Арену огласил гонг и снова вышел ведущий с улыбкой от уха до уха.
– Я победил, – равнодушно заметил Юра.
– Да. Бой оказался не так и плох, но в следующий раз поставлю больше… Как думаешь безымянного обозвать?
Осмотрев внимательно лицо собеседника, Юрий пожал плечами.
⠁⠙⠀⠊⠝⠋⠊⠝⠊⠞⠥⠍
Идя по парку, оглядываясь по сторонам, наблюдаешь как слева и справа протекает сплошной поток зелени. Дорога под ногами сделана из каменной плитки, над головой облака и голубое небо, вокруг толпа людей.
Боковым зрением заметил, что сбоку неожиданно пропала растительность. Глянул туда заинтересованно, и заметил небольшую скалу. К ней идёт длинная каменная дорожка, рядом стоят люди, в ней под каменными навесами спрятаны магазинчики. По склону карабкаются обвешанные страховкой посетители.
И даже посреди всего этого особенно выделяется огромная трехметровая преграда, ведущая внутрь скалы, а также красная надпись над ней “Пещера…”
⠁⠙⠀⠊⠝⠋⠊⠝⠊⠞⠥⠍
Сзади раздался оглушительный грохот и звон металла. Пришлось зажать уши и даже зажмуриться. Эхо разнеслось по помещению, но когда уши покинул надоедливый ультразвук, оглянулсяся назад. Огромная металлическая дверь, что открывается вверх, просто-напросто грохнулась на такой же металлический пол.
“Ну вот зачем оглушать-то было?”
Осмотревшись, приметил, что находишься в пещере. Пещере с полом из белой глянцевой плитки, хорошо освещённой, длинной, с дверью сбоку метрах в десяти. Успокоившись, дыша свободно и размеренно, почти не чувствуя запахов, проследовал к двери. Из-за чистейшей тишины шаги, казалось бы невесомые, разносятся на всю округу.
“Стерильно здесь как-то”.
Толкнув дверь вбок, позволил ей скрыться в стене.
Напротив небольшая светлая комнатка. Шкафчики, стул, столик, выключенный компьютер и фотография рядом.
Мать и дочь. Такое сложилось впечатление. Первая в светлом лёгком платьице, вторая, ещё совсем ребёнок, в красно-белом сарафанчике в клеточку. Обе кудрявые и счастливые. Одна обнимает другую, на фоне поле.
Под столом обнаружился чёрный коробок компьютера. Нажал на кнопку включения – ноль реакции.
Оглядел шкафчики. Открыл один. Гниль, что когда-то была едой, заставила поморщиться и с хлопком тут же закрыть.
“Ну и запах!”
В следующем обнаружилась пластиковая рука манекена. Оглядев её внимательно, положил обратно. Снова осмотрел комнатку, ничего больше не нашёл и вышел.
Посмотрев по сторонам, увидел лишь один вариант движения. Дальше по коридору. Он недлинный, всего метров двадцать, от нынешнего же расположения не больше десяти. Потом его резко обрывает стена, а в стене дверь. Белая.
“Так и манит!” – подумал с усмешкой, подходя к ней.
Её так же отодвигаешь в сторону и она закатывается в стену.
Перед тобой большой зал. Над головой диоды и сталактиты. Под ногами та же плитка, вокруг столы, стулья, двери. В левой его части погром.
Здесь валяются отдельно ножки стульев, столов, столешницы разорваны надвое, на полу есть засохшая кровь, а также оторванные конечности манекенов. Немного пахнет ржавчиной, но слабо. В воздухе чувствуется всё та же стерильность.
“И что тут произошло? Где мне предлагается искать источник…”
Вдруг в спину подул ветер. Обернулся, но там всё так же – столы, стулья... Пожав плечами, возвращаешь взор на разгром, но тут как будто ничего и не было. Запах металла пропал, конечности манекенов тоже. Кровь исчезла, столы выросли заново, заняв свои места, тоже самое и стулья. Никаких следов.
“Охренеть! А каким образом?!”
Снова оглянулся назад, но там всё обыденно.
“Удивительно!”
Спереди дверь. Отварив её, увидел кладовку с различным уборочным инвентарём. Хотел уже развернуться, но тут створка шкафа у стены, что незаметно притаился, со скрипом приоткрылась. Оттуда выглянула та самая девочка с картинки в том самом клетчатом сарафанчике.
– Здр-равст-твуйте! – проблеяла она. – А вы мне поможете? Мн-не надо найти маму. Она пропала.
