— Корабль императора уничтожен крамами, мое послание принято не было.
Энергии на защиту в капсуле больше не оставалось, он увидел снаряд, летевший в его сторону, который должен был стать последним, и катапультировался. Его отбросило от капсулы вверх и закрутило в невесомости. Корабль разлетелся на куски прямо под ним. Кислорода в скафандре хватало на несколько часов и его могло спасти только то, что кто-то из своих найдёт его и заберёт на судно. Шансы были минимальные, но пока ещё он дышал и смотрел на безумие, творившееся вокруг него. Блики от взрывов мелькали на его полированном шлеме. Он крутился и видел то Оранжевую планету, то Желтую звезду, то крамов, то пацифов, то своих, и снова Оранжевую планету, вдалеке показались даже мурийские скаты. «И Хет тут! — подумал Марсий. — Как поведет себя король?»
Он не успел ответить себе на этот вопрос, как случайно попал под воздействие крамов. Они наслали на кого-то галлюцинации, и его тоже задело. Несколько минут он видел перед собой драконов Крамы. Чёрные и уродливые, они летали вокруг него, наводя страх. Его тело могло в любой момент задеть снарядом, осколком, лучом, он мог запутаться в ферромагнитных ловушках, столкнуться с электрическим хвостом ската, быть откинутым в зону притяжения Оранжевой планеты и начать падать на нее, но ничего этого не происходило. Кто-то берег его. Марсий почувствовал, что его схватили. Он плохо видел после галлюцинации, но по ощущениям понял, что это были не свои.
Корабль совета Двенадцати.
Послание Марсия было получено сразу.
— Император убит! — с досадой произнес Агатон.
— В одиночку крамов нам не разбить, — сказал Грон. — Прикажи отступать!
— Отступаем! — разочаровано приказал Агатон.
Серебряный диск с светом Двенадцати на борту медленно отклонялся по орбите к северному полюсу Оранжевой планеты. В этой зоне летали преимущественно скаты, но от взрывов и вспышек они обезумели и мешали тулонцам уходить.
— Вычислить вожака! — приказал генерал Агатон.
Тулонские генералы понимали, что все войско мурийцев будет дезориентировано, если убить вожака, за которым они идут.
Капсулы стали обследовать пространство.
— Мы засекли главную самку короля Хета, она по правую сторону от вашего корабля! — доложили разведчики.
Корабль совета Двенадцати лёг на курс к ней. По дороге они отстреливали лишних встречаемых скатов. Среди убитых питомцев были дети главной самки. Она увидела это и потеряла контроль. Поводырь уже не мог ею управлять, она принимала решения сама. И единственным ее желанием сейчас было уничтожить ненавистный серебряный диск, убивающий ее детей. Она пикировала на корабль. Тулонцы увидели это и открыли огонь. Несколько снарядов прошло через неё, но жизненно важные органы задеты не были. Боль сделала самку лишь агрессивнее, и даже с прострелянными крыльями она смогла долететь и лечь на серебряный диск сверху. В таком положении снаряды не могли сбить ее, и она стала проламывать хвостом его обивку.
— Монстр наверху! — крикнул Грон.
— Вышли отряд на верх, чтобы снять ее! — приказал Агатон.
Тулонцы направили вооруженный отряд на корабль. Облачённые в скафандры, они повыскакивали из шлюзов и стали целиться в ската с разных концов. Самка не дала им сделать и выстрела, она раскидала всех хвостом, отправив на орбиту, погрузила острый кончик своего хвоста в шлюз и запустила по всему кораблю мощный электрические разряд. Половина персонала корабля, соприкасавшаяся в этот момент руками или плечами с металлической начинкой судна, рухнула замертво. Одним разрядом она отправила на тот свет шесть из десяти тулонских генералов.
— Закрыть шлюзы! — заорал Агатон.
Шлюзы резко захлопнулись. Хвост самки зажало между отверстиями, она завыла от боли и приподнялась над диском. На кончике хвоста было больше всего нервных окончаний. И на несколько секунд она потеряла сознание. Ее детёныши, не большие перламутровые скаты, летевшие за ней, посчитали, что их мать убили. Самка была их глазами, ушами и всей жизнью, даже своим молодым, слаборазвитым мозгом они поняли, что серебряный диск виновен в её гибели, и набросились на него, чтобы отомстить. Со всех сторон все скаты налетели на диск и не было более свободного места. Хвостами они раскурочить всю обшивку, растащив корабль на куски. Совета Двенадцати не стало за одну минуту.
