Литмир - Электронная Библиотека

— Так вот, иногда в брошенных деревнях ослоухих встречаются эдакие полянки. На них есть засохшее дерево, и чаша рядом каменная. Опавшие сухие листья того дерева с руками отрывают алхимики и целители, а вот в чаше может быть вода. И скажу тебе, Свартхевди, очень непростая вода. Последний раз чашу с такой водицей нашли годков пять назад, тряпицей всю воду собрали во флягу — вышло с глоток хороший. С того отряда четверо лишь к Прилучине вышли, говорили — нежить навалилась на обратном пути, поела людей, но, может, врут, и добычу не поделили. Так вот, сказывал мне Йенс — алхимик знакомый из города, травы ему привожу — что продали они эту флягу за золото, мешок, говорит, с мою голову получился, хотя, врет, наверное. Ему тоже предлагали — он цену малую давал, нет у него таких денег. У бургомистра же нашлись.

— И что дальше? Небось, передрались, денежки поделить пытаясь?

— Может и так. Всех четверых с перерезанными глотками в одной канаве нашли… Ну, кто ж их с такими деньгами отпустит?

— Странно. Вода как вода, вкусная, конечно, но золото за нее платить? Не из источника Урд же она, в самом деле!

— Дурень ты! — дед тяжко вздохнул — Эта вода любую хворь выгоняет, говорят, любую рану затянет, умирающего вернет, срока земного добавляет, старцев молодит. Это если просто пить. Капли, говорят, хватает, чтобы дед вроде меня с пяток лет скинул, а ты рубашку в ней стирал.

— И ноги мыл, — подсыпал я соли на дедову рану — Выходит, я теперь бессмертный?

— Хочешь, проверим? — злобно поинтересовался Том, многозначительно пошевелив штырем.

— Не хочу. Кто ж знал-то, старый, что такая вещь ценная? Знал бы — все до капли бы собрал.

— Да уж, мог бы замок купить, титул…

Ну да, а скорее, валялся бы где-нибудь дохлый, с ножом в спине. Поэтому про фляги с этой водой, что лежат в мешке под корягой, сообщать не буду. Самому пригодится, найду, куда пристроить.

— Там еще-то осталось? — тоскливо вопросил Том — Может, сходим? Людей позову надежных, снарядим банду. Какие ж деньжищщи-то пропали, может, соберем хоть полкружки? Хоть ложку?

— Не осталось. Да и не дойдем, ты поверь мне, жуткие там места. Видишь — аж поседел весь, такого навидался!

— А сможешь обсказать, как добраться до туда, или план какой нарисовать? Хоть что-то?

— Не могу. Плутал долго, насилу вышел — куда уж тут путь запоминать.

— А подумать? Может, поднатужишься, вспомнишь?

Поболтав скверное томово пиво в кружке, я решил уйти от болезненной для старика темы.

— А ты, значит, ельфов видел? Я вот ни разу.

Батя и дедуля — те видали, и в бою с ними сходились, а я только в книге рисунок смотрел. Скверного, надо сказать, качества.

— Немного и потерял — сумрачно буркнул дед.

— А, правда, что красивые они, что глаз не оторвать? И мужи, и бабы ихние?

— Брехня…

Глава 17

И правда — брехня, прав Том был.

Хотя посмотреть, тем не менее, есть на что.

Последнюю седмицу непрерывно шел дождь, и, хотя до осени было еще далеко, погоды стояли неважные. В лес за травами идти под дождем откровенно не хотелось, с баронским заказом мы успевали с хорошим запасом. Старика в порядок я более — менее привел: бороду ему мы сбрили, и то самое зелье уже поспевает. Думаю, попробовать его на рожу Тому намазать — пить то опасно, а то если меня молодого так люто с него покарало, так дед может и вовсе кончиться.

Ибо старость — не радость.

И от остатков черпака избавить его тоже получилось успешно: умело сваренный растворитель, порядком разбодяженный колодезной водой, дал результат: клешни старика обрели свободу, чему он стал несказанно рад и удивительно добродушен.