“Где-то я это уже видел… Неужели это она причина всего этого? Или нет… И всё-таки она точно должна мне что-нибудь рассказать…“
Улыбнулся своим мыслям.
– Конечно, девочка! Я постараюсь тебе помочь. Как тебя зовут?
– Я Луиза, – ответила она, понурив взгляд.
– Не бойся, мы со всем этим разберёмся и всё будет хорошо! Идём со мной!
Покинув кладовку, она огляделась.
– Луиза, а что это за место?
– А вы не знаете? – удивлённо спросила она. – Бункер. Мы с папой и мамой тут прячемся. Снаружи не безопасно. Зато тут все хорошие!
– А только с папой и мамой? Может тут был ещё кто-то?
– Тут много кто живёт, но я ещё не успела ни с кем подружиться, – снова смутилась она. – Дяденька, а вы будете моим другом? – посмотрела она с надеждой.
Мило улыбнувшись, отвечаешь:
– А почему бы и нет? Давай попробуем! Луиза, подскажи пожалуйста, а где все люди? И где может быть твоя мама? Или, может, где ты её последний раз видела?
Та в ответ улыбнулась от уха до уха и, не снимая улыбки, ответила:
– Мама была у реактора!
– Отлично! – улыбаешься и ты. – Отведёшь меня туда?
– Конечно! Пошли, дяденька!
И побежала, сверкая голыми пятками, в сторону ещё одной двери. За ней показался длинный коридор заканчивающийся новой дверью. У неё Луиза остановилась.
– Дяденька, папа мне говорил, что мне не стоит туда заходить. Поэтому вы проверите там всё без меня, ладушки? – уточнила она грустно.
В ответ на это просто толкнул створку в сторону и шагнул внутрь.
“Что-то мне подсказывает, что это совсем не реактор…” – тут же проскользнула мысль в голове.
Перед собой увидел подобие Солнца, но ростом чуть выше тебя. Оно находится на расстоянии немного больше вытянутой руки. Комната круглая опоясывает его дорогой метра в два шириной. Несмотря на близость, жар не кажется страшным. Да и яркость его словно бы приглушена тонированным стеклом. Но ты чётко видишь – между вами ничего нет.
“Что за фокусы?”
Вдруг дверь за спиной захлопнулась. Обернувшись, видишь как почти впритык к тебе стоит Луиза и смотрит, задрав голову, снизу вверх.
– Дяденька, вам не жарко? – с участием поинтересовалась она.
– Ты ж говорила, что тебе сюда нельзя…
– Ну, я почти не соврала. Ей и вправду сюда нельзя, но я просто уже чуть-чуть не она… – виновато начала она, буря ножкой плитку.
Всё ту же глянцевую белую плитку.
– Просто понимаете, я ж уже взрослая, мне должно было быть уже можно…
– Луиза, а сколько тебе лет? – осторожно интересуешься.
– Ну… – её голос словно начал трескаться. – Это секрет.
Её волосы по прядям осыпаются на пол.
Успел отойти в сторону. Сейчас она движется следом. Постепенно с девочки сползает кожа, оплавляясь и путаясь в ногах, но та её перешагивает. Переведя взгляд с её всё ещё человеческих ног на лицо, видишь лишь белоснежный лик пластикового манекена. Откуда-то из стен раздался смех. Ноги подкосились.
“Неплохо!”
Продолжаешь отступать назад. Манекен, уже полностью голый, переступив через остатки кожи и уже истлевшую ткань, следует по пятам. Постепенно разгоняется. Обежав комнату по кругу, хватаешься за дверь и толкаешь ту всем телом.
Бесполезно. Её что-то ограничивает.
“Что делать?!”
Нечто касается плеча и дёргает в сторону миниатюрного солнца. Получается удержаться за дверь. Сам разворачиваешься. Хватаешь манекен за грудки, толкаешь к звезде. Он хватается за одежду и тянет следом.
“Ну ты тва-а-арь!”
Стоило только манекену коснуться солнца спиной, как свет пропал, жар померк, а руки, тянущие одежду, как будто испарились.
“И всё-таки оно вовсе не горячее…”
Делаешь шаг назад, неуверенно, второй, третий, упираешься в стену или… Дверь. Попытавшись нащупать борозду, преуспеваешь, цепляешься и снова толкаешь. Выходит. Она со скрипом въезжает в стену.
Свет бьёт по глазам.
Коридор преобразился. Повсюду кровь, в воздухе витает запах сладкого и гнилого. Часть диодов под потолком мигает, часть вовсе не работает. Повсюду куски тел людей, но уже подпорченные временем. Манекенов не видно. Ни целых, ни фрагментов.