– Думаю, что возвращаться в город и купаться в овациях местных жителей нет никакого смысла, – сказал Соломон. – Тем более, что оваций, скорее всего, и не будет. Вряд ли они окажутся не способны сложить два и два и не поймут, чего ради на них вообще напали в ночи.
– Можно сказать им, что это был, сука, ивент, – предложил Виталик. – А мы – ивент-менеджеры, и с них сто тыщ.
– А можно ничего им не говорить, – сказал Соломон. – Вряд ли в ближайшее время мы снова окажемся в этих краях.
Он вернул танку видимость. Похоже, боевой режим жрал слишком много энергии, и находиться в нем больше необходимого Соломон не хотел. А может, у него просто агорафобия.
– Да и слава богу, – сказал Виталик. – Тут уныло и безблагодатно.
– Так что? – спросил Соломон. – Отправляемся к… куда мы собирались утром?
– Тем более, что уже почти и так почти утро, – сказал Виталик. – Но есть один, сука, нюанс.
– Да, надо кое-что прояснить, – сказал я. – Орков поблизости точно нет?
– Трое удирают на север, – сказал Соломон. – До них километра полтора, и дистанция растет. Не думаю, что они развернутся.
– Тогда выпусти нас, – сказал я. – Нам с Димоном надо поговорить.
– Что, прямо здесь?
– Место не уже любого другого.
Соломон пожал плечами и открыл люк. Мы, трое землян, выбрались наружу, а сам он остался в машине. Наверное, так ему легче подслушивать будет, никаких иллюзий на этот счет я не питал.
Нашу главную военную тайну я все равно озвучивать не собирался.
Виталик со скучающим видом оперся на броню, а я сделал Димона приглашающий жест рукой.
– Пройдемся.
– Пройдемся, – согласился он.
Мы отошли от танка уже метров на сорок, а он все никак не собирался заговорить. Тогда я остановился и закурил трубку, любуясь начинающим светлеть небом.
Никогда не мечтал встречать рассветы в степи, но зрелище, надо признать, впечатляющее.
– Чапай… – сказал он.
– Уже тридцать лет Чапай – сказал я. – Как ты меня нашел, Димон? И главное, зачем?
Он потупился, и вид у него был довольно виноватый.
– Дай угадаю, – сказал я. – У тебя квест.
– У меня квест, – согласился он.
– У всех квест, – вздохнул я. – У меня складывается впечатление, что вы всю жизнь мечтали в эту игрушку поиграть. С такой готовностью вы за эти квесты хватаетесь.
– Чапай…
– Хватит чапаить, – сказал я. – Кто квестодатель?
– Дом Красных Ветвей.
– О господи, – сказал я. – Это кто вообще?
– Это древний эльфийский дом, – сказал Димон. – Очень влиятельный.
– И чего им от меня надо?
– А то ты не догадываешься.
– Я догадываюсь, – сказал я. – Но я хочу, чтобы ты сам мне это озвучил.
– Им нужна твоя жизнь, – сказал он.
– Там уже целая очередь нуждающихся, – сказал я. – И с чего бы вдруг?
– Ты убил их наследного принца.
– Да ну? И когда это я успел?
– Они говорят, что это было на Земле. Незадолго до того, как Москву армагеддоном накрыло.
– Я тогда много кого убил, – согласился я. – Но это был игровой момент, а я думал, что вендетты на игровые моменты не распространяются.
– Похоже, эльфы из Дома Красных Ветвей с тобой не согласны, – сказал он. – А может быть, правило про игровые моменты, если оно вообще есть, на наследных принцев не распространяется.
Глава 24
Я такой эпизод действительно припоминал. Был там какой-то чувак, который всем своим видом давал понять, что убивать его нельзя, потому что он эльфийский принц, или представитель древнего рода, или еще какой северный олень, но я в боевом запале все равно топором его по голове тюкнул, облутал и труп с крыши сбросил. А уже потом дедушка Ильич над столицей огонь революции, так сказать, зажег, и мы все оттуда посваливали.
Никаких сожалений по поводу этого принца я, понятное дело, не испытывал. Он к нам не на пикник приехал, а кто к нам с чем приедет, тот этим же в ухо и получит, потому что нефиг.
