Литмир - Электронная Библиотека
A
A

– Мне надо пройтись, видишь, голос вернулся, может и нога расходится, – искренне веря в свои слова шипела я.

– Ну давайте немного прошвырнёмся по району! – предложил Масик, у которого, видимо, открылось второе дыхание.

– Ещё чего! – завизжала Ани и начала выпихивать всех за дверь.

Я закатила глаза, но несмотря ни на что была благодарна ей за это. Маша выходила последней и с прищуром переступая порог оставила входную дверь настежь. А какие мы оказывается! За мораль!

Андрей в недоумении мотал головой, застёгивая куртку.

А если бы на его месте был какой-нибудь другой не известный им мужик? Они бы так же себя вели?! Надо бы провести беседу… не буду же я вечно в одиночестве.

– Ты уверена? – поинтересовался Андрей уже стоя на пороге, и протягивая мне локоть.

– Уверена, – приняла я любезный жест.

Лифт со скрипом приземлился, и сереющий асфальт мягко принял больную ногу. Редкие деревья вот-вот норовили разродиться мириадами зеленеющих почек и благодаря гулким выкрикам и доносящимся отовсюду музыкальным басам, атмосфера одинокой романтики удачно смазывалась. Ты чувствуешь себя частью неутихающего действа, пусть и зрителем, которому так удачно свойственно молчание.

Давненько я не прогуливалась настолько бесцельно. И когда ноги принесли меня к углу крайней двадцатиэтажки, чувство дежавю стремилось подменить реальность. Пора бы забыть об этом… теперь это дело полиции.

– Что случилось?

Андрей замер. Я поняла, что впилась в него обеими руками и отчетливо замедлилась.

– Ничего, давай выйдем на проспект и домой.

Голос вновь налился хрипацой, и невидимым поводком меня потянуло к овощному ларьку.

За так и неубранной горой коробок разливался яркий неоновый свет. Чем ближе мы подходили, тем отчётливее до нас доносился пьяный гомон.

– Давай обойдём… – недоверчиво оглядел не безопасную округу Андрей. – Почему нет ни одного коптера?..

Я задрала голову, осматривая тонущую в свете фонарей пустоту. И правда, странно…

Глупо винить его за трусость. Толпа пьяных мужиков и девка, которая при всём желании даже убежать не сможет, – расклад явно не в нашу пользу. Но меня крепко сцепило чувство беспокойства, как наркотик манящее подойти ближе. Так что я ускорилась, не обращая внимания на недовольные покашливания сопровождающего.

– Мало тебе приключений?..

Я застопорилась, впившись глазами в светящую во все стороны новую вывеску. «Помидор», разливался алым неоном по стене соседнего здания. Они что… сделали из овощного ларька, – бар?!

Почти поравнявшись с выкрашенными в свежий зелёный, стенами я словила зайчик от фар стоящего в темноте грузовичка, что не приметила сразу. Я потянула Андрея чуть назад, пытаясь заглянуть на задние борта машины. Почка не светилась, но всё же проглядывалась, утопленная в алых отблесках.

Это что ещё за хрень?..

– Вера, пошли от сюда. Если хочешь ещё выпить, дома осталось вино, – требовал от меня ускорения Андрей, когда взору открылись, круглые столы, разбросанные на газоне у ларька.

Разноцветные гирлянды были шатром закреплены над каждым столом, добавляя весёлости. Народу собралось много. Мне даже удалось разглядеть с десяток знакомых лиц. Музыка орала недостаточно громко, чтоб соседи потянулись звонить в патруль, но в непосредственной близости неприятно оглушала. Собравшиеся пытались перекричать друг друга и тяжёлую мелодию. Я тянула взглядом по устроившимся за десятком столиков людям, и ощутила неприятную дрожь в висках. Заметив моё откровенное любопытство, мужчина в глубине площадки добродушно поманил нас рукой. Ему было явно за пятьдесят, но торчащие на голове светло русые дреды, собранные в хвост и упакованные в разноцветные резинки, молодили его лет на двадцать. До одурения притягательный вид, настолько органично смотрелся в пьянеющей ауре бликующего веселья, что мне захотелось присоединиться.

