Если проанализировать войну в целом, то становятся очевидными шесть основных факторов, которые имеют решающее значение. Четыре из них носят военный характер, а два – политический. Безусловно, они тесно связаны, однако ситуация приобретет для нас более четкие контуры, если мы рассмотрим их по отдельности.

Первый фактор – это провал планов немецкой стороны по осуществлению в полном объеме своих замыслов в России. Второй фактор – это предстоящая высадка англо-американских войск в Европе. Третий фактор – это действия немецких подводных лодок, направленные на то, чтобы нарушить коммуникации коалиции союзников в Атлантике. Четвертый фактор – это боевые действия японских войск на Дальнем Востоке и снижение темпов их наступления по причинам, которые нам пока не до конца ясны. К пятому фактору следует отнести провал попыток нацистского режима установить «новый порядок» в Европе, к шестому же – усилия японцев установить свой «новый порядок» на Дальнем Востоке наподобие того, как немцы стремились сделать это в захваченных европейских странах.

Первый из перечисленных мной факторов является наиболее важным, поскольку Германия – это наш основной противник. Если немцы выйдут из игры, то японцы не смогут продолжать сражаться в одиночку. В этом случае они продержатся совсем недолго.

Взглянув на карту России, мы увидим, что, вне зависимости от площади захваченных территорий, немцы (судя по всему) провалились в достижении своей первоочередной военной цели. Высока также вероятность того, что они потерпят неудачу и при попытке решить задачу номер два. Их основной военной целью был захват нефтяных месторождений на Кавказе. Именно по этой причине Германия, вероятно, еще зимой 1940 года приняла решение развязать войну против Советской России. Поскольку ей не удалось развалить Британию (по подобию Франции), она осознала, что ее ждет затяжная борьба, требующая запасов нефти в таких объемах, которые немцам не получить ни в завоеванных европейских странах, ни в результате производства синтетического топлива.

Кроме того, Германии требовалось продовольствие, а это означало, что она была крайне заинтересована в плодородных землях Украины. Европейские страны вполне способны (или почти способны) сами прокормить себя, но не в том случае, когда значительная часть рабочей силы задействована на производстве вооружения для немецкой армии. В мирное время Европа могла бы импортировать продовольствие из Америки, но, поскольку Британия блокировала Германию на море, Украина была абсолютно необходима для продовольственного обеспечения немецкой военной машины.

Как известно, немцам так и не удалось дойти до Кавказа, однако они все еще удерживают значительную часть Украины. Было бы ошибкой считать, что, вопреки поражениям, которые она потерпела за последние несколько месяцев, Германия готова сдаться без боя. Судя по всему, немцы расценивают Днепр и расположенную к северу зону от Польши до прибалтийских государств в качестве последнего рубежа, к которому им допустимо отойти. Скорее всего, они попытаются занять оборону на этом рубеже и собрать силы, чтобы отразить наступление союзников с запада. Но такая стратегия ставит их перед дилеммой. Отказавшись от Украины, они лишатся продовольственных ресурсов, чтобы продолжать войну в течение достаточно длительного времени. Если же они примут решение удерживать ее, то им придется обороняться на чрезвычайно протяженном рубеже, что потребует задействовать более крупные военные силы, чем они могут себе позволить.

В действительности нам неизвестны потери немецкой стороны в течение двух русских зим, однако совершенно очевидно, что они были весьма значительными. Проведение масштабных мобилизационных мероприятий в Германии наряду с настойчивыми попытками немцев заставить население оккупированных европейских стран все упорней трудиться на благо нацистского режима подтверждают, что ситуация с людскими ресурсами в Третьем рейхе усугубляется. Не вдаваясь в подробности, можно сказать, что немцы, развязав войну и против Великобритании, и против Советской России, и против Соединенных Штатов, убедились в том, что они не в состоянии победить и могут надеяться в лучшем случае лишь на то, что дело зайдет в тупик. В этой связи нам следует ожидать, что в этом году они предпримут ряд агрессивных политических акций, направленных на то, чтобы посеять раздор среди союзников. Они попытаются сыграть на страхе американцев перед большевизмом, подозрительности русских к Западу и мнительности англосаксов. Как мне представляется, они рассчитывают за счет таких шагов повысить свои шансы в военной области.

Второй и третий факторы, то есть предстоящее англо-американское вторжение в Европу и подводную войну в Атлантике, нельзя рассматривать отдельно. Практически единственный шанс немцев предотвратить организацию военных действий с Запада – это потопить как можно больше кораблей и транспортов антигитлеровской коалиции, чтобы лишить их возможности перебросить крупные силы в Европу, а также (что более важно) обеспечить снабжение этих сил. Чтобы осознать весь масштаб необходимых мероприятий для снабжения морским путем войск, которые должны вести боевые действия в Европе, достаточно упомянуть, что для одного пехотинца требуется около семи тонн припасов. Хотя немцы и не смогут предотвратить вторжение союзных сил с Запада, им удалось бы существенно сковать действия антигитлеровской коалиции, и в конечном итоге союзники начали бы свою операцию слишком поздно, чтобы завершить войну в этом году. Как результат, возросла бы вероятность возникновения тупиковой ситуации, на которую Германия возлагает большие надежды.

Ту же цель преследует и военная кампания в Тунисе: удержать значительные силы союзников в Африке и не дать им переправиться морем в Европу. Я не готов делать прогнозы относительно эффективности немецкой тактики, которая заключается в затягивании открытия союзниками «второго фронта», потому что есть два момента, о которых пока сложно судить. Прежде всего мы, естественно, не знаем намерений командования союзных войск в отношении вторжения в Европу. Во-вторых, от нас скрывают ситуацию с транспортными коммуникациями в Атлантике, потому что правительства стран антигитлеровской коалиции (и это вполне объяснимо) не публикуют цифр своих потерь на море. Тем не менее то, что нам все же известно и из чего можно сделать определенные выводы, в целом вселяет надежду. Речь идет прежде всего о том, что странам антигитлеровской коалиции уже удалось передислоцировать значительный воинский контингент в Африку (к явному удивлению немцев). Теперь же они перебрасывают свои войска, численность которых растет с каждым днем, через Атлантику в Великобританию. Кроме того, ситуация с продовольствием в Великобритании (а она напрямую зависит от ситуации с транспортными коммуникациями в Атлантике) за последние два года не ухудшилась. Далее, следует иметь в виду стремительный рост судостроительной промышленности в США. И наконец, не надо забывать о постоянном совершенствовании методов борьбы с подводными лодками и местами их базирования, методов, которые применяются как надводными кораблями, так и самолетами. Подводный флот до сих пор относился к числу сильных сторон Германии, однако нет никаких оснований полагать, что немецкие подводные силы смогут до бесконечности препятствовать военным приготовлениям союзников к высадке в Европе.

Мы мало что знаем о стратегии японцев, поэтому не можем объективно судить о том, сумели ли причинить им существенный урон те удары, которые были нанесены за последние восемь месяцев, или же замедление темпов их наступательных операций обусловлено собственными планами японского командования. Нам известно лишь то, что год назад Япония смогла молниеносно захватить территории в юго-западной части Тихого океана, однако с тех пор она больше не добилась какого-либо успеха. Более того, японцы после этого утратили несколько важных баз и потеряли катастрофическое количество боевой техники. Самым слабым местом Японии, как и Великобритании, является уязвимость морских транспортных коммуникаций.