— Так это рабочие вопросы. А так все хорошо, — усталым голосом говорил Фелик.
А ведь еще только утро, а он уставший. Однако, то, что я увидел было грандиозно, от организации и контроля всего, что происходило, можно устать очень быстро.
Человек десять или больше непрестанно носили руду с болот и той речушки, что мы еще в первый раз определили, как удачное место для лимонита. Еще пятеро все лепили и лепили из глины домны, при том, что одна стационарная из кирпича не успевала остывать. Другие закладывали сразу четыре угольных бурта, шесть человек ковали изделия.
Местные люди были столь впечатлены тем, что можно добывать металлы даже тут, в местности, где нет меди, что все, поголовно, готовы работать и совершать мелкие действия, которые приводили в сумме к появлению очередного изделия. Я видел те предметы, что уже готовы. Очень не очень. Вот такой каламбур получается. Вместе с тем, даже очень, если сравнивать с теми каменными орудиями, что люди имели до этого.
— Что, Глеб, смотришь на результат даров Бога нашего? — спросил Никей, подобравшийся незаметно для меня.
— Тьфу ты, испугал! — вздрогнул я.
— В бою не пугался, а тут друга своего боишься? — Никей рассмеялся.
Видимо, декс пребывал в очень хорошем настроении, что смеется почти что без причины.
— Тебя что моя теща хорошо ублажила? — сказал я и удивился смене настроения и тому, что второй человек во всем Союзе племен засмущался. — Да, ладно! Ты и краснеешь от стыда⁈ Это что такого сделала Мерсия, что засмущала великого воина?
— Хватит, — серьезным голосом говорил Никей. — Я тебя ищу. Хотел поговорить вначале с тобой, как ты видишь наше будущее. Нужно наши мнения сопоставить, чтобы не разругаться на Совете, который будет уже завтра. Прибудет и лекс Ракат. Вот поговорим на Совете, да и людей нужно отпускать по их селениям. Там жены уже заждались своих воинов.
Вот чуть не дернул язык сказать, чтобы мой город и делали главным селением, как раз получалось между Рысями и огневиками. Чур меня! Не хочу. Это мой город!
— Пошли поговорим. А лучше, возьмем удочки и половим рыбу. Ухи хочу! — сказал я и пошел в дом за удочками.
Глава 14
Глава 14
Люблю грозу в начале мая, когда весенний ранний гром, как долбанет из-под сарая, что хрен опомнишься потом. Вот такие стихи получаются. Хотя по ощущениям, все же скорее начало июня, но гром и молнии сегодня хреначат знатно: хоть из-под сарая, хоть с леса, или огорода. Может это и хорошо.
Чем приятна плохая погода, так тем, что она дает оправдание лени. Это же не я ленюсь идти работать, это погода такая. А еще никакой вражина под такими ливнями, да со световым шоу, не придет. Тут молнию не просто боятся, она ввергает людей в полное отчаяние и абсолютный страх. Даже через шум дождя я слышу детский плач, да и женский рыдающий хор, с вкраплениями мужского баса и баритона.
На самом деле не так уж и небезопасно сейчас вокруг. В окно я увидел, как молния шибанула в одно из деревьев и то моментально вспыхнуло огнем. Благо вблизи с городом деревьев уже и нет, но я стал опасаться за дом. Не знаю есть в строении какой молниеотвод, или сейчас прилетит разряд. Так что все находились в напряжении и ждали, когда это Господь Бог смилостивиться и прекратит такое безобразие.
За последний месяц, после заключения альянса с племенем Огня, новая религия получила серьезное распространение, а я стал незыблемым авторитетом, пророком своего рода. Признаться, я не думал, что люди так быстро поменяли свое мировоззрение и впитывали все то, что я им скажу.
Может, конечно многих прельщали купания голышом? Когда я крестил неофитов, то собирались толпы зевак, весь город, и селение рядом с ним, прибегали поглазеть на голых женщин, иные и на мужчин. Тут этого того самого нет, моя гомофобская религия запрещает, так что на мужчин смотрят только женщины. Впрочем, чего они там не видели! Чуть только солнце пригрело и все бабы пошли гулять топлес, порой и полностью голыми. И ладно, если бы все красотки и с красивыми бюстами. Порой такое увидишь, что кошмары сниться будут.