Но как, черт побери, его будущие счастливые подданные об этом вообще узнали? Мы ж там, вроде бы, всех зачистили, а потом еще Ильич зажег…
— Как они узнали, что это я?
Димон развел руками.
— У них есть прорицатель,— сказал он. — Если отбросить всяческу маличесгую шелуху и ритуалы, то этот тип, похоже, умеет читать логи. В смысле. чужие, за определенный период. Там полный список, что и как…
— Я знаю, что такое логи, — сказал я. – Значит, ты теперь с ними?
– Я не с ними, – сказал он. – Они же эльфы, они никого из низкородных в свой дом никогда не возьмут.
— Значит, просто подрабатываешь?
— Чапай, я…
— Много лет Чапай, – сказал я. – Почему ты?
— Я когда только тот квест классовый закончил, из-за которого мы расстались, — сказал он. — И тут они сами меня нашли, и сделали предложение, от которого нельзя отказаться.
— Что-то пока не очень убедительно звучит, – заметил я.
– Пойми, Чапай, они – эльфы. У их дома тысячелетняя история, если не больше, и у них свои представления о кровной мести. Очень… замысловатые. Они хотели, чтобы это сделал я, потому что они считали, что я – твой лучший друг. Типа, так тебе обиднее будет.
– Мне уже обидно, – согласился я. В принципе, понятно было, почему Система сделала такой вывод. Димон был первым человеком, с которым я контактировал после того, как зомбиапокалипсис обрушился на нашу планету, если не считать зомби и случайных прохожих. Я первым делом поехал в его сервис, вот эльфы и подумали… Хотя я некоторое время и сам так думал.
– Но на самом деле мы не такие уж и друзья, Чапай.
– Конечно, – согласился я. – И это отличная причина, чтобы зарезать меня в темноте.
– Да не собирался я тебя резать, – сказал он.
– А для чего же тогда засаду устраивал? Почему на улице ждал?
– Не устраивал я никаких засад, – сказал он. – Я просто с мыслями собирался, думал, как лучше подойти. А тут это… Я, между прочим, тебе жизнь спас.
– Хочешь сказать, этот парень не с тобой был?
– Я его вообще в первый раз там увидел.
Я попытался вспомнить, был ли алкоголик Питер уже внутри, когда я вошел в салун, или же он притащился за мной следом, но вспомнить не получилось. Мозг эту подробность не сохранил.
– Ну, ты бы его в любом случае убил, – сказал я. – Если я не от твоей руки помру, тебе наверняка квест не засчитают.
Он потупился.
– Хорошо платят-то хоть?
– Они меня тренировали, – сказал Димон. – Дали снаряжение. Обещали в случае…. успеха дать мне рекомендацию в Гильдию Теней.
– Я смотрю, ты не продешевил.
– Чапай, – сказал он проникновенно. – Мне эта ситуация так же неприятна, как и тебе.
– Едва ли так же, – сказал я. – Это же не я свой кинжал тебе в спину пристроить пытаюсь.
Он вздохнул.
– Я смотрю, ты тут тоже время зря не теряешь, – сказал он. – Уровень, команда, танк собственный…
– Это не мой танк, – сказал я.
– Жаль, – сказал он. – Слушай, эти эльфы местные – они совсем не такие, про каких у нас кино снимали. Они играют по хардкору, у них свой кодекс и они очень упертые. Видел бы ты эти тренировки… Там инструктору под тысячу лет, и начинал он еще до всего этого, видимо. Инвентарь не признает, все свое оружие надо иметь под рукой, говорит, потому что никогда не знаешь, что с этим инвентарем случится. Характеристики они сами качают, тренировками. использовать очки для них зашкварно. Странные ребята, и очень опасные.
– А куда же они свободные очки характеристик девают? – спросил я.
– А черт его знает, – сказал он. – Может, во что-то неочевидное вкладывают. Но сила, ловкость и выносливость у них только своя.
– Да сколько там той выносливости, – сказал я.
– Ну, танков там нет, но вообще эльфы очень разные бывают, – сказал Димон.
– Я смотрю, ты ими прямо проникся, – сказал я.
– У них века игрового опыта, – сказал он. – Там есть, чему поучиться.
– Ты поэтому согласился?
– Я… У меня и выбора-то особого не было.