Марсий.
Марсий очнулся посреди темной круглой комнаты. Кто-то сорвал с его головы шлем и несколько раз ударил рукой о его грудную клетку, возвращая сердце к жизни.
Он резко очнулся и глубоко и громко задышал. Перед ним стоял император Пацифы.
— Вставай! — приказал Енк.
— Ты же погиб! — поднимаясь с пола, простонал тулонец.
— Да, ты прав, морально я уничтожен, — признался Енк. — Садись, помогай скорей!
Марсий дополз до кресла второго пилота и сел.
— Как ты нашёл меня? — хриплым голосом, не до конца еще придя в себя, спросил он.
— Я засёк твоё послание, Марсий Аппа-Лаун, — улыбнулся Енк.
— Почему ты не управляешь своей армией? — спросил Марсий.
— Я только что вышел из портала и все это увидел! — признался Енк.
Марсий понимающе кивнул. Он догадался, почему Енк сделал это:
— Ты прятался от своих же?
Пациф не ответил. И задал встречный вопрос:
— Кто сбил резиденцию императора?
— Крамы! — ответил Марсий.
— Ну, слава богу!!!
Облегченно вздохнул Енк и вышел на связь с кораблями своих генералов:
— Внимание, говорит Енк Сус Сано, я император Пацифы, я жив и приказываю объединиться против крамов с Тулоной.
Енк повторил своё послание несколько раз и только с третьего был услышан.
— Ваше величество, мы рады слышать, что вы живы! — ответил голос Кюзиций. — Слушаюсь!
Енк удивленно приподнял брови. Он и не думал, что сможет сохранить своё влияние по ту сторону портала, но генералы послушали его. По цепочке они передали его приказ во все корабли пацифов. Сферы остановили агрессию против Тулоны и направили ее только на крамов. Тулонцам стало проще атаковать кристаллы. Но всем сильно мешали мурийские звери, они были не управляемы и не выбирали ни чью сторону, нападая на всех без разбора.
Марсий взял свой блокнот и наскоро нацарапал несколько слов Атле:
— Атла, я надеюсь, ты вдалеке от безумия которое твориться над Оранжевой планетой. Идет полномасштабная война. Я в сфере с Енком. Пролетаю возле портала Гинеи. Ни в коем случае не возвращайся сюда, уводи своих людей как можно быстрее!
Атла, десять минут ранее.
На своём кристалле Атла спустилась очень близко к Золотому кораблю императора. Енка нужно было спасать. В бесчисленных мыслительных потоках крамов она нашла сознание отца и стала воздействовать на него. Лан не откликался, он был прочен, как скала и пробить его защиту не удавалось никакими методами. Он намеревался во что бы то не стало разорвать корабль императора, лишив пацифское войско их лидера. Атла подлетела совсем близко, и шаман услышал ее мысли. Приближение дочери заинтересовало Лана сильнее, чем даже император Пацифы. Он развернул свой кристалл на неё, и Атла поняла, что замечена. Это был ее шанс, только так она могла отвлечь отца от Енка. Пациф выиграл бы время и смог уйти.
— Заковать! — приказал шаман.
На кристалл Атлы, летевший в окружении других кристаллов и сфер, с двух сторон наползли две пирамиды, соединились у оснований и заковали внутри Атлу. Шаман прошёл на своём кристалле сквозь пирамиды, посек лучами все пацифские сферы, а кристаллам приказал сторониться. Ему была нужна только Атла. Вернуть дочь было делом чести. Он присоединил ее кристалл к себе и приказал выходить.
— Нет, — возразила Атла, — Ты убийца, я не хочу делить с тобой корабль!
— Немедленно! — заорал шаман.
У Атлы не было выхода. Шаман начал на неё своё воздействие, что причиняло сильную боль. Она перешла на его кристалл, теша себя слабой надеждой, что ещё сможет повлиять на отца. Слуги Лана связали Атлу и привели в кабинет к правителю.