Но в реке, в воде, есть и некое таинство и сексуальность, потому наблюдать за тем, как обнаженная женщина плескается в реке более возбуждающе, чем когда та же дама стоит согнувшись и роется в земле. Может я и не прав, но это мысли человека из будущего, который на верном пути адаптации в местных реалиях.
— Кажется, дождь заканчивается, — сказала Севия разочарованно.
— Вот и хорошо! Он мой спаситель! — буркнул я, предполагая, что почти все время, когда шел дождь, я исполнял супружеский долг.
И не хочет ничего слышать супруга про то, что беременным нельзя так часто.
— Я перестаю тебе нравится? — состроила обидчивое лицо моя красотка. — Тебя к Рыжей тянет?
— Да ни к кому меня не тянет. Но Севия!.. Три раза только во время дождя! Знаю, что и ночью ты захочешь. Уж не знаю откуда у тебя столько желания и сил, но я выжат, — сказал я и засобирался одеваться.
— А вот это мы сейчас и проверим, все ли я выжала из тебя, или капелька еще осталась, — сказала жена и направилась осуществлять задуманное.
— Севия! Нет, хватит уже! О, Боже, это я говорю, что хватит? — говорил я, уходя с чердака.
Вот же! Но ведь, действительно, как с цепи сорвалась и так целый месяц. Вначале меня это забавляло, после я решил, что нельзя сдаваться и стойко воспринимал все сексуальные утехи, при этом пучками ел зелень и сметану. Не успевал восстанавливаться. И знаю, что во всем городе и ближайших селениях такой сексуальной жизни нет ни у кого.
И ведь чего так взъелась? Ну было пару раз с Рыжей, так с кем не бывает? У них же со Стасиком все в порядке, расставаться не собираются. Я их чин по чину поженил. Так что те два раза не считаются, так, легкий флирт в трех позах, да и только. Нет же, жене моей не понравилось, что я с чужими бабами флиртую, да еще с теми, с кем у меня уже случался куитус.
Ну да ладно.
Вышел хозяин на крыльцо, почесал… затылок.
— Мда! — недоуменно произнес я, обозревая ранее неизвестную мне картину.
Возле дома, под навесом от козырька крыльца сложены «дары». Мне дары! Тут было и мясо, рыба, ягоды, грибы. Нет, это, конечно, приятно, все будет пристроено и после съедено с удовольствием. Но…
— Стас, Вара пригласи ко мне! — повелел я своему… ну пусть будет все еще раб, хотя больше он слуга, наверное.
Две недели назад все разбрелись по своим селениям, понесли благую весть о победе и о том, что люди племени Огня нынче свои. Угроза Воронов осталась где-то там, за горизонтом, небесные хляби не обрушились, ну а люди устали пребывать в напряжении. Потому все самоуспокоились, достроили крепость в главном селении огневиков, которые теперь строят еще одну крепость, по направлению к землям Ворон. И все уверенны, что этого достаточно.
Нет, не все, конечно, разумных людей в новом союзе племен хватает. Вот только мудрецы эти додумались и до другого, что нельзя постоянно жить только войной, ожидать нападения и прекратить свое развитие. Особенно это «поняли» Норей, Никей и остальные Рыси, когда теперь на острие вероятной атаки оказались огневики. Не покорив племя огня, Харит, конуг Воронов, не сможет пойти дальше.
По мне, так все правильно, кроме одного. Нужна была разведка и понимание, что делает наш потенциальный враг. Ну нельзя же рассчитывать на то, что Вороны простили разгром двух сотен их воинов? Сколько у них вообще этих воинов? Предполагают, что пять сотен и за стенами с ними справиться можно, если вовремя придет подмога и сработает наш «ВПК», точнее мой «военно-промышленный комплекс».
— Впрочем, это же плата за работу, — сделал я очередное предположение, разглядывая дары.
Но так же никто не платит, чтобы положить подарок и сбежать. Все равно, это странно.
— Ты звал меня, Великий Жрец? — спросил Вар, когда подошел ко мне.
Быстро он как-то пришел. Или рядом был, или же прибежал. По чуть покрасневшему лицу, я уверился во втором варианте. Значит уже примирился и полностью принял мое главенство. Вот и правильно.