– Но у тебя не осталось предметов для торговли, – возразил шаман.
– У меня все еще есть это, – сказал я, снова постучав пистолетом по затылку их вождя. Здоровья эти тычки не снимали, но наверняка были для орков очень унизительны.
Впрочем, мне с ними детей не крестить.
– Его жизнь немного стоит, – сказал шаман. – Он проиграл в бою, ему придется заново доказывать свое право на лидерство.
– Все Акелы рано или поздно промахиваются, – согласился я. – Но если его жизнь стоит дешево, то как насчет его смерти?
– Его смерть не стоит вообще ничего, – сказал шаман. Отец промычал что-то невнятное. Ему явно не нравилось, в какое русло свернул разговор, но возразить, по сути, было нечего.
– Это для вас, – сказал я. В “дезерт игле” восстановился третий патрон. – За его смерть ваша долбаная Система отвалит мне кучу опыта, и я подскочу на несколько уровней сразу.
– Это тебе не поможет.
– Но ваше поголовье подсократит, – сказал я. – И потом, если мне ничего не поможет, какого ж черта вы не нападаете?
– Мы просто пытаемся вести себя… цивилизованно, – последнее слово он выплюнул, как будто оно было ядовитым.
Я думаю, что на самом деле он блефовал. Жизнь Отца все-таки имела для них какую-то ценность, и он ждал, пока тот отрегенериует достаточно, чтобы мне вломить. Или хотя бы чтобы не сложиться от одного моего удара.
Мы оба тянули время, но проблема было в том, что им времени требовалось куда меньше.
Надо было уже принимать решение, и хороших среди них не было.
– Давайте я просто уйду, – сказал я. – И даже верну вам ваше ожерелье. Только одну побрякушку себе в качестве сувенира оставлю. На память о наших теплых встречах.
– Нет, – покачал головой шаман. – Ты оставишь его целиком, и мы позволим тебе уйти. Но знай, что потом мы пойдем за тобой.
Вот еще не хватало, чтобы за мной эта толпа бродила. Увы, такова цена популярности…
– Давайте все же попробуем найти какой-нибудь компромисс, – предложил я. – Скажем, вы не все за мной пойдете, а только парочка из вас…
Шаман покачал головой.
– Ненавижу компромиссы, – прорычал Отец. – Я скорее умру…
Искусство ведения переговоров – штука очень тонкая, и овладеть им дано не каждому.
Нельзя постоянно угрожать тем, что не не в силах претворить в жизнь. Если ты обещаешь поставить хулигану Петрову двойку в четверти, то рано или поздно тебе придется ее поставить, пусть это и снизить твои показатели, как педагога. Если ты обещаешь, что твой отсидевший брат сейчас выйдет и всем наваляет, то кто-нибудь обязательно должен выйти и всем навалять. Если ты Северная Корея…
Ну, в общем, либо ты делаешь, либо тебя перестают принимать всерьез.
Отец сказал, что он скорее умрет.
Так тому и быть.
“Дезерт игл” был способен уже на четыре выстрела, и половину я подарил Отцу.
Двойного хедшота в упор хватило, чтобы вождь племени отправился… Ну, куда там коллоквианцы отправляются, когда заканчивают свой жизненный путь.
Как и следовало ожидать, мои уровни тут же прыгнули вверх, и я, не глядя, пихнул все доставшиеся мне очки характеристик в силу.
Тело Отца еще не успело упасть на пол, системная табличка медленно таяла перед моим взором и мешала целиться, но расстояние было небольшим, и вторую пару пуль я подарил шаману.
Может, я и поторопился. Может, он как раз в этот момент готов был признать меня новым Отцом после того, как я ловко разобрался с предыдущим…
Я этого уже никогда не узнаю.
На этом здоровье шамана тоже закончилось, но новых уровней мне не выдали. Не такое уж это, видать, достижение.
Пряча бесполезный пистолет в инвентарь, я отпрыгнул назад, злобно оскалился и достал свой последний аргумент.
Клавдию.
Называть ее “Клавой” язык уже не поворачивался. После заточки свитком Элронда мо подруга сделалась… Инфернальная – не самое точное слово, но более точного мне в голову пока не пришло.