Андрей склонил голову, и, любезно улыбнувшись, махнул мужчине в знак отказа. Тот лишь разочарованно пожал плечами.

Через пару шагов меня уже отчетливее повело в сторону. Взгляд провалился в темнеющий угол пятничного праздника. Отделённый тенью, у самой стены ларька кто-то сидел. И я бы даже не заметила, если б по всему силуэту не распускались бутоны. Подобно маленьким галактикам, огни концентрировались на мраке темных материй, не успевая рассеиваться в долетающем свете фонарей. На нём… маска?

– Вера… – вытягивал меня из завораживающей трясины ландыш.

Когда дрожащие тени нашей парочки переместились вперед, внезапно возобновившаяся мигрень смешалась с восхищением. Припаркованный по среди ночи грузовик «Олдэкс Индастрис», с погашенной вывеской, выдернул меня в серую реальность, в которой нога опять зашлась так скоро забытой болью.

Жёлтый

– Чем ты думал?! – ревела мать.

Я отлетел с центра ковра, врезаясь в книжный стеллаж. С грубым шорохом посыпались учебники и диссертации отца. Давай… убей меня ещё, я буду благодарен, как никогда.

– Нина. Выйди.

– Это всё из-за тебя! – заорала она на отца. – Ты должен был следить з…

– Нина! – отец привстал, упираясь руками в широкий дубовый стол. Я впервые слышал, чтоб он повысил голос на мать. – Пошла вон из моего кабинета.

Конечно, здоровье сына её волнует, но по большей части, потому что поставит крест на его карьере. Вот это подарок… Сеня будет в бешенстве.

Я не стал вставать, и слегка подтянулся на локтях, опираясь о дрожащий стеллаж, до сих пор выплёвывающий книги. И откуда у меня только чувство, что я всех подвёл?

Я люблю свою работу. Она нужна мне! Мне! Никого это больше не касается. Мало ей своих достижений?! Упивалась бы славой, да заткнулась! Ненасытная женщина, с манией величия…

– Никитич, да, это Герц, – доносился до меня сквозь истерику голос отца, – Ты дописал свою докторскую? Отлично, завтра я приведу одну подопытную мышь, посмотрим, что можно с этим сделать.

Телефон с грохотом опустился на стол. Рядом послышались тяжёлые шаги.

– Вставай.

Я поджал колени, продолжая цепляться за глаза, что никак не могли обсохнуть, и принялся перебирать руками ища равновесие.

– Что ты видишь? – встал передо мной отец, разведя руки в стороны. – Прямо смотри! – рявкнул он на меня.

– Твоё лицо, – шипел я, страшась взгляда, что ранее виделся мне только в кошмарах.

– Давно ты наблюдаешь у себя туннельное зрение?

– Почти месяц.

Я, резко отвернулся, и теряя землю под ногами, не успел уцепиться за дверцу и уже заваливаясь, со всей силой влетел носом в стол.

Глава 14. Корни

Распрощались мы быстро и без лишних сантиментов. Завтра Андрей просил позвонить, если что понадобится. С больницей мы решили повременить. Царапину я сама в состоянии обрабатывать пару раз в день, шея и нога уже чувствовали себя лучше. Терроризировать парня не хотелось, так что новый телевизор, ваза и справка на работу меня вполне устроят. Так же на банковский счёт он уже перевёл положенные десять тысяч. Копилка парня знатно обмелела, но моя скромность забилась в угол и помалкивала. В следующий раз будет думать головой.

Ещё я поняла, что сейчас начну хвататься за всё, что может отвлечь меня от действительности. Будь то неоправданная драка, попойка или любовь. Как никогда хотелось сбежать. Меня окружает множество красок, только друзья слишком стараются помочь дотянуться до них, оказывая косолапую услугу.

Впервые я задумалась об этом, когда разогревала штрудель. Получается, попытки бегства только подпитываются добротой друзей, делая меня ещё более зависимой.

Мой букет не сильно счастливее меня, но почему-то я сейчас в наглую пытаюсь влезть на этот скверный пьедестал по их головам.

Маша даже не подозревает в какую муть пытается загнать их семью Масик. Я оказалась косвенно причастна к этому событию, не смогу перенять хоть каплю ответственности, если что-то действительно произойдёт.

25
{"b":"722554","o":1}