут стали ходить по кругу, потом начали умываться, потом драться между собой. У Захара по виску побежала капелька пота. Ему сложно было контролировать сразу четырех мышей, но он нас действительно впечатлил. В его возрасте это уже серьезное достижение.
— Все, больше не могу, устал, пусть немного полежат, — выдохнул братишка, вытерев пот со лба. — Скоро научусь получше управлять, и в деревне вообще не останется грызунов. А вы к нам надолго приехали в село? Может останетесь у нас, дом ведь большой? Я бы играл с вами.
— С удовольствием, если твои родители будут не против, — ответил Сенька. Так-то у нас у всех была цель поближе познакомиться с рыжей ведьмой, поэтому и пошли в гости к малому.
Захар не успел выбежать из дому, как вернулась хозяйка, проходя в горницу.
— Мам, а мам, можно эти гости поживут у нас? Они обещались поиграть со мной, а то меня другие дети в селе боятся, особенно дохлых мышей. А им понравилось, — затараторил мальчишка с мольбой упрашивая матушку.
— Хорошо, пусть поживут у нас, приготовь им комнату, — Елизавета прошла в горницу, приглашая присесть к столу. — Чувствую, что не так просто вы приехали в нашу деревню, чем я могу вам помочь?
Все втроем тяжело вздохнули, опустив головы, сильно смутившись. Повисла тяжелая пауза. У каждого из нас была своя тайна, которую не просто озвучить, поэтому решил начать первым.
— Вы правы, мы явились за помощью. После того, как моя бабка Авдотья умерла, у меня пробудился дар ведьмака, но знаний катастрофически не хватает, — поднял взгляд на мать, не зная сейчас признаваться или потом. Решил, что еще не время.
— Это Иван, он оборотень, превращается в большого хищного кота во время полнолуния. Ему бы защиту какую поставить или проклятие снять, а то он во время полной луны в деревне скот почти весь перерезал, — раскрыл первую тайну.
— Это Есения, она девушка, но ей приходиться выдавать себя за парня, иначе мужики проходу не дают. У нее дар, возбуждающий мужчин, и она с ним намучалась, — по-простому изложить суть второй проблемы.
— Ну, а я не только ведьмак, но и еще ведун, немного целитель. Вижу домовых, водяных, духов разных, так как при рождении умер, а потом воскрес. Целительству бабка Авдотья немного научила. Дар ведьмака достался от матери, которой не знаю. Говорят, ведьмой сильной была, при помощи проклятия вернула меня к жизни, но пропала, так и не увидев сына, — вот сейчас было страшно снова посмотреть в глаза матери, она ведь могла забыть и не признать меня.
— И из какой ты деревни? И как звали твою мать? — задала она вопрос.
— Из Воробьевки, что в четырех днях пути от сюда. А как звать мать я не знаю, она не жила в нашей деревне, а просто ночью набрела на дом целительницы. Бабка Авдотья помогла ей родить, а потом мать ушла, так и не узнав обо мне, что выжил, — по сути мать должна сопоставить факты и догадаться.
— И что за проклятье она произнесла, что вернуло ребенка снова в тело? — каким-то хриплым голосом спросила ведьма.
— Прокляла род Юсуповых. Чтобы им не суждено было ни размножиться, ни прекратиться, пока кто-то добровольно не пожертвует жизнью, — бабка ни один раз сетовала на это проклятье, говоря, что девчонка по глупости свою кровиночку лишила большого потомства.
— Вот хотел спросить, можно ли снять это проклятье? — когда снова поднял глаза на мать, то по ее щекам бежали слезы. Догадался, что вспомнила и признала меня.
— Прости меня сынок, я не знала, что так получится, — она встала из-за стола и пошла за рукомойником, дабы вытереть слезы.
— Мам, а почему ты плачешь? Что-то случилось? — вернулся Захар, видя, как мать утирает слезы.