Она перестала быть деревянной и изрядно прибавила в весе. Ее украшали каббалистические узоры, а на рабочей поверхности появились шипы, утолщения и утяжеления. Вдобавок, теперь вокруг нее курился зловещий темно-зеленый дым, а при активации “призрачного клинка” она на мгновение вспыхивала красным.
Словом, если бы Сатана играл в бейсбол головами грешников, у него могла бы быть именно такая бита.
Орки не впечатлились. После смерти шамана средний интеллектуальный уровень собравшихся сильно просел, так что они сразу полезли атаковать.
Поскольку больше смысла прятать тузов в рукаве не было, так что я сразу зашел с козырей и активировал свой ультимативный навык, который после заточки разил аж на полметра и действовал целых двадцать две секунды.
Первую тройку нападавших просто располовинил.
Второй ряд – в нем было двое – не успел притормозить, и их постигла та же участь.
Следующие атаковали уже аккуратнее. Я прыгнул вперед, увернулся от выпада копьем, ударил “клинком” в шею гвардейца, после чего навык сразу ушел в откат, но гвардейцу это не помогло, потому что он был уже мертв.
Следующему я поддел ногу топором, а когда он упал, вломил ему Клавдией. Пнул кого-то в живот “сокрушительным пинков”, отмахнулся от одного, ударил другого, словил пулю в плечо… Ну, в общем, так оно и понеслось.
Не знаю, о чем я думал, когда во все в это влез. Может быть, я втайне надеялся, что Система, видя мою отвагу, мне как-нибудь подыграет. Выдаст секретную абилку “в школу с родителями”, которая увеличит мой урон, или что-то вроде того.
Но нет, в очередной раз все пришлось делать самому.
В какой-то момент я поймал сразу три удара и мое здоровье оказалось в красной зоне, но тут откатился “призрачный клинок”, я убрал двоих, получил уровень и автоматически восстановился. Удобная все-таки боевая Система в этой новой реальности, немного похоже на старую добрую бразильскую тактику, за которую мир так ценил их футбольную сборную.
Неважно, сколько нам забьют, мы все равно забьем больше.
Ну или как-то так.
Я нападал и защищался, наступал и отступал, напрыгивал и отпрыгивал, финтил, использовал весь свой нехитрый арсенал абилок и весь свой хитрый арсенал грязных уличных приемов. Я был заляпан кровью, своей и чужой, с ног до головы. Я порхал, как бабочка, жалил, как пчела и ревел, как укушенный крокодилом гризли. К сожалению, мне даже не удалось впасть в боевое безумие, и я помню эту драку ясно и отчетливо, до самой последней мелочи.
Каждую подножку, каждую подсечку, каждый удар топора и взмах бейсбольной битой.
И это, как вы понимаете, не самые приятные воспоминания.
Насилие похоже на лавину. Начинается все с маленького и почти безобидного снежка, а потом эта масса погребает под собой целое племя орков, которые когда-то были империей.
Надо отдать этим ребятам должное. Они не дрогнули, не побежали, не опустили оружие. Просто в какой-то момент они… кончились.
Я вдруг обнаружил, что на меня больше никто не нападает, вяло этому факту удивился, а потом осмотрелся вокруг и не почувствовал ровным счетом ничего. Ни удовольствия от хорошо проделанной работы, ни отвращения от того, что я натворил.
Только холодную пустоту, как в старые недобрые времена.
Это меня не то, чтобы напугало… Скорее, расстроило. Я слишком хорошо помнил старые недобрые времена, и возвращаться туда мне не хотелось.
Тот я был эффективным, но не очень приятным человеком и я бы не хотел, чтобы он вернулся насовсем.
Хотя время от времени его присутствие наверняка потребуется.
Но огорчаться и рефлексировать я буду потом. Сейчас надо сделать так, чтобы это “потом” все-таки наступило.
Не знаю, сколько времени длилась эта драка. Наверное, изрядно, потому что “дезерт игл” успел восстановить весь свой боезапас. В очередной раз сменив топор на пистолет, я покинул место кровавой бойни и направился вниз, надеясь, что еще не все племя успело сюда сбежаться.
Для следующего пункта моего плана требовался оперативный простор.