– Вижу, – сказал я.
Мы не то, чтобы стремительно, но вполне уверенно догоняли всадника, путешествующего верхом на ездовом ящере. Ящер передвигался на двух ногах и был уменьшенной копией тираннозавра, на спину которого водрузили сложносочиненную конструкцию, вершиной которой являлось седло.
Мы поравнялись с всадником и Виталик, открыв окно (а раньше ведь оно не открывалось, спасибо Системе за починенный стеклоподъемник) помахал всаднику рукой, призывая прижаться к обочине.
Ящер притормозил. Всадник откинул капюшон пропыленного дорожного плаща и повернул лицо в нашу сторону. Он был, несомненно, серый, но вряд ли орк. По крайней мере, клыки наружу не торчали.
– Мир тебе, прохожий, – сказал Виталик, не убирая руку с дробовика. – Скажи, а ты, часом, не орк?
– А ты так хочешь умереть? – осведомился прохожий низким и чуть хриплым голосом.
– А я, в некотором роде, уже, – сказал Виталик. – Так не подскажешь, как нам найти Племя Отца?
– Если вы ищете смерти, то едете в неправильном направлении, – сказал всадник. Насколько я смог рассмотреть с водительского сиденья, он был игроком триста двадцатого уровня. Круто, но не смертельно.
– Ну так махни рукой в правильном направлении, – сказал Виталик.
– Десять золотых, – сказал всадник.
– А ничего у тебя не треснет?
– Нет.
– Не жмись, – сказал я Виталику. – Заплати. Тут, видимо, так принято.
Виталик отсчитал требуемую сумму и вручил всаднику, которому пришлось изрядно нагнуться, чтобы ее заграбастать. Может быть, вот так и становятся нагибаторами….
– Вам туда, – выпрямившись в седле, всадник махнул рукой налево. – Племя Отца обитает в Рукотворных горах, мимо этого места вы точно не проедете.
– А далеко ли ехать, мил человек?
– Километров сто, – сказал он.
Все-таки удачно, что мы с транспортом, подумал я. Переть сто километров пешком по этой равнине, где водятся тираннозавры, мне совершенно точно не хотелось.
Помахав всаднику ручкой, мы свернули налево и отправились к Рукотворным горам. Смена относительной дороги на полное бездорожье сказалось на нашей и так не слишком высокой скорости, ухабов стало больше, а ямы – глубже, так что я воткнул третью передачу и уставился в зеркало заднего вида.
Всадник не спешил продолжать свой путь. Он застыл на месте и задумчиво смотрел нам вслед. Возможно, прикидывал, не стоит ли ему приподнять свой киллрейтинг за наш счет т приценивался, за сколько он сможет сбыть наше барахло на местном рынке.
Но в конце концов благоразумие взяло верх, он решил, что оно того не стоит, натянул капюшон обратно и двинулся по своим делам.
Оно и к лучшему.
Что-то мне подсказывало, что в этом недружелюбном мире пострелять мы еще успеем.
Глава 14
Рукотворные горы оказались вовсе не местом древних разборок могущественных магов, повелевавших стихиями и швырявшими друг друга осколками скал, а заброшенным мегаполисом, остовы небоскребов которого действительно было видно издалека, так что мимо мы бы точно не проехали.
— Постапокалипсис, как он, сука, есть, — сказал Виталик. — Странная вообще игрушка, то линейка, то фоллаут.
Я был занят дорогой и не сумел придумать остроумный ответ, поэтому промолчал.
— Но вообще, это типичная РПГ, к хренам, — Виталика мое молчание ничуть не смущало. — Выдали, сука, квест, хоть он ни разу в журнале не отражается, и вали куда-нибудь в отдаленную локацию, исследуй, сука, мир. Нет ли тут какого-то подвоха?
– Например?
– Ну, например, Элронд вовсе не борец с Системой, а персонаж игры, который борца с Системой отыгрывает, – сказал Виталик. – И все, что мы тут делаем, это тоже часть игры. Эдакая, знаешь ли, многослойность. Фальшивые зеркала в лабиринте отражений.
— Когда разведчик читает фантастику, это совсем печально, — сказал я. — Теории заговора начинают множиться в немыслимых совершенно масштабах.
