Нерей Двойным добром должно считаться Добра плодами наслаждаться. Дориды Если ты не осудил Нас, что мы судьбою вертим, Одари их всех бессмертьем, Как и нас ты одарил. Нерей Порадуйтесь прекрасным пленным И можете их взять в мужья, Но Зевс лишь делает нетленным, В чем властен он, не властен я. Вас волны зыблют, как качели, И так же зыблема любовь. Когда пройдет ее похмелье, Верните на берег их вновь. Дориды Счастливый путь вам, дорогим, Расстанемся на полдороге. Мы вечной верности хотим, Которой не желают боги. Юноши О, если бы нас, моряков, Всегда, как вы, ласкали, Мы лучшего бы до веков Скончанья не желали. Галатея приближается на своей раковине, превращенной в колесницу. Нерей Галатея Отец! О, судьбина! Мне глаз не отвесть. Погодите, дельфины! Нерей Уже их нет, проплыли мимо Станицею неудержимой, Ушли, меня не захватив, Что им сердечный мой порыв? Но и единственному взгляду В теченье года сердце радо. Фалес Слава вам! Слава вам дважды! Я ожил, цвету, торжествую И большего в мире не жажду. Я истину понял живую: Вся жизнь из воды происходит. Вода все хранит, производит. Когда б не скоплялся туман, И туч не рождал океан, И дождь не струился ручьями, И реки, наполнившись, сами Опять не впадали в моря, Где были бы горы со льдами, Долины и все мирозданье? Вода, из себя все творя, Все зиждет, вся жизнь – в океане! Эхо (хор всех рядов) Нерей Они свернули, но не вспять, А в сторону, за эти скалы, На вольную морскую гладь. Но колесница из коралла, В которой дочку увезли, Еще виднеется вдали Светящеюся точкой малой. Ее всегда я отличу, Как звездочку, или свечу, Или язык огня средь дыма, Или знакомый взгляд любимый, Подобный яркому лучу В чужой толпе неисчислимой. Гомункул В воде еще всесильней Горит моя светильня Среди чудес вокруг. Протей В особенности странно, Что твой колпак стеклянный Дает чудесный звук. Нерей Но что там за новый таинственный случай Замедлил движенье ватаги плавучей? Вкруг раковины и у ног Галатеи Пылает огонь то сильней, то слабее, Как будто приливом любви пламенея. Фалес По-видимому, по совету Протея Гомункул охвачен томленья огнем. Мне слышатся стоны. Вот вскрик потрясенья, Несчастный на трон налетает стеклом, Стекло разбивается, а наполненье, Светясь, вытекает в волну целиком. Сирены Как пышут и светятся волны прибоя, Друг друга гоня и сшибаясь гурьбою! Всем морем чудесный огонь овладел, И блещут в воде очертания тел. Хвала тебе, Эрос, огонь первозданный, Объявший собою всю ширь океана! Слава чуду и хваленье Морю в пламени и пене! Слава влаге и огню! Слава редкостному дню! Все вместе Слава воздуху! Хвала Тайнам суши без числа! Всем у этой переправы Четырем стихиям слава! Акт третий
Перед дворцом Менелая в Спарте [154] Входит Елена в сопровождении хора пленных троянок с Панталидой, предводительницей хора, во главе. Елена Елена, славой и стыдом покрытая, Я с берега иду, с недавней высадки, Еще от корабельной качки пьяная. Нас волны только что на гребнях пенистых Доставили с полей унылой Фригии [155]Напором Эвра [156]и Нептуна милостью Сюда, в родной залив. Пока у берега Среди своих отважнейших сподвижников Царь Менелай свое прибытье празднует, Прими меня радушно, дом возвышенный, Который Тиндарей, [157]отец мой, выстроил Здесь, на холме Паллады. В годы детские, Когда с сестрой я здесь играла, с братьями, С Кастором и Поллуксом, с Клитемнестрою, Дом этот в Спарте был отделан с роскошью. Ну, здравствуйте, дверные створки медные! В пролете вашем, широко распахнутом, Мне Менелай, жених-избранник, некогда Явился гостем, празднично разряженным. Откройтесь снова мне, чтоб поручение Царя могла исполнить я с поспешностью, Как истинной супруге полагается. Я в дверь войду, и пусть за ней останется Событий ужас, что меня преследовал Вплоть до сего мгновенья в дни истекшие. С тех самых пор, как я с порога этого В Цитеры храм отправилась с беспечностью [158]И там была фригийцем дерзко схвачена, Случилось в мире столько необычного! Чужим приятно это пересказывать, Но слушать тяжело самим участникам, Которых жизнь, как сказку, приукрасили. вернуться Работа над третьим действием второй части «Фауста», в состав которого входит сцена «Местность перед дворцом Менелая», была начата еще в 1800 году. Но уже в 1801 году Гёте прекращает работу над своей «Еленой» и возвращается к ней только по прошествии двадцати пяти лет. К началу 1827 года действие было закончено. В нем Гёте широко пользуется античными метрами, искусно сочетая их с рифмованным стихом, принятым в новейшем стихосложении, что вполне соответствует характеру действия, в котором античный мир фантастически вторгается в мир позднего немецкого средневековья. // Самый мотив любовной связи Фауста с Еленой заимствован Гёте из народного сказания о докторе Фаусте. Но этот мотив поднят Гёте на высоту философской и культурно-исторической проблемы. вернуться Фригия – страна в Малой Азии, столицей которой был Илион (Троя). Елена, забыв об Аиде, думает, что она только что вернулась в Спарту вместе со своим мужем Менелаем. вернуться Напором Эвра… – силою восточного ветра. вернуться Тиндарей – мифический царь Спарты, изгнанный своим братом Гиппокооном и возвращенный Гераклом; муж Леды и мнимый отец Елены (подлинным ее отцом был Зевс). вернуться С тех самых пор, как я с порога этого // В Цитеры храм отправилась с беспечностью… – вариант мифа о Елене, согласно которому она, побуждаемая любопытством, отправилась на остров Цитеру, чтоб полюбоваться на прибывшего туда красавца Париса, и там стала добычей дерзкого похитителя, не убоявшегося напасть на нее в храме Дианы, где она приносила жертву богине. |
