... в строй большая часть рухнувшего легиона уже не вернется.
Потому как это все только начало подготовленных для парочки других тварей ловушек...
Посмотрим, переживут ли бравые легионеры время цветения. Ибо вскоре к бесцветному снотворному газу добавится кислота, с очень даже заметными для бронированных кусков мяса последствиями.
У них был шанс уйти. Был шанс отступить и оставить меня в покое. Была целая куча возможностей, чтобы обратить ситуацию себе на пользу. Теперь же настало время страдать и расплачиваться за собственную непомерную жадность.
Желательно артефактами...
Может, тогда стоит понизить уровень кислоты? А то, вспоминая ее пагубное влияние на легендарные артефакты внутри василиска...
Но Беня — не василиск. Он скорее сожрет их, чем расплавит. Вон и клыкастые пасти уже начинают проглядываться по всему кратеру...
— Беня! — я метнул истыканное прутьями тело в пасть плотоядного цветка. — Завали бутон, пока я не завалил тебя! Посмотри, сколько вокруг мяса навалено, а ты опять пытаешься сожрать артефакты! Брал бы пример с кисы...
... кисы, которая буквально испарилась еще до начала всей заварушки. А ведь еще недавно сидела на краю кратера, потачивала чью-то ножку себе спокойно...
Может, стоит завести для нее поводок? И для Бени поводок тоже не помешает. А лучше — десять, чтобы уж точно лозы не распускал.
Заметив на моем лице крайнюю степень возмущения и негодования, грозящую суровой диетой, цветик нервно проглотил попавшегося в лозы воина, что-то фыркнул, перемалывая в пасти доспехи, и отрыгнул к моим ногам сияющий зеленым кусочек металла...
Я посмотрел на железяку, посмотрел на оплетающие легионеров лозы, на их неравную битву, испещренную всполохами призванных артефактами способностей и кислотными всплесками...
— Если думаешь, что сможешь откупиться, подкинув мне левый кусок железа...
... то ты крайне неплохо придумал. Потому как своими действиями Беня натолкнул меня на весьма и весьма сомнительную идею, как добиться победы с минимальными затратами сил.
— Беня! Поддай газку, мне нужна завеса!
И море, чертово море изувеченных трупов. Желательно без доспехов.
Я не отказываюсь от своих слов — эти люди сильны. Их дисциплина и навыки ведения боя на уровне недоступном обычному человеку. Да только я уже давно не человек, и забираться в мою ловушку было, мягко говоря, опрометчиво.
Однако простой победы будет вовсе недостаточно. Более того, уничтожив сейчас всех боеспособных воинов, я лишь привлеку к своей персоне больше внимания. И выехавший по мою душу легион пограничной крепости покажется мелочью на фоне имперской армии и ее ищеек...
Оно мне надо?
Ведь гораздо проще вернуться к изначальному плану и притвориться мертвым.
— Штормовой ветер! — голос упущенных артефактов, раздавшийся с северного склона, отвлек мое внимание и попортил все планы по маскировке в жертву воины.
На его вершине возвышался парень в робе.
Силой своих артефактов он призвал воздушный порыв, что одним своим появлением снес напрочь завесу тумана и отклонил поток льющейся кислоты. Но прежде чем одна способность окончила свое действие, ей на смену пришла другая — разделившая ледяной стеной поле брани на части.
Попади эта способность на пару метров левее, и у меня могли возникнуть проблемы.
Но расслабляться было рано. Потому как в руках у парня уже сверкал фиолетовой аурой длинный, резной лук. И выпущенные на волю стихии сейчас стягивались к нему, концентрируясь у самого наконечника вскинутой стрелы.
Стрелы, что больше напоминала собой искаженный, вытянутый клинок.
От одного его вида, по спине пробежали мурашки, а мысли застыли, разделились на противоборствующие фракции, не способные определиться, чего я желаю больше — забрать оружие себе или уклониться от удара.
Впрочем, есть и третий вариант.