Больше, кроме кой-каких дел по хозяйству, заняться было нечем. По хозяйству же — лениво, и я совмещал приятное с полезным. От скуки начал пользовать жителей деревни: кому зуб заговорить, кому прыщи свести, кому мазь для суставов сварить, кому отвар, чтоб волосы не лезли. В благодарность же грошей не брал: к чему крохоборство, если можно заставить за себя поработать? Дров наколоть, воды в бочку натаскать, да мало ли…

А вообще-то, следовало решать, что делать дальше. На подорожную я наработал, можно в путь хоть завтра, но куда? Надо подумать. А тут еще Том рядом сидит, все зудит, убеждает остаться до осени. Дескать, куда мне торопиться. А то, и вообще насовсем оставаться: а что, знахарь на селе человек уважаемый, а у него и хозяйство, и дело налажено, и девка ко мне неровно дышит, и секретами он поделится, если остаться решу, помощником верным став. На вопрос какими именно секретами — лишь многозначительно ухмылялся. Хотя, чего гадать — наверняка с контрабандой делишки, с вещицами из топей. У реки да не напиться — не бывать же такому, какова бы ни была справедливой цена королевских скупщиков, наверняка основной поток шел мимо их ручонок. Хоть и висит над контрабандистами угроза кары королевской, но вряд ли кого-то это останавливает. Сдавать найденное надежным людям, которые не соблазнятся на обещанную награду за сообщение об утаенной волшебной вещице, а с патрулями можно и договориться — и несколько лишних монет в кошеле зазвенит.

Несколько сегодня, чуть-чуть завтра — и вот на добрый хутор хватит, хозяйство устроить, жениться, скотину купить, лойсингов нанять. Чем плохо? В первую очередь, конечно, тем, что не хочу я к земле прирастать, а хочу славы приобрести да края другие повидать.

Вот и сидим каждый вечер в харчевне, попиваем пивко да беседуем о насущном.

Примерно как сегодня.

Хотя… Сегодня не как обычно, сегодня в деревне гости, как по мне — необычные, как по Тому и окружающим — так и не очень.

С десяток ельфов в сопровождении нескольких стражников барона во главе с десятником днем прибыли в Прилучину, остановились на подворье старосты Хэма, и вечером часть их компании завалилась в харчевню. Пришли не все — пятеро ельфов, да пара ратников. Заняли стол в дальнем углу, причем, ельфы сидели отдельно, а ратники быстро обнаружили то ли знакомых, то ли родню, и компанию ушастых покинули.

Вообще, как мне показалось, ельфов тут любили не слишком. Точнее — совсем не любили, это можно было понять по довольно злобным взглядам, что бросали на них местные жители, на что те, казалось, внимания не обращали.

— А за что их любить? — в ответ на мой естественный вопрос, бросил Том.

Он до того без устали пежил мне мозг, находя все новые и новые доводы, убеждая меня остаться, а я вот его перебил. Вообще — подозрительной мне эта его заинтересованность становится. Свет на мне клином не сошелся, ученика обучить он и сам в состоянии: подобрать паренька из местных — тот по гроб жизни будет благодарен за ремесло прибыльное, и единоверец к тому же, и местный, кого с детства знал бы. А женит на Анне — так и верен будет, как Мъелльнир верен Погонщику Колесницы.

Странно.

Или — промелькнула мыслишка — не поверил дед мне, что дорогу к чаше не помню, да что не осталось воды чудесной там, думает, утаиваю знание, для себя берегу, а родственнику уж не пожалею секрета? Тоже, однако, стоит учесть этот интерес повышенный — не просто же так им ко мне старый Том воспылал!

— Ммм?

— Да не за что их любить, и уважать тоже не за что! Нелюди они, ясно же, что злоумышляют против честных подданных короля нашего. И Топи Гиблые по их вине появились, на их земле, и беды все, что оттуда лезут — все их вина. И чего с ними так носятся? Свиту вот еще барон Вильгельм им выделил, словно господам каким! Ясно ведь, ничего хорошего от нелюди быть не может! Ишь, зыркают…

Зыркали, надо сказать, эти личности, столь непопулярные среди населения славной Прилучины, преимущественно в направлении нашего стола. Вокруг них суетился сам хозяин харчевни, чуть из штанов не выпрыгивая от желания услужить, но эльфы внимания на него не обращали — потягивали из кубков (расстарался хозяин!) явно не пиво, да лениво переговаривались о чем-то.

Я на них тоже зыркал.

34
{"b":"553253","o":1}