В мемуарах генерал-полковника авиации Н. П. Каманина есть такие строки: «Помню, как в Манчестере к нашей группе с трудом пробился пожилой англичанин и задал вопрос, который, очевидно, его очень интересовал:
— Сэр, у вас все такие? — Он кивнул в сторону Гагарина.
— Какие?
— Как этот. — И добавил: — Красив, умен, обаятелен...
Ответ был утвердительный, но кто-то из наших товарищей не удержался и добавил:
— Он коммунист...
Пожилой англичанин улыбнулся:
— Судя по всему, коммунисты — замечательные люди. Во всяком случае, лучших на этой земле я не встречал. Ваша партия знает, кого она растит. Спасибо, сэр».
В тренажере А. А. Губарев и Г. М. Гречко Освоение космоса человеком шло поистине с космической скоростью. Один за другим на орбиту выходили советские и американские спутники, научные лаборатории. Летели космические аппараты к Луне, Венере, Марсу. Стартовали пилотируемые космические корабли «Восток», «Восход», «Союз», «Союз Т», орбитальные станции «Салют». Вслед за Юрием Гагариным их вели советские космонавты Герман Титов, Андриян Николаев, Павел Попович, Валерий Быковский, Валентина Терешкова, Владимир Комаров, Константин Феоктистов, Борис Егоров, Павел Беляев, Алексей Леонов, Георгий Береговой, Владимир Шаталов, Борис Вольтов, Алексей Елисеев, Евгений Хрупов, Георгий Шонин, Валерий Кубасов, Анатолий Филинченко, Владислав Волков, Виктор Горбатко, Виталий Севастьянов, Николай Рукавишников, Георгии Добровольский, Виктор Па-цаев, Василий Лазарев, Олег Макаров, Петр Климук, Валентин Лебедев, Юрий Артюхин, Геннадий Сарафанов, Лев Демин, Алексей Губарев, Георгий Гречко, Виталий Жолобов, Владимир Аксенов, Вячеслав Зудов, Валерий Рождественский, Юрий Глазков, Владимир Коваленок, Валерий Рюмин, Юрий Романенко, Владимир Джайнбеков, Александр Иванченков, Владимир Ляхов. Леонид Попов, Юрий Малышев, Леонид Кизим, Геннадий Стрекалов, Виктор Савиных, Анатолий Березовой, Александр Серебров, Светлана Савицкая...
![Советские космонавты - img_5.jpg](/BookBinary/245052/1428001151/img_5.jpg/0)
...заполнение документации. В. Ф. Быковский, В. В. Терешкова и спортивный комиссар И. Г. БорисенкоВместе с советскими коллегами совершили полеты в космос посланцы братских социалистических стран — Владимир Ремек (ЧССР), Мирослав Гермашевский (ПНР), Зигмунд Йен (ГДР), Георгий РТвапоо (НРБ), Фаркаш Берталан (ВНР), Фам Туан (СРВ), Арнальдо Тамайо Мендес (Куба), Жугдэрдэмидийн Гуррагча (МНР), Думитру Прунариу (СРР).
Побывал в космосе и советско-французский экипаж.
Кораблями «Меркурий», «Джемини», «Аполлон», «Колумбия» и станцией «Скайлэб» управляли американские астронавты Шеппард, Гриссом, Гленн, Купер, Карпентер, Ширра, Борман, Ловелл, Ан-дерс, Макдвит, Скотт, Швей карт, Стаффорд, Инг, Серпан, Коллинз, Конрад, Уайт, Гэрриот, Бпн, Лаусма и другие.
Но все это было уже потом. А если вернуться назад, к истокам новой профессии, к тому времени, когда люди впервые познали ее радости и тревоги?..
Парни в военной форме, в фуражках с лазурным околышем и золотистыми крылышками на тулье, в погонах с голубыми просветами и парни в ладно скроенных гражданских костюмах... Я встречал их в Звездном, на космодроме, в Центре управления и научных центрах Академии наук СССР, в районе приземления, на испытаниях и тренировках, на сессиях и симпозиумах, в поездках по делам общественным, служебным и чисто личным. Беседовал с ними, интересовался их планами на будущее...
Момент учебного приводнения Порой мы думаем, что профессия космонавта получила право гражданства в памятную весну 1961-го. Фактически же она появилась раньше. Ведь занять место в кабине «звездолета» мог лишь тот, кто профессионально уже был подготовлен к встрече с космосом, кто познал большие высоты неба и скорости, рожденные реактивным двигателем. «Для этой цели, — говорил академик С. П. Королев, — более всего пригоден летчик, и прежде всего летчик-истребитель. Это и есть универсальный специалист. Он и пилот, и штурман, и связист, и бортинженер. А будучи кадровым военным, он обладает необходимыми морально-волевыми качествами; его отличает собранность, дисциплинированность и непреклонное стремление к достижению поставленной цели».
В конце 50-х годов Центральный Комитет партии принял решение о создании специального Центра подготовки пилотов космических кораблей.
И вот первые шаги по овладению новой профессией. Трудная, напряженная работа. Аэродром, лаборатории, классы. Самолеты, катапульты, действующие макеты кораблей, сложнейшие тренажеры... Необычное сочетание упражнений, необычные пробы, необычные дисциплины. Каждый день был похож на другой лишь своим обычным началом — подъем, атлетическая гимнастика, завтрак. И сколько таких дней!
Путь был долог: недели, месяцы, годы. Но все они складывались из часов и минут, за которыми стояли смелость и мужество, настойчивость и упорство. Многие сутки, проведенные в одиночестве за стенами сурдокамеры, раздражающий зуд вибростендов, бешеное вращение центрифуги, бьющие по барабанным перепонкам перепады давления при испытаниях в барокамере, изнуряющий зной термокамер, вестибулярные тренировки — и снова тренажеры... Пройдите по учебным корпусам Звездного, загляните в лаборатории и классы, и вы увидите комплекс сложнейших установок (даже когда наблюдаешь за их работой со стороны, начинает кружиться голова), помогающих человеку выработать сноровку, смелость, хладнокровие и быстроту реакции — обязательные качества для космических капитанов.
Алексей Леонов назвал «этажи» отбора и тренировок лестницей в космос. Валерий Быковский добавил: «Лестница не из коротких». И он прав. На ней и впрямь много ступенек, и перескакивать через них нельзя. Таков закон этой профессии.
Герман Титов считает труд испытателей «немирной работой в мирное время». С этим нельзя не согласиться. Как бы тщательно ни готовился сложный и опасный эксперимент, всегда есть риск. Риск, на который сознательно идут первооткрыватели.
«...Дорога в космос трудна и терниста и совсем не так проста, как порой кое-кто думает. На пути человека, готовящегося к штурму космоса, могут вставать серьезные, часто самые неожиданные препятствия. И чтобы преодолеть их, придется затратить не только немало физических и умственных сил, но еще и проявить много терпения, настойчивости, мужества». Это слова Владимира Шаталова.
На любом этапе — при отборе, подготовке, наконец, перед самим стартом — каждый из них мог отказаться от полета. Но ни один этого не сделал.
Они трудились самозабвенно, с большим упорством преодолевали трудные барьеры, понимая, что от них требуется не дерзкое лихачество, а зрелое мужество. Они безраздельно готовы отдать себя идее освоения космоса, одержимы страстным желанием сделать полезное, нужное. Увлеченность новой профессией, делом, которому они посвятили свою жизнь, благородное, возвышенное чувство долга рождали подвиг.
Коммунисту Юрию Гагарину выпало счастье быть первым. Тому, кто открывал космическую навигацию века, предстояло дать ответ на все те вопросы, на которые не могли дать ответы ни электронно-вычислительные машины, ни исследования в лабораториях, ни опыты на животных.
Первые шаги в неведомое выявили и другое. Космонавт — это не только сталь мускулов, воля и смелость. Тем, кого страна посылала на космические задания, требовались разносторонние знания, и не случайные, а твердо усвоенные и осмысленные. Космос подвергал их характер, волю, знания каждодневному строгому экзамену. Ведь испытания и исследования на орбите — это работа, где недопустимо дилетантство, где ничего нельзя делать кое-как, где профессиональная неграмотность смертельно опасна.
Как-то в беседе с Юрием Гагариным зашла речь о профессии космонавта. Он размышлял о ней с позиций не только прошедшего и настоящего, но и будущего. Говорил, что космонавт не может, да и не должен замыкаться в какой-то одной области знаний. История, искусство, радиотехника, астрономия, поэзия, спорт... Все это нужно человеку новой профессии. Если ты летчик, не пугайся математики и физики, если к тому же и летчик-космонавт, не отворачивайся от биологии и медицины, астрономии и аэронавтики, геодезии и вычислительной техники...