Коснувшись торчащего из груди наконечника «Астрального ловца», я переместил его в инвентарь, спешно залечив оставленную в груди рану. Следом отправилось и застрявшее в ноге копье.
Но только одно.
Вторым я уже собирался отбиваться от выстрела парня. Мне не требуется отражать его, или возвращать отправителю, достаточно будет спровоцировать взрыв на несколько метров раньше запланированного. Потому как он должен будет отбросить прочь мое тело-приманку, а не разорвать его на куски. За основное то я не переживаю. Исцеление сделает свое дело.
Ведь как бы велика ни была моя жадность, выживание всегда будет иметь высший приоритет. Да и ничего не мешает мне собрать артефакты после боя. Если оружие действительно ценное, то Беня не сможет его переварить. Если же нет, то куст получит по бутону, за испорченное настроение.
Сейчас главной проблемой является отсутствие завесы. Своими артефактами парень с легкостью разгонит ее, лишая меня альтернативного укрытия. И потому я возлагаю большие надежды на залп из стихийного лука. Слишком сильно дрожит близ него воздух от запредельного скопления силы. Настолько что даже Беня поспешил убрать оттуда свои лозы и начал формировать между нами разделяющую преграду.
Сомневаюсь, что мне подвернется возможность лучше. Своим взрывом стрела создаст ширму, что яркой вспышкой и грохотом завладеет всеобщим вниманием, скрывая за своим величием такого бедного меня.
Именно поэтому я уже отрубил от себя знатный кусок и приготовился вырастить из него новое тело. Но вовсе не для себя. Оно послужит приманкой, символом победы для легиона, чтобы моя основная тушка смогла спокойно переждать тревогу под кучей камней и мертвых тел. Заставить Беню затихнуть одновременно с моей ложной смертью, и победа считай в кармане.
Идеальный план, надежный как швейцарские часы. Враг получит труп ответственного за все попаданца, в то время как я смогу сосредоточиться на решении основной проблемы с рунами.
И вот я уже приготовился словить лицом выпущенную парнишкой стрелу, как снизу постучали...
Глава 24 Выход есть всегда
Наглая, улыбающаяся пастью в три сотни сотканных из мрака зубов крыса пробилась сквозь толщу породы и смотрела на меня, будто решая: сначала избить, а потом съесть, или в обратном порядке.
Потому, когда взрыв выпущенной стрелы разорвал мое тело на части и отбросил их прочь из зоны прямой досягаемости крысиных способностей, я был только рад.
Уж лучше жжение от рун, чем даже малейшая возможность оказаться в радиусе поражения неподвластных даже драконьему пламени щупалец. Сейчас из всего арсенала я могу воздействовать на них только исцелением. И сильно сомневаюсь, что за столько месяцев наблюдения за моей жизнью Сущность не нашла способов противодействовать способности.
Потому необходимо действовать с особой осторожностью и желательно в один удар.
Удар, на который у меня сейчас практически не осталось сил. Сдвинувшись с места, я нарушил условия усиления тела. Вся накопленная сила испарилась в считанные мгновения, оставив после себя разрушительную отдачу. Я ведь даже после прошлого раза еще не успел полностью восстановиться, как вновь воспользовался заемной силой. Пусть сопротивление боли и исцеление позволяли пренебречь последствиями запредельной нагрузки на тело...
Они не избавляли от последствий.
И, похоже, в этот раз я превзошел сам себя. Ведь даже жжение рун не может заставить мое тело прийти в движение. Сил хватает лишь на слабое барахтанье конечностями. Но даже так я продолжаю стремиться к заветной зоне покоя, расположенной у самых крысиных лапок...
Попробовать снова рассеять ее внимание способностями, но успею ли я до того момента раскидать собственные конечности? Пусть в такой суматохе их будет непросто заметить...
Не получится.
Тварь совершенно не волновали ни кислотные испарения, ни окружающее нас буйство способностей, ни легион бронированных воинов. Всего этого словно и не существовало во внимании сущности, либо же занимало слишком мало ее внимания. В отличие от меня.