– Теории заговора, – сказал Виталик. — Никто в них не верит, а они существуют.
До города осталось примерно километра четыре, когда мы пробили колесо. Это не стало для меня большим сюрпризом. Скорее, было удивительно, почему это не произошло раньше.
Машину слегка повело в сторону, я плавно нажал на тормоз, благо, врезаться тут было не во что, и остановился. Мы вышли из машины и уставились на пробитую шину.
— Запаска есть? — поинтересовался Виталик.
— Есть, – сказал я.
– А можно же быстрее, – сообразил он. – Отзови ее, а потом снова призови.
– Ручки запачкать не хочешь?
– Просто в порядке эксперимента, – сказал он.
– Ну ладно, – я отозвал “ласточку” и уставился на надпись, гласившвшую о том, что призвать маунта снова я смогу только через час. – Не-а, быстрее не получается.
– Ну, теперь мы хоть знаем, что Системе требуется какое-то время на ремонт. Хотя, час на банальную вулканизацию..
– Это игровая условность, – сказал я. – Пошли, за час мы до города и сами дойдем.
– Опять же, привлечем меньше внимания, – согласился он.
– Ты-то должен понимать, что все внимание, которое мы могли привлечь, мы уже привлекли, – сказал я.
– Вот, – сказал Виталик. – Начинаешь соображать.
Хорошо хоть, что дождь закончился. Не хватало ко всему еще и промокнуть.
Мы неторопливо брели к городу. Я прикидывал варианты драки, пытаясь понять, который из них выгоднее. Если они выйдут загонять нас по чистому полю, или если устроят засаду в очередных руинах, которых там наверняка великое множество. Конечно, выгоднее всего было бы вообще обойтись без драки, но всадник на тираннозавре недвусмысленно нам намекал, что такое вряд ли прокатит.
Ожерелья из отрезанных ушей сами себя на шею не повесят.
Потом я подумал о Федоре, и о том, что он правильно все сделал, когда помахал нам ручкой. Ему бы это приключение явно не понравилось. Оно, в общем-то, и мне не нравилось, но у меня была цель, ради которой я был готов рискнуть, а у него такая цель отсутствовала.
Серый орк на фоне серой равнины под серыми небесами был практически неразличим, и мы увидели его только после того, как практически с ним столкнулись. Ну, это я немного утрирую, конечно.
Метров с двадцати мы его заметили.
Он стоял в довольно расслабленной позе и смотрел на нас. В правой руке у него было копье, на поясе болталось что-то вроде мачете, а на плече висела берданка. Честно говоря, я не знаю, как должна выглядеть классическая берданка, но вот эта штука здорово подходила к этому слову.
Орк выглядел вполне гуманоидно, ростом около метра восьмидесяти, средней комплекции, характер нордический, не женат. Никаких клыков наружу у него не было, но их отсутствие компенсировалось тяжестью подбородка. Игрок двести шестьдесят пятого уровня, он был одет в легкую кожаную броню с нашитыми на нее редкими металлическими пластинами и не выказывал никакого беспокойства от нашего приближения, как и положено представителю доминирующего в этой местности вида.
Виталик ругнулся, материализовал в руке дробовик, но держал его направленным в землю.
– Мы пришли с миром, – сообщил он.
– Уходите, – сказал орк.
Это довольно странное чувство, когда ты встречаешь представителя иной цивилизации, а он разговаривает с тобой на чистом русском языке. То есть, понятно, что он говорит на своем, а Система переводит, но чувство все равно странное. Реализма в такие моменты явно не хватает.
– Ты из Племени Отца? – поинтересовался Виталик.
– Что тебе до того, чужак?
– У нас разговор к Отцу, – сказал Виталик.
– Отец не разговаривает с такими, как ты.
– Это, сука, с какими?
– С мертвяками, – пояснил орк. Это он, конечно, зря пояснил, потому что Виталик начал закипать. Я прямо-таки чувствовал, как его палец чешется на спусковом крючке.
– А с такими, как я? – попытался я перехватить инициативу.
Орк смерил меня коротким презрительным взглядом.
– Право на разговор с Отцом надо заслужить, чужак. Принеси мне десять ушей летающего сквэрла, и я сообщу Отцу о твоей